Алина смирнова - Игра Луны

Они были невероятно красивыми девочками, их лица сияли… Цукиёми подошел, но не стал трогать этих детей. За его спиной возник Ильвидор и остальные старейшины.

— Да, красивые. Ильвидор, отправьте всех троих в замок в Эдо.

— Конечно, господин… похоже нам придется искать вам новую жену.

Цукиёми ничего не ответил, он вышел через арку на веранду. Прислонившись к перилам, его ждала Томоэ-химэ в голубом кимоно. На ее лице отражался лишь ужас и смирение.

— Что смотришь? Тебя ждет тоже самое… — лицо Цукиёми было непроницаемо. Он никогда не любил ни Маюри, ни Томоэ. Ему было наплевать, что с ними произойдет. Ему нужен был сын. И он был готов пожертвовать хоть сотней юных Богинь, пока проклятие все же не иссякнет и одна из них не родит ему сына.

Так умерла Маюри-химэ — первая жена лунного бога, давшая начало Первой ветви великого клана Асудзима. Клана великих мечников, клана хранящего страшную тайну о проклятии Цукиёми — своего прародителя.

Томоэ

Мир Авангаруума — Небесный Дворец Цукиёми, палаты принцессы Томоэ.

Томоэ-химэ — одна из многих Богинь плодородия и природы. Она всегда была очень красива. Длинные золотые волосы, доходившие ей до талии, она всегда заплетала в причудливые высокие прически. Характер Томоэ был очень спокойным, а сама она всегда предпочитала сначала несколько раз подумать прежде, чем что-то сделать.

До того, как ее выдали замуж за Цукиёми, Томоэ была очень известной при дворе нынешнего семейства Аринглер. И принцесса Томоэ, в силу этого, была более или менее осведомлена о том за кого ее выдают замуж. И знала о том, что происходило во дворце и святилище Цукиёми еще задолго до своего появления. Ее пташки — слуги из различных дворцов и домов приносили ей и слухи и сплетни, и случайно оброненные Богами фразы о тех или иных событиях. Поэтому принцессу отмечали за ее значимость в социальной жизни Богов, а также восхваляли ее природную скромность и способность наладить общий язык с любым из божественных дворцов. И о проклятии, суть которого Томоэ правда была не известна… но о его наличие… она знала.

Показывая на публике невероятную скромность и миловидность, Томоэ на самом деле была очень твердой и властной. Она предпочитала командовать своими пташками из тени, а другими управлять чужими руками. Поэтому Томоэ была и хитрой Богиней за что, наверное, и сыскала славу в доме Богов мудрости.

Но более всего на свете Томоэ была гордой Богиней. Ей захотелось проверить на что она способна? Сможет ли она развенчать все мифы и страхи остальных Богов относительно Цукиёми и его проклятия? Сможет ли она покорить этого грозного и жестокого Бога? А Томоэ знала его именно таким. Знала его настоящего. Знала, что нрав у Цукиёми был всегда таким же жестоким, как и у его непокорного братца Сусаноо-но-микото. Бог ветра, вселявший ужас, практически во весь пантеон. Просто Цукиёми был более сдержан и самое главное он умел играть, играть в любимые игры Богов — притворство и коварство. И Томоэ любила эту игру, и она была очень искусна по части лести и коварства. Именно таким методом еще задолго до свадьбы она познакомилась с Ильвидором — главным старейшиной дома Асудзима. Ибо Цукиёми дал своему роду фамилию — Асудзима. Все кто жил во дворце и служил в храме, носили эту фамилию.

Томоэ сама инициировала свое знакомство с Цукиёми и конечно он не мог не отметить ее красоту и влияние среди множества Богинь, обитавших на Площади Пяти Лун. Томоэ без зазрения совести уговорила Ильвидора нашептать Цукиёми о необходимости жениться второй раз. Взять еще одну Богиню в свой храм и дворец. Старейшины видели ум и потенциал Томоэ, по сравнению со своенравной и капризной Маюри-химэ, Томоэ была для них идеальной кандидатурой.

