Роберт Мазелло - Кровь и лед

Майкл опешил.

— Только не говори, что ты в одиночку протопала назад до самого лагеря.

При мысли, что она решилась на безумный поступок, по спине пробежал холодок.

— Ничего подобного. Я спала в восемнадцати слоях одежды в спальном мешке, просунув в тоннель только ноги. Боялась, что если пролезу в него хоть немного глубже, Дэррил внутри задохнется.

Узнав о фобии Шарлотты и суровом испытании, которое ей пришлось безропотно выдержать, Майкл проникся к ней еще большим уважением. Как и к Дэррилу — за то, что сохранил ее секрет в тайне.

— У меня весь день при себе будет портативная рация, — сказала Шарлотта, — на случай если вам что-нибудь понадобится.

Иного Майкл и не ожидал.

— Постарайтесь быть осмотрительнее и, прежде чем что-то делать, хорошенько подумайте. Не позволяй там Дэррилу строить из себя босса и чрезмерно помыкать тобой.

— Хорошо, я передам ему твои слова, — пообещал он.

Снова напялив на себя целую кучу теплой одежды, Майкл спешно покинул лазарет.

Добираться до полыньи пришлось на «спрайте» — непритязательной помеси трактора и обычного «хаммера»; а тот, в свою очередь, тащил за собой нарты Нансена, груженные дополнительным снаряжением ныряльщиков. Рядом, с видом ребенка, которого везут в Диснейленд, сидел Дэррил. Караван продвигался по снегу довольно медленно, и прошло минут десять, прежде чем Майкл заметил сборный домик — этакий сарай для садового инвентаря, с развевающимся над ним черно-белым флагом. Полыньи, над которой стоял домик, видно не было, поэтому одинокая постройка посреди белой пустыни производила странное впечатление. Возле ярко-розового, цвета бутона чайной розы, домика возились два сотрудника базы, подгребая к основанию постройки снег, который должен был препятствовать проникновению внутрь ветра; в сущности, домик покоился на цилиндрических опорах на высоте приблизительно фут над ледовым панцирем.

Дэррил проявлял нетерпение и нервно барабанил пальцами по коленям, а когда они подъезжали к месту, высунул голову из окна «спрайта».

Переодеться в водолазное снаряжение им предстояло уже на месте, так как облаченный в гидрокостюм человек может получить тепловой удар, если быстро не погрузится в океан. Сама по себе вода в нем, независимо от глубины и времени года, сохраняет неизменную температуру в 0,5 градуса по Цельсию.

Франклин, узнать которого можно было лишь по длинным усам, торчащим из-под мехового капюшона, дал водителю знак остановить машину.

— Хороший денек для заплыва, — сказал он, дергая тугую дверь «спрайта».

Дэррил с Майклом спрыгнули на скользкий лед и, пока Франклин выгружал из саней оборудование, проследовали прямо в домик. Внутри было очень тепло. На металлических кронштейнах стояли массивные обогреватели, а вдоль всех четырех стен громоздились ящики с экипировкой.

Но что приковывало внимание, так это круглое отверстие футов шести в диаметре, зияющее в самом центре пола, словно огромное джакузи. На всякий случай, чтобы исключить несчастные случаи и преждевременное погружение, полынья была прикрыта стальной решеткой. Майкл не удержался и заглянул сквозь нее в глубокую синеву воды, подернутой поблескивающей ледяной шугой.

— Здорово, народ! — приветствовал их Каллоуэй, смешливый парень, говоривший с отчетливым австралийским акцентом. — Сегодня процессом погружения руковожу я. — Майкл слышал от Лоусона и других, что Каллоуэй никакой не австралиец, а лишь когда-то принял этот образ, чтобы привлекать внимание девчонок. — Давайте-ка поскорее вытряхнем вас из портков да приступим. Работы непочатый край.

Как выяснилось, сказанная им фраза могла считаться девизом дня; Майкл погружался неоднократно и давно привык к длительному процессу облачения в водолазный костюм, но это превзошло все, с чем ему приходилось сталкиваться. Следуя инструкциям Каллоуэя, они с Дэррилом сначала натянули длинное нижнее белье из толстого полипропилена, а поверх него — термокомбинезон из полартека. На ноги надели особые носки, разработанные специально для участников американской антарктической программы, и ноговицы из тинсулейта. На этой стадии экипировки Дэррил стал похож на рыжеволосого эльфа.

Затем Каллоуэй выдал каждому по легкому сухому гидрокостюму красного цвета, который следовало надеть поверх нательника.

— Ну что, приятель, не замерз? — пошутил Каллоуэй, расстегивая ворот фланелевой рубашки.

— Скажешь тоже, — хмыкнул Майкл.

— И скажу! Ну что, приятель, не замерз? — с готовностью повторил фразу Каллоуэй.

Майкл уже успел привыкнуть к школярским шуточкам, которыми грешили работники станции Адели. Впрочем, по его опыту, подобное наблюдалось и в других отдаленных уголках, где люди жили ограниченными группами.

Следующим на очереди был собственно внешний гидрокостюм; Каллоуэй держал его в руках словно модельер, демонстрирующий свое последнее творение.

— Ультрасовременная вещь, чуваки. Трехслойный нейлон-бутил-нейлон. Гораздо легче, чем костюмы из сжатого неопрена, к тому же почти не впитывает воду.

Пока Майкл втискивался в очередной слой подводной амуниции, он ощущал себя человечком с рекламы покрышек «Мишлен», а ведь еще предстояла самая неприятная часть процедуры — защита головы и лица.

Каллоуэй покопался в огромной сумке, которую внес Франклин, и извлек из нее «фантомаски» Хендерсона — закрывающие все лицо маски с отверстиями для глаз и губ, причем отверстие для рта прикрывал тонкий слой неопрена. Натягивая вязаный шлем, Майкл представлял себя грабителем, собравшимся на дело. Но на этом мучения не закончились: поверх «фантомаски» предстояло надеть еще и плотно облегающий капюшон из латекса. Каллоуэй помог ему натянуть капюшон на голову и расправить на верхней части внешнего оранжевого гидрокостюма, к которой тот прилип, как присоска. На этой стадии Майкл стал похож на огромную сосиску, обтянутую герметичной оранжевой оболочкой.

— Ты можешь его выключить? — спросил Дэррил, неуклюже поднимая толстую, как окорок, руку и указывая ею на ближайший обогреватель. — Я сейчас спекусь.

— Нет проблем, чувак. Надо было раньше его вырубить. — Каллоуэй выключил оба отопителя. — Еще пара минут — и окунем вас, — сказал он в утешение.

Каллоуэй помог обоим надеть утепленные альпинистские перчатки-подкладки, поверх них — основные резиновые перчатки с тремя пальцами, после чего нацепил на ноги мужчин утяжеляющий балласт. Майкл хорошо знал, что без дополнительных грузов ныряльщик перевернется вверх тормашками и будет барахтаться в воде, пока не утонет. Под занавес Каллоуэй взвалил им на спины стальные кислородные баллоны «Scuba Pro 95-cubic-foot» с двойными регуляторами. Майкл едва мог пошевелиться.