Владимир Бойков - Затерянные в Чарусах

«Ну и ну», — только и сказал Валерий, кончив читать эту то ли сказку, то ли притчу, то ли легенду. Тайн становилось как будто меньше, но они превращались в нечто еще более загадочное. Надо было, не паникуя, переосмыслить новые сведения, для чего требовалось просто заняться делом. Он притащил в дом подходящий округлый камень и стал затачивать скобу с одной стороны.

Утром, спрятав инструмент под куртку, Валерий вышел на улицу. Постоял, прислушался к звукам. Тишина. Туман стал еще гуще, и временами казалось, будто стоишь внутри призрачной полусферы накрывшей, словно куполом, землю. Вездеход ждал его. Холодный, мертвый, скособочившийся. Валерий влез в кабину и на ощупь вставил острие скобы между магнитом и корпусом динамика. Еще раз прислушался. Нет, сегодня погода явно потворствовала ему. Щелчок и заветный кусок уникального металла упал к ногам и откатился к левой двери кабины. Валерий полез за ним, стал шарить рукой в полумраке и вдруг вездеход качнулся. Надо было спасать магнит, но голова стукнулась о раму крыши, которая почему-то оказалась внизу и, в тот же миг, черная холодная вода, больно ударив в лицо, мгновенно затопила все пространство. Вездеход рухнул в яму. «Боже, опять!», — мелькнула шальная мысль. Валерий метнулся вверх, но там было днище, попробовал пробраться вперед — руки втыкались в вязкую глину. Наваливалось мучительное удушье. Оно сковывало движения, глушило сознание. Неожиданно в его лицо что-то больно ударилось. «Рычаг скоростей? — подумал уже почти равнодушно. — Или?..». Схватился рукой за корявую жердь, она дернулась, потянулась куда-то, но тут же выдернулась из скользких от глины пальцев и исчезла во мраке. И снова вернулась, ударив на этот раз в грудь. Валерий вцепился в нее двумя руками.

…Он очнулся в своем доме на полатях. С удивлением заметил, что лежит без одежды, завернутый в мягкие шкуры. Было тепло, уютно и вставать не хотелось. Но… магнит! Где он? Утонул вместе с вездеходом, или он успел его подобрать? Валерий вскочил, заметался по дому… Вспомнил о белогвардейском кителе в шкафу. Начал его надевать и… увидел свою одежду на лавке у стола. Она была сложена аккуратной стопкой, сухая, чистая. Сверху на куртке в продавленной от тяжести ямке лежал магнит.

27.

Деда Сома Валерий обнаружил у баньки. Он складывал в корзину дрова.

— Мыться будешь? — спросил старик. — Али кочемазым жить вздумал? Воды тода наносить надобно. Колодец вон там, видишь?

Валерий пошел к колодцу.

— Воду-то в жменях таскать будешь, что ли? Нет? Тады ведра возьми. — Сом вынес два ведра. Одно деревянное тяжеленное, другое почти новое — пластмассовое. Точно такое было у рыбака. — Сгожая вещь, — похвалился Сом тут же, заметив заинтересованность гостя. — Да не твоя, не лупься. У Прошки на лычаки выменял.

Валерий наносил воды, дед разжег каменку. Присели на крылечко.

— Старею, — пожаловался Сом. — Ноги мозжат…

— Поменьше по болотам бегай, — посоветовал гость.

— Так коды бегаю — лечше, а сяду, тоды и болят.

— Вездеход в яму упал, — как бы между прочим, сообщил Валерий.

— Ох?! — удивился старик. — Надо ж. Стоко лет стоял и на тебе. Торчит?

— Кто?

— Да визихот этот. Али весь утоп. С концами?

— Не знаю.

— Чудно. Знаешь, что утоп и не знаешь весь ли. Безлепица какая-то…

— Мне сказали.

— Кто ж?

— Да Прошка.

— А-а-а… Хотя странно. Тока у него был, мне ни слова. А тебе, вот, сообчил, поди ж ты. Вожеватым видать становишься. Хо-хо…

— Еще чем помочь? — спросил Валерий.

— Обедать пора. Пойдем, что ли?

— Спасибо, я уже, — снова соврал гость.

— Опять лукавишь. — Дед хитро подмигнул. — Не пойму никак. Вроде не хухря-мухря, а живешь, будто варлыга. Бегаешь туды-сюды сголомя, а ни дел, ни проку.

— А где Лида? — спросил Валерий уже в доме.

— Грибы мочит. Она-то тебе зачим?

— Спросил просто.

Дед вытащил из печи горшок. Сам накрыл на стол.

Ели молча. Валерий все ждал, не начнется ли галлюцинация какая, поглядывал на деда, но тот ел себе и ел. Потом заметил нервозность гостя, посмотрел пристально, с хитрецой.

— Мару поджидаешь? Не будет севодня. Не жди.

Валерий даже не удивился. Ему все надоело. Он уже давно ничего не понимал, а все попытки разобраться в происходящем приводили к еще большей запутанности.

— Мисос говорил — днем нельзя баню топить, — вспомнил Валерий.

— Отчего ж. Можно, коды туман. А таперича, по перворетию завсе туманы будут. Дненочно.

— А почему так? — не удержался от вопроса гость.

— Туман почему?

— Почему топить нельзя, если нет тумана?

— Старики велели, а мы блюдем.

— Понятно. Старики понимали, что по дыму их найти можно. А этого они почему-то не хотели.

— Опять вздор кулемесишь.

Препирания прекратились, только когда пришла Лида.

— Все цапаетесь, — сказала она, подсаживаясь к столу. — И как вам не надоело.

— А чего это он наши порядки обессуживает? Слушать вырно. Вот я и возражаю.

— Я спросил: почему, если тумана нет, днем нельзя огонь разжигать?

— А правда, почему? — вдруг удивилась Лида и посмотрела на Сома.

— И ты туды ж, — рассердился дед. — Сказано, порядки такие и не нам их нарушать!

— В любых порядках должна присутствовать логика, — сказал Валерий.

— Логика! — взвился дед. — Слово-то, какое! Умное, видать. Как у профессора. Тот тоже все пытал поначалу. Че, да как. Зачим, да почему? И мамка твоя такая же была… Дура…

Лида встрепенулась. Ее подбородок задрожал, из глаз брызнули слезинки.

— Все вы такие, — продолжал Сом запальчиво. — Лесомыги. Нет, чтоб жить себе личиво, так нет, все озлоречут.

— Чего вы кипятитесь? — сказал Валерий. — Мне например многое здесь нравится. Вы же сами к каждому моему слову цепляетесь.

— Ай, — махнул рукой Сом. — Базанить с тобой невсутерпь боле. Пустое пересердие. Понеже все одно не разговор получается, а раздобары.

— Может, вам еды жалко, так скажите прямо. Могу не приходить. Сами ведь зовете. Да и не обедать я к вам шел — иголка мне нужна. Карман оторвался. — Валерий показал надорванный шов. Одолжите до завтра.

— Вот долбень, — покачал головой Сом. — Да никому тут еды не жалко. Ешь, хоть лопни, а иголку из дому, ни ногой. Тут зашивай. Еще обронишь где. Ищи ее потом…

Задуманное дело расстраивалось. Требовалось искать новый подход. Валерий зашил карман. Потом достал магнит и приложил к нему конец иголки.

— Гляди, что у меня есть, — подозвал Сома. — Это, чтоб не терялась и, коль уронишь, очень легко найти. — Валерий кинул иголку на пол. Поднес к ней магнит. Щелк, игла подскочила, прилипла.