Скотт Вестерфельд - Тайный час

Стойку можно было укорачивать и удлинять в зависимости от роста певца. Минимальная ее длина равнялась трем футам, максимальная — шести. Когда Десс открутила круглое основание, стойка стала очень легкой. Еще ни разу в жизни Десс не доводилось давать имя такому большому предмету, но с точки зрения геометрии пропорции стойки оказались поистине совершенными. Будучи выдвинутой на полную длину, она гораздо больше походила на настоящее оружие, чем что-либо из прежнего арсенала Десс.

Интересно, подумала она, может, темнякам до сих пор снятся в кошмарах копья, которые метали в них люди каменного века. Мелисса всегда утверждала, что у темняков очень хорошая память.

Все воскресенье Десс занималась тем, что наносила на поверхность стойки различные маленькие значки. Это были математические символы и рисунки из старательно расставленных точек. Она даже скопировала несколько фигур из тех, что были нацарапаны на стене в пещере.

Вероятно, это произведение палеолитической живописи было исполнено в честь особо удачной охоты. Десс трудилась до тех пор, пока количество рисунков не составило тридцать девять — идеальное число для борьбы с темняками.

В одном из углов все еще пахло раскаленным железом, от паяльника к потолку поднималась струйка белесого дыма. Полночь вступала в свои права, в озаренной пламенем свечи комнате все постепенно окрашивалось в синий цвет. Десс наблюдала за тем, как застывает струйка дыма, как ее колечки и изгибы вдруг замирают в неподвижности. В синем свете на фоне черных стен струйка дыма мерцала нежно и прозрачно, как мерцала бы паутинка в солнечном луче.

Десс осторожно прикоснулась к паутинке дыма кончиком пальца. От нее отделился «клочок» дыма шириной с палец и заструился к потолку.

— Гм-м-м, — глубокомысленно протянула Десс. — Логично.

Как все прочее, что замирало в полночь, частицы дыма обретали свободу, стоило к ним прикоснуться. Но горячий дым легче воздуха поэтому он не опускался, а стремился вверх.

Она взяла в руки стойку. В синем свете та выглядела как отличное оружие.

«Если сегодняшний тайный час окажется похожим на вчерашний, то оружие мне не помешает», — подумала Десс.

Оставался последний этап. Десс хотела наделить свое «копье» именем из тридцати девяти букв, и таким именем, от которого был бы толк. Одним словом тут было не обойтись. Но слова такой длины попадались только в области химии, а Десс считала, что от мудреных научных названий во время тайного часа большого толку не будет. Даже ползучек не напугать такими словами, как «бензогидроксипенталаминатриконигексадрин»[22] — может быть, потому, что вещества, обозначаемые такие словами, как правило, входят в состав организма аппетитных девочек-подростков. Однако, вероятно, нужного эффекта можно достичь с помощью трех слов из тринадцати букв. Десс села и несколько минут внимательно изучала картинки, которыми украсила микрофонную стойку по всей длине, перебирая слова в уме.

Другим полуночникам приходилось пользоваться словарями, но она, математик-вундеркинд, подсчитывала буквы автоматически. Для нее тринадцатибуквенные слова обладали особым, специфическим запахом и цветом, она видела их так, словно они написаны заглавными буквами. Миновало еще несколько мгновений — и сознание Десс выстроило прекрасную последовательность из трех тридекалогизмов.

Она поднесла свое оружие к губам и прошептала:

— «Восхитительно пересчитанный орнаментализм».

Как договорились, Десс заехала за Рексом. Он жил неподалеку, и если кого-то из них поймали бы поодиночке, то Десс скорее бы выкрутилась. Мелисса сегодня решила остаться дома — намеревалась заняться просмотром экстрасенсорного пейзажа в попытке понять, что же такое творится на бедлендах.

— Все нормально? — спросил Рекс, когда Десс подъехала к его неухоженной лужайке. Он ждал ее там, окружив себя горками из тринадцати камней.

— Да. Сегодня все не так жутко, как было прошлой ночью. По крайней мере в городе.

Прошлой ночью они побывали в том месте, где встречались особо древние «письмена», далеко посреди бедлендов. Ползучки с самого начала увязались за ними, они и летели, и ползли. Всякий раз, когда Десс оглядывалась, ей казалось, что тварей становится все больше. Появились и летучие темняки всех видов и мастей, их незнакомые силуэты заслоняли лик луны. Два темняка даже пытались подобраться к ним и испытывали на прочность линию обороны, которой Десс обнесла изучаемую территорию. Дело могло обернуться совсем плохо, но примерно за пятнадцать минут до захода луны все твари вдруг исчезли — умчались, словно вспомнили о какой-то важной встрече, назначенной на это время. Все это было очень странно и непонятно.

— Поехали, — поторопила Десс Рекса. Ей не хотелось думать о том, что Джессика сегодня совсем одна. Нынче ночью кнопки могли ее не уберечь.

«Правда, она, может быть, и не совсем одна… — еле заметно улыбнувшись, подумала Десс. — Вот Рекс удивится!»

Рекс внимательно огляделся по сторонам и только после этого сел на свой велосипед.

— Очень надеюсь, что сегодня будет спокойно. Не могу в толк взять, откуда взялись все эти темняки. Я и не представлял, что среди них есть такие здоровенные.

Десс кивнула:

— Я тоже об этом думала. Хочешь, я выскажу предположение?

— Конечно.

— Ладно. Темняки похожи на пантер или тигров, так? За исключением тех случаев, когда принимают совершенно уродское обличье, как это было вчера ночью.

— Верно. Согласно науке полуночи, они в родстве с крупными кошками — львами и тиграми. Как мы — с обезьянами.

— Пусть так, — продолжала Десс. — А вот согласно той науке, которой доверяю я, а в данном случае, это канал «Дискавери», получается, что кошки почти весь день спят. Взять, к примеру, львов. Они спят по двадцать два часа в день, ворочаются с боку на бок, помахивают хвостами, отгоняя мух, ну, может быть, зевают, дабы время от времени оглашать свою территорию подобающим рыком и напоминать о том, кто здесь хозяин, но в общем и целом они пребывают в полубессознательном состоянии.

— Двадцать два часа сна в сутки? Это очень похоже на папиного кота.

— Значит, на бодрствование остается всего два часа, так? Один из этих двух часов у них уходит на кошачий туалет и зарядку: они себя вылизывают, затевают шутливые драки с другими членами прайда, ну и так далее. Охотятся они всего один час из двадцати четырех. Рекс присвистнул:

— Вот это жизнь. Пятичасовая рабочая неделя.

— Семичасовая, — поправила его Десс — У них нет выходных.

— Обидно.

— Ну, так вот. Если темняки похожи на крупных кошек, то и они, по всей вероятности, охотятся только один час в сутки.