Странник по духовным мирам - Гвидо Франчецце

услышав мой разговор с императором. Он подошел ближе, удивляясь моей смелости и тревожась за мою безопасность. Он знал обо мне лишь то, что я — несчастный новичок, который не сознает, как опасно это место. Его беспокойство обо мне и чувство жалости создало между нами связь, которая должна была стать тем средством, которым я мог воспользоваться, чтобы увести его с собой.

Я сделал несколько шагов к трону императора. Покаянный дух последовал за мной и, приблизившись вплотную, шепнул:

«Не дай ему обмануть тебя. Беги из этого места, пока ещё есть время, а я на миг отвлеку их внимание на себя». Я поблагодарил духа, но возразил:

«Я не стану убегать от кого бы то ни было здесь, но позабочусь о том, чтобы не угодить в ловушку».

Наш быстрый обмен словами был, однако, замечен императором, так как он, выражая нетерпение, ударил мечом в пол и воскликнул:

«Подойди, чужестранец! Где твои манеры, если ты заставляешь императора ждать? Вот мой трон, твердыня государства, сядь в него и почувствуй на мгновение себя на моём месте».

Я взглянул туда, куда он указывал, и увидел огромное кресло с балдахином. Два крылатых гиганта из бронзы держали его сзади, у каждого было по шесть длинных рук, из которых формировались спинка и подлокотники, а балдахин держался на головах этих фигур как на колоннах. У меня не было намерения садиться в кресло; тот, кто занимал это место раньше, был слишком омерзителен для меня, чтобы я мог каким-либо образом соприкоснуться с ним, но из любопытства я пожелал рассмотреть это кресло, хотя возникновение подобного желания само по себе должно было насторожить меня. Мне показалось, что трон внезапно ожил, и перед моими глазами показался образ несчастного духа, в которого вцепились ужасные руки, сокрушающие его тело в бесформенную массу. Я знал, что такова судьба всех, в ком император возбудил желание испытать преимущества этого трона. Образ продержался перед моим взором не более мгновения, но тут я повернулся к императору и сказал:

«У меня нет желания занять ваше место, и я должен отклонить ваше лестное предложение».

Он разразился приступом ярости и крикнул своим стражам, чтобы они схватили меня и насильно усадили в это кресло, чтобы они впихивали в моё горло еду и питье, пока я не задохнусь.

Я тут же почувствовал движение со стороны. Человек, которого я пришел спасать, встал передо мной, чтобы защитить меня. Нас со всех сторон окружила суетливая и кишащая масса духов. На мгновение, признаюсь, моё сердце дрогнуло, и мужество начало покидать меня. Они были такими мерзкими, такими злобными, как дикие звери, почувствовавшие волю! И все они устремились на меня. Но уже через мгновение во мне проснулся воинственный дух, которого, по моему мнению, у меня всегда имелось в избытке. Я собрал воедино всю силу воли и бросил навстречу им, призывая на помощь все силы добра и одновременно крепко держа за руку духа, который пришел мне на помощь. Я постепенно отступал к двери, а вся толпа темных духов следовала за нами с дикими криками, подкрепляя их угрожающими жестами. Однако они не могли коснуться нас, так как я удерживал их на расстоянии силой своей воли. Достигнув двери, мы выскочили в неё, после чего она захлопнулась за нами, отделяя нас от наших преследователей. Затем сильные руки подхватили нас обоих и понесли прочь, в безопасное место.

Мой спасённый собрат к этому времени впал в бессознательное состояние и, стоя над ним, я заметил четырех величественных духов, которые воздействовали на его тело магнетическими жестами. Потом я стал свидетелем невиданного мной до сих пор зрелища. Из бесформенного тела, аморфной массой спавшего у моих ног сном смерти, вышел прозрачный туман, который начал сгущаться и разрастаться и наконец принял форму духа. Это была очищенная душа несчастного, освобождённого от своей оболочки. Я увидел, как четыре фигуры ангелов заключили всё ещё бессознательную душу в свои объятия, как ребенка, и поплыли вместе с ней вверх, а потом вообще скрылись из виду. Рядом со мной стоял светлый ангел. Он сказал мне:

«Не печалься, о, сын Страны Надежды! Многим поможешь ты в этой тёмной стране и велика будет радость Небесных Ангелов, когда они примут в свои объятия этих раскаявшихся грешников».

Закончив говорить, он исчез, а я снова оказался один посреди холодной равнины Ада.

Глава 21. Геенна Огненная — Мстительный Дух — Пираты — Море Омерзительной Грязи — Горы Эгоистического Гнёта — Леса Отчаяния — Послания Любви

Вдали передо мной тянулся узкий путь, и мне любопытно было узнать, куда он меня приведёт, я последовал по нём, уверенный, что, так или иначе он приведёт меня к тем, которым я мог бы помочь. Следуя им в течение короткого промежутка времени, я пришёл к подножию вереницы черных гор, и передо мной был вход в огромную пещеру. Ужасные рептилии высели на стенах и ползали у моих ног. Большие грибы и чудовищные воздушные растения илистого вязкого вида, висели гирляндами подобно неровной поверхности потолка, и пруд темной стоящей воды почти полностью покрывал пол. Я думал уйти прочь с этого места, но голос, как мне показалось, предложил мне, продолжать, так я и поступил, уклоняясь от края тёмного пруда оказался возле узкого темного прохода в скале. Я пошёл вниз им, и свернул за угол, увидел перед собой красный свет как от огня, в то время как темные формы подобно домовым прошли туда и обратно между ним и мной. Один миг и я стоял в конце прохода. Передо мной был гигантский свод, подобный средневековой темнице, его неровный скалистый потолок наполовину был скрыт массами зловещего дыма и пламени, которые явились результатом огромного огня, сверкающего в середине пещеры, в то время как вокруг него танцевал такой отряд злых духов, которые были типичными представителями дьявола Ада. С пронзительными криками и воплями смеха, они кололи друг друга длинными черными копьями у огня и танцевали, подбрасывая себя самым безобразным образом, в то время как в углу была собрана вместе приблизительно дюжина жалких темных духов, к которым они время от времени делали неистовые стремительные движения, как будто бы собираясь схватить и швырнуть их в огонь, всегда снова отступая с воплями и рёвом ярости.

Я скоро осознал, что был невидим для этих существ, таким образом, набравшись храбрости по этому поводу, я приблизился. К моему ужасу я обнаружил, что огонь был составлен