Юлия Аксенова - Морок

Привезли заказанный ужин. К счастью, он был плотно упакован, так что не издавал никаких раздражающих аппетит запахов.

На улице стояла тишина, лишь изредка нарушаемая шумом какой-нибудь проезжающей машины. Прошла компания галдевших и громко гикавших юнцов, нетрезвых, судя по неразборчивым выкрикам. Простучали и удалились одинокие шаги.

Виктор опять взял маркер, сдвинул на нос, поморщившись, совсем новое для него орудие труда — очки — и, вернувшись к работе с газетами, постепенно увлекся.

Когда он вновь взглянул на часы, то обнаружил, что они начали отсчитывать второй час с тех пор, как жена вышла за порог. Облака так и не расступились, от чего небо было темным. Как быстро и незаметно наступил поздний вечер!

Виктор обругал себя за то, что забыл о времени. Он почти не сомневался: что-то случилось, раз ее нет так долго.

Набрал номер ее мобильного. Жена ответила с третьего гудка.

— Что случилось, милый? — спросила она с легкой тревогой в голосе.

— Это у тебя что случилось? — У него камень свалился с души, он не мог говорить, не улыбаясь. — Тебя уже знаешь сколько нет?

— Витенька! — Она рассмеялась. — Но я же выбираю. Тут столько всего!

— Такое количество фильмов Эттенборроу? — поддел он ее.

— Я разные смотрела, — ответила она мягко. — Но я уже закончила, сейчас иду.

— Я тебя встречу! — неожиданно для самого себя воскликнул Виктор. — Ты в каком: том, что слева от нас, или