Единственной слабостью, которой обладала Томоэ и старалась ее скрыть и защитить — Нацумэ-химэ, ее юная Богиня-сестричка. Рыжеволосая красавица, Богиня лета и огня, еще совсем юная. Поэтому, как только торжественная белая свадьба состоялась в храме Цукиёми, и Томоэ вместе со своими слугами переехала во дворец Лунного Бога, она отослала сестру подальше во дворец Богов огня… в глубине души она боялась Цукиёми, и поэтому отослала сестру, как можно более далеко и под защиту Богов Огня. Она хотела отправить ее еще дальше, в мир Элементалей — природных Богов Стихий, но это оказалось не возможным, так как Площадь Пяти Лун не располагает порталом в этот отдаленный мир. Но Томоэ надеялась. Надеялась, что у нее все получится. Получится изменить мир Цукиёми и его самого. Однако, принцесса Томоэ очень заблуждалась в своих суждениях.

Попав во дворец лунного Бога, первым же делом она наладила связи со всеми без исключения старейшинами, ублажая их зваными ужинами и всевозможными подарками. С первого мгновения она уже знала о судьбе постигшей Цукиёми и о проклятии, наложенным на него Аматэрасу — богиней солнца. Все его дети без исключения будут рождены невероятно сильными асурами — Богами войны, но все они будут девочками. Красивыми и сильными девочками, которые сразу же после рождения пожрут свою Богиню, подарившую им жизнь. Старейшины знали и о том, что может снять это проклятие. По преданию проклятие могла снять лишь Богиня, которая не только сама полюбит Цукиёми, но и сумеет добиться от него ответной любви. В результате такого союза Цукиёми стал бы более открытым, и менее честолюбивым и горделивым, по мнению его сестры — Богини солнца Аматэрасу. И символом снятия этого проклятия стало бы рождение сына от этого брака. Это и была главная цель Томоэ.

Родить сына и влюбить в себя Цукиёми — две неразрывно связанные цепочки. Цепочки одной задачи, которую предстояло решить Томоэ.

На пути к своей цели Томоэ-химэ первым же делом заслужила особое отношение к себе старейшины Ильвидора. Мало того, что она вела себя с ним максимально вежливо и учтиво, так она еще и не только дала, требуемую от нее клятву, но и пообещала приложить все усилия для возвышения Цукиёми и его прославления. Она нравилась им.

Томоэ-химэ предпочитала кимоно в спокойных тонах — светло желтые, бирюзовые, голубые, бледно-серые, белые с черными узорами. Ей казалось, что чрезмерная яркость кимоно всегда оттеняет красоту ее идеальных черт лица, и длинных золотистых волос. Томоэ-химе когда нужно имела властный и повелительный тон голоса, а когда нужно мягкий и даже кроткий. Томоэ всегда знала с кем и как себя вести. Для Цукиёми она всегда была кроткой и послушной, привыкла всегда его внимательно слушать, даже если он был в зверски плохом настроении. Томоэ знала — именно этим она и отличается от Маюри-химэ, Цукиёми доверяет только ей, показывая свою темную сторону. Перед Маюри таким показаться он не мог, он жалел ее. Жалел и, тем не менее, приказал не рассказывать о возможных последствиях их свадьбы. Слуги боялись и подчинялись Томоэ, для них она была властной хозяйкой, для них мнение Маюри-химэ учитывалось всегда во вторую очередь, несмотря на то, что Маюри считалась первой принцессой. Даже любимая служанка Маюри — фея Амари, на самом деле, служила Томоэ-химэ, как и все во дворце. Потому, что они боялись старейшин, а старейшины имели влияние на Томоэ-химэ, а она имела влияние на них. Для них у нее всегда были заготовлены драгоценные подарки и лестные слова, она не знала кем эти уродцы были раньше, но предпочла подавить свое отвращение к ним, а вместо этого дружить… дружить и быть ближе всех к тайнам Цукиёми.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});