Атилла - Волхв

— Ясно, подождите немного, — голос в трубке замолчал, потом, через пару минут начальник службы безопасности продолжил. — В бумагах мэра написано, что если с ним случится что-то странное или необъяснимое, то следует вызвать вас. Также Груздев оставил для вас сообщение, точнее просьбу. Она звучит так: «Странник защити мою дочь, дай ей вырасти, помоги». И еще тут указан счет, на нем лежат довольно приличные деньги, которые как я понял, предназначены для вас.

— Понятно, — Буров задумался, посмертная просьба это серьезно, такому он не мог отказать, иначе это могло закончиться посмертным проклятием. Деньги это хорошо, но они предназначены не для него, а для Насти. Да и не нужны они ему. Ему в лесу хорошо, а здесь что с ними делать? Деньги всегда там, где много людей, где один другого пытается обмануть, да и сами они всего лишь средство обмана, средство правления, средство власти. Деньги — это морковка перед носом у ишака, пока она есть, ничто другое осла не интересует. Человек думает, что заработает деньги и получит все, что захочет, в том числе и власть над другими людьми, а власть знает, что в любой момент может сделать деньги простой бумагой, и делает. В этом вся суть игры, одни стремятся к власти, другие туда не пускают, но предлагают морковку, за которой человек готов бежать до изнеможения. Когда-то и Тихомир бежал за этой морковкой, пока не понял, что либо нужно мчаться не туда, либо делать это как-то по-другому. А потом понял, что заработать деньги можно только изменившись, стать готовым для любого преступления, и тогда все получится. Но терять душу, как и возможность нового перерождения, из-за денег он не хотел, таким образом и оказался в лесу. Правда, сначала пришлось спасаться от власти, которой не понравилось, что он не хочет зарабатывать деньги убийствами и грабежами.

— Что вы скажете на это, странник? — спросил Линев. — Как я понял, забота о Насте теперь лежит на вас.

— Получается так, — задумчиво пробормотал странник. — Хоть не могу сказать, что меня это радует.

— Когда вас ждать?

— Мне потребуется какое-то время для сборов, — ответил Тихомир. — Надеюсь, вы сможете обеспечить девочке защиту до моего приезда?

— Обычную — да, в этом не сомневайтесь, но от магии вряд ли, — ответил начальник службы безопасности. — Я даже не знаю, что делать в случае магического нападения: то ли священника звать, то ли гадалок и экстрасенсов по городу собирать.

— Об этом не беспокойтесь, пока на Насте мой оберег я буду знать о любом нападении, он ее защитит, да и мне сигнал даст, — ответил Буров. — Я позвоню, как только буду готов, мне надо уладить кое-какие дела.

— Побыстрее приезжайте, — буркнул Линев. — Тут сейчас ужас что начнется: появится куча родственников ниоткуда, чтобы поделить наследство, а кроме того нарисуются господа от власти, чтобы подгрести под себя все, чем владел покойный мэр, и тогда мне одному не выдюжить. Сильны они, суды под ними ходят и прокуратура, я это по прошлой службе хорошо знаю.

— Я вас понял, — сказал Тихомир. — Сообщу, когда приеду, чтобы меня встретили.

— Хорошо, — в голосе начальника службы безопасности прозвучало облегчение, видимо, действительно, ему нелегко приходилось. — Буду с нетерпением ждать.

Буров озадаченно посмотрел на трубку, сунул ее в карман и отправился в монастырь. Внутрь его не пустили, привратник с сожалением сказал:

— Здравствуй, брат. Я рад тебя видеть, но игумен распорядился тебя не пускать без особых распоряжений.

— Я понял, — Тихомир сел на скамейку у ворот. — Сходи к нему, скажи, что у меня возникли особые обстоятельства, которые и его касаются. Лучше ему со мной поговорить, иначе он кое-что не узнает, а это может сильно повлиять на вашу жизнь.

— Схожу, мне нетрудно, — старик поковылял к лестнице. — Надеюсь, новости хоть хорошие?

— Нет, — крикнул Буров вслед монаху. — Хорошие новости не ношу, неинтересно мне это.

Минуты через две вниз спустился настоятель и подошел к окошку в двери:

— Здравствуй, странник. Мне сказали, что ты снова принес плохие новости.

— Почему снова? — удивился Тихомир. — Раньше я вообще не приносил никаких новостей. Такое в первый раз.

— Во второй, — игумен усмехнулся и открыл калитку. — В первый ты сам был плохой новостью, когда мы тебя нашли за воротами окровавленного и израненного. Ладно, заходи, поговорим.

— Не пойду, не буду твое распоряжение нарушать, — покачал головой Буров. — Раз назвал меня нежеланным гостем, то я таким и останусь, тем более что не мне это надо, а тебе.

— Пусть так, — вздохнул настоятель. Он вышел и сел рядом на скамейку. — Рассказывай свою плохую новость.

— Груздев умер, — сказал Тихомир. — Вероятнее всего, его убили, причем с помощью магии.

— Дрянное дело, — игумен поморщился и погладил левую сторону груди. — Сердце болит. А новость действительно плохая. Николай был хорошим человеком. Не часто, но иногда он нам помогал, в том числе и финансово. Я всегда мог к нему обратиться с проблемой, и он ее решал. Теперь будет труднее жить. Как ты узнал о его смерти?

— С помощью спутникового телефона, — Буров достал трубку и подал настоятелю. — Мне его Груздев дал для связи, могу подарить, мне он больше не нужен.

— Красивая игрушка, — игумен посмотрел телефон и подал обратно. — Забери, тебе она еще потребуется, а мы уж как-нибудь по старинке будем звонить, по обычному. Итак, Груздев умер. Но вероятно это не все, иначе ты не пришел бы. Что-то еще произошло?

— Его начальник безопасности, некто Линев, сказал, что нашел в бумагах Николай Петровича, записку, в которой тот просит в случае его необъяснимой или странной смерти, чтобы я взял под защиту его дочь Настю, — Тихомир посмотрел на солнце, которое как раз поднялось к середине неба. Хорошее сегодня вышло светило, теплое, летнее. — Денег мне оставил, чтобы я мог ими пользоваться.

— Мать Насти умерла при родах, — вздохнул настоятель. — Девочку воспитывали отец и бабушка, она ни в чем не знала недостатка, ее любили и баловали, теперь ей будет очень трудно жить. Она хорошая девочка, но абсолютно неприспособленна к сегодняшней суровой жизни. Груздев сделал правильный выбор, когда попросил, чтобы ты присмотрел за ней. Ты единственный, кому не нужны будут ее деньги, и ты по-настоящему сможешь ей помочь, у тебя есть прошлый опыт, ты воин, и ты умеешь решать сложные вопросы. Благословляю тебя на доброе дело!! Помоги ей.

— Подожди благословлять, — недовольно помотал головой Буров. — Ты даже не спросил, хочу ли я? Пока все выглядит очень неприятно. Ты отправил меня к Груздеву вылечить его дочь, а после этого на монастырь напали, причем только для того, чтобы меня убить. А когда я решил все проблемы, ты отказался меня видеть, и закрыл передо мной дверь обители. Все так — я ничего не перепутал? А что будет, если я возьмусь помогать этой девочке? Совсем меня проклянешь?