Сергей Пономаренко - Кассандра

Лысый, сидевший на теле Стаса, отложил бубен, и у него в руке оказалось ведро, которое он опрокинул на лежащее под ним тело. Густая черная жидкость местами покрыла его.

Ксана, взяв Леонида за руку, повела его вдоль стены. Теперь он видел, что в этом зале присутствуют какие-то люди в таких же накидках с надвинутыми на лица капюшонами и свечами в руках. Он и Ксана оказались в нескольких шагах от тела Стаса, над которым измывался лысый шаман. Черная жидкость оказалась вблизи множеством черных жучков, таких же, как и те, которых он видел на стене. Они омерзительно шевелились на теле Стаса. А у того от огня съежились, почернели губы, открытые глаза отсвечивали зловещим огнем.

«Боже мой, как Стасу больно!» — Мысль пронеслась как молния, и, не соображая, что делает, он подскочил к шаману, перед которым почтительно склонилась темная фигура в балахоне, что-то негромко спрашивая, и сильным ударом в лицо свалил того на пол.

— Ходу! — заорала в ухо Ксана, схватила его за руку и потянула за собой.

Сзади раздались гневные крики, Ксана развернулась и что-то бросила — раздался громкий взрыв, за ним второй. Ксана бежала по запутанному лабиринту, держа Леонида за руку и увлекая его за собой. Она силой протолкнула его, путающегося в длинной накидке, в отверстие и быстро пролезла сама.

— Идиот! Вляпались мы! — прокричала она, отдавая ему фонарь, и уже не оглядываясь устремилась вперед со всей скоростью, на какую только была способна.

Леонид, наконец поверив, что страхи девушки не беспочвенны, и от этого в значительной мере протрезвев, устремился за ней следом, стараясь не отставать. Картины только что увиденного продолжали стоять у него перед глазами, а сам он механически бежал за девушкой. За одно мгновение они преодолели коридор с летучими мышами, вновь их потревожив; согнувшись, то и дело опускаясь на четвереньки, помогая себе руками, они быстро продвигались по низкому ходу, и спина Леонида уже не беспокоила. Сзади слышался то приближающийся, то удаляющийся шум погони, который заставлял их бежать все быстрее и быстрее.

Обратная дорога показалась Леониду очень короткой, а когда они выбрались из люка, он упал на землю спиной и почувствовал, что смертельно устал. От усталости, неимоверного напряжения сил его тут же стошнило.

— Вставай! Мы выиграли всего несколько минут, а еще надо поймать такси! — поднял его требовательный голос девушки, возившейся с крышкой люка.

Ксана уже успела сбросить с себя «химзу», и он нечеловеческим усилием воли заставил себя подняться и вновь побежать за ней, раскачиваясь от усталости. От его внимания ускользала окружающая их обстановка, он видел лишь спину бежавшей девушки и старался не отставать, хотя у него заплетались ноги. Вдруг Ксана резко рванула в сторону, и он услышал скрип тормозов, ругань водителя. Сознание то и дело ускользало, он лишь смутно ощущал, что втаскивает свое непослушное тело в салон автомобиля, затем провал в памяти и кратковременный всплеск — он спускается по лестнице в мастерскую художника… Тут уже Леонид полностью отключился.

Проснулся Леонид поздним утром на столе-кровати. События ночи представлялись ему настолько нереальными, что он принял бы их за сон, если бы не обнаружил рядом с собой спящую Ксану, полностью одетую, лежащую поверх одеяла. Сам он был раздет и лежал в одних трусах. «Я еще смог сам раздеться и постелить — значит, все не так запущено».

Тут он вспомнил, что на этой постели несколько ночей тому назад умер Стас, и ему сделалось дурно. Он поспешил встать, этим разбудив Ксану, легко соскочившую на пол и сразу принявшую деловой вид. Она на несколько минут скрылась в импровизированной ванной комнате, а появившись, удивила свежим видом, словно отлично выспалась.

— Доброе утро. Завтракать не буду — побегу, еще много дел. Твою одежду постирала, но думаю, что она еще не высохла. Висит в другой комнате — там я открыла окошко для проветривания, благо, на нем есть решетка. — Ксана подхватила свой рюкзачок и направилась к двери. — Утюг найдешь.

— Подожди, — спохватился Леонид. — Объясни мне, что произошло ночью: где мы были, что это за ритуал? — Он вспомнил землистое лицо Стаса с вырывающимся изо рта огнем и вздрогнул. — Чудовищный ритуал. Это были сатанисты?

— Неужели ты не догадался, где был? — удивилась девушка.

— По правде сказать, нет. Но эту пещеру я видел во сне. Хочешь, я тебе расскажу?

— В следующий раз — я спешу.

— Пещера, люди в балахонах, ужасный ритуал над телом Стаса, погоня. А что ты там бросила, взорвавшееся?

— Ерунда — петарды, но звук в подземелье многократно усиливается и поражает воображение. Мне пора. — И она выскочила за дверь, на ходу выкрикнув: — Ты был у Кассандры! — Дверь за ней захлопнулась.

— Ну, если так… — глубокомысленно произнес Леонид. — Однако это ничего не объясняет. Абсолютно ничего!

20

Дома Леонид появился днем, в слегка влажной и мятой одежде — утюга в жилище Стаса он не обнаружил. Богдана была на работе, это его устраивало и позволяло беспрепятственно поработать на компьютере. Он набрал на клавиатуре «Агхора» и послал в поиск.

И на этот раз всемирная паутина оказалась на высоте — просветила его.

Агхора — одна из древнейших индийских сект, которая наследовала традиции еще более древнего аскетического ордена Капаликов, или «носящих черепа». В переводе с хинди агхора означает «не ужасающийся».

«Попробуй не ужаснуться, увидев, что они вытворяют», — мысленно возразил этому утверждению Леонид.

«Агхори подражают наиболее эксцентричным качествам Господа Шивы как Победителя Смерти. Их любимые места — это поля для кремации; они купаются в пепле от погребальных костров, носят ожерелье из черепов и костей, свободно себя чувствуют в компании духов и призраков, постоянно пребывают в состоянии опьянения наркотического или алкогольного. Они нарушают все аскетические табу, убежденные, что «заменой всех ценностей на противоположные» они приближают просветление. В то время как всем индуистам полагается быть вегетарианцами и трезвенниками, агхори едят мясо и пьют алкоголь. Им приписывают даже более отталкивающие привычки: они едят гнилую плоть трупов, экскременты и пьют мочу, даже собачью; они имеют ритуальные сношения с менструирующими проститутками в местах кремации, где они обычно обитают; они медитируют, сидя на трупе, они оскорбляют людей грязными выражениями; они окружают себя символами смерти, такими как человеческие черепа, из которых они пьют и которые используют для проведения магических ритуалов».

Послужной список агхори Леониду не понравился, но то, что он видел своими глазами, соответствовало тому, что прочитал. Имеющиеся в Интернете фотографии агхори изображали людей явно не совсем психически здоровых, они радостно что-то пили из капалы — верхней части мужского черепа. А некоторые приведенные откровения учителей агхори вызывали омерзение: