Елена Королёва - Нереальная реальность

За окном послышался какой-то шум. Вован подъехал поближе и… остолбенел: все его родные, и мать, и Валентина с Люськой, и Лешка с Наташей, с чемоданами выходили со двора. Они собирались уезжать!

Сердце Владимира заколотилось быстро-быстро, пытаясь вот-вот выскочить из груди. Как же так? Неужели они оставят его совсем одного, беспомощного инвалида? Неужели они бросят отца без помощи в таком состоянии?

— Валя, Валя! Мама! Лешка! Люся! — заорал Вован. — Куда же вы? Не бросайте меня! Не бросайте! Я без вас пропаду…!

Слезы лились по его щекам… Душа сжималась в комок от одной мысли, что он останется совсем один!

— Валенька! Люсенька! Леха! — плакал майор. Но… никто не слышал его. Они о чем-то весело переговаривались, все дальше и дальше уходя от дома, в котором оставили больного и несчастного Владимира. Ни один из них даже не оглянулся, удаляясь от некогда близкого и родного человека…

Вован закрыл лицо руками и горько заплакал. Да, в своей комнате, сидя в инвалидной коляске, плакал крепкий сильный мужчина, военный майор, побывавший во многих передрягах и сражениях, перенесший много боли и лишений… Плакал не от физических страданий, а от жгучего горького чувства, что он просто никому не нужен…

— Вовочка, ты плачешь? — послышался удивленный голос жены совсем рядом. — Вовочка, что случилось? Тебе плохо? Тебе больно? Вовочка!

Майор открыл глаза. Около двери стояла Валентина, которая только что вошла в комнату и теперь круглыми глазами смотрела на него. В ее руках виднелось большое кухонное полотенце, убедительно опровергавшее увиденную картину всеобщего отъезда семьи.

— Валь, а… вы разве не уехали? — вытер слезы Вован. — Вы же только что… Вы не уехали?

— Да ты что, Володь! — еще больше удивилась жена. — Куда ж мы уедем! Ты вот заболел, да и Леша с Наташей только приехали, куда же нам ехать!

Вован смотрел на Валентину непонимающим взглядом и пытался сообразить, о чем она говорит. Ведь он только что своими собственными глазами видел, как вся семья покидала двор с чемоданами в руках! Он не мог так ошибиться! Что же это получается, не верь своим глазам? Но… именно сейчас, в эту самую минуту, перед ним стояла его жена, вполне реальная и осязаемая, и никуда она не уехала…

Наш герой облегченно выдохнул:

— Ну, Слава Богу! Значит, это было просто видение… Просто страшное видение! Бедная моя голова…

— Вов! Поехали, обед уже готов, все тебя только ждут! — ласково улыбнулась жена. — Еда не еда без нашего папочки!

Безмерно обрадованный, что он не один и еще нужен своим родным, Владимир тоже улыбнулся и протянул руки жене:

— Валюш, я тебе давно хотел сказать… — тихо проговорил он. — Давно хотел сказать… что я тебя очень люблю! Ты у меня самая лучшая и самая замечательная! Ты у меня…! Я тебе так много должен сказать!

— Ну, что ты, Володь… — опустила глаза Валя. — Я знаю, что ты меня любишь и всегда любил…

— Валюш, я только теперь понял, насколько вы все нужны мне! Насколько вы мне дороги! — признался наш герой. — Я за вас все готов отдать! Все, что у меня есть и даже больше…

— Я знаю, Володь! — произнесла Валя. — И мы тебя тоже очень любим и ценим! И так было всегда, и теперь особенно!

— Даже не смотря на мою инвалидность? Ведь я не могу ходить, и не знаю, смогу ли в будущем…

— Ты вроде такой взрослый, а еще такой глупенький! — опять улыбнулась жена. — За столько лет ты так и не понял, что мы любим тебя любым, и больным и здоровым! И я хочу, чтобы ты знал это…

Очень часто человеку для счастья надо совсем немного, не миллион долларов и не звезду с неба… Очень часто ему не хватает как раз вот таких вот теплых добрых слов, которые могут надолго поселить в его сердце любовь и надежду! Очень часто человеку важно просто услышать, что его кто-то любит и принимает любым…

Вован смотрел на свою жену… Господи, только сейчас он заметил, какая же она у него красивая! Какие у нее добрые лучистые глаза… Какие у нее умелые руки, которые всегда и во всем ему помогали… Какие у нее чудесные волосы, которые он когда-то так любил гладить… И как он смел никогда не говорить ей об этом… Как он смел никогда этого не замечать!

Чувства переполняли майора. Он так многое еще хотел сказать… Но в коридоре послышались шаги и в комнату вошел Алексей:

— Мам! Пап! Ну, вы где там? Все уже ждут вас! Пойдемте! Вам помочь, пап?

— Нет, не надо, Леш, — ответил Вован. — Мы с мамой сами сейчас приедем.

Наш герой вместе с женой направился в кухню, где уже сидели другие члены их большой семьи. И его совершенно не смущало, что, по его подсчетам, они ели совсем недавно, и он даже не успел проголодаться. Ему уже было все равно, ведь его ждали родные люди!

После вкусного и сытного обеда все вышли на веранду, чтобы подышать свежим воздухом и насладиться красотой летней природы.

Неожиданно Лешка подмигнул матери, и хитро обратился к Владимиру:

— Бать, по-моему, ты кое-что обещал мне…

— Что? — не понял Вован. — Я что-то обещал? Когда?

— Обещал, обещал! — рассмеялся молодой человек. — Кто мне говорил, что повезет меня на охоту, когда я приеду, а?

Сердце майора сжалось… Как давно он мечтал, что они вместе с сыном поедут на их большом джипе поохотиться! Как представлял все в мельчайших подробностях! Но раньше у него не было ни машины, ни возможности для этого, а теперь… Теперь это было совершенно невозможно, ведь он был прикован к инвалидной коляске…

Он обреченно посмотрел на Лешку:

— Лех…

— Нет, бать, ты не отвертишься! — не унимался сын, понимая причину печали в глазах отца. — Если ты об этом кресле, то не беда! Я ж тебя не прошу садиться за руль, поедешь на заднем сиденье! Я тебе помогу, не волнуйся! Мы обязательно должны съездить!

— А правда… — появилась улыбка на лице майора. — Поможешь мне, сын?

— Конечно, бать!

Вован не верил своим ушам — после стольких потрясений исполнялось одно из главных заветных желаний всей его жизни! Да, будучи здоровым он не смог осуществить свою мечту и съездить на охоту, но зато он теперь сделает это, пусть и в инвалидном кресле!

— Ну, Леха, иди, бери все необходимое и… поехали! — радостно закричал Владимир.

— Есть! — отозвался молодой человек и скрылся из виду.

Они уже закладывали остатки снаряжения в багажник, выполняя последние приготовления, когда к ним вдруг подошла Люся:

— А меня возьмете? — несмело спросила она — Я тоже хочу… Пап, Леш!

Вован просто остолбенел от изумления. Когда это было, чтобы дочка, уже давно отдалившаяся от отца и ни каким образом не принимавшая участия в его делах, захотела с ними поехать! Да она и разговаривала-то с большим усилием!