Татьяна Суворова - Зов

Мэри сразу открыла дверь – похоже, она ждала около нее. В неотглаженном халате, без косметики. После смерти дочери она постарела лет на тридцать-сорок. Фальшиво, по обязанности улыбнулась мне – и приняла в объятья тяжесть своего чуть не падающего отца.

Такими я их и запомнил – двое шатающиеся (Мэри еле-еле удерживала пьяного), старых людей в чистом, элегантном коридорчике.

Назавтра утренние выпуски газет выходили с первоклассной сенсацией: "Девушка гибнет в Египте, раскопав могилу жреца! Ее дед, Аллан Бауэрс, стреляет в ее мать, потом в себя!! Три трупа!!! Проклятие фараонов!!! Записка Аллана Бауэрса: "Боюсь, что оно придет мстить"!!! "

Вот такая дебильная история. Как мне объяснили знакомые психиатры, семья Бауэрсов явно имела генетическую предрасположенность к сумасшествию. В общем, вроде все понятно, но…

Но почему в моих ушах – старческое бормотание: "Йог-Сотот… Дагон… Оно говорило, что мы обычно не желаем понять миры, куда лезем…"

И главное – почему тот склеп был мне ЗНАКОМ по сну?!!

Хотя, как говорят, безумием можно заразиться. Ведь сходит же с ума масса психиатров?

Выходит, хорошо, что я не смог жениться на Джейн? А если б женился – попал бы в психушку? Ладно, все это в прошлом. Отболело, отбесилось в своем безумии. Прочно осталось позади. Моя жена Барбара не так красива, как Джейн, но зато она нормальная, веселая женщина и хорошая хозяйка. Уж в ее-то голове всегда все в порядке.

И я все реже чувствую зов кошмара – голос песка, голос Сета (или его древних отцов?). Хотя я все еще так же сильно боюсь любого песка – даже пляжей, даже парковых дорожек. Мне упорно мерещится, что это – дверь к Сету. Богу, по древним версиям египтян, имеющего две ипостаси: черную и белую… Это уже потом белая вышла из употребления… Меня зовет черная.

Я борюсь с этим сумасшествием, с зовом, услышанным в ту ночь, перед открытием коридора.

Услышанным с подачи Джейн.

За что она все-таки так мне отомстила?

Но Сета нет – то есть нет мести, есть фокусы моей психики.

Но почему все чаще моя рука перестает быть моей и тянется к кухонному ножу, поднося его все ближе к моему горлу?! И почему я не в силах рассказать об этом не только психиатру, а и всем моим знакомым, друзьям?!

… С каждым полнолунием нож останавливается все ближе от моего горла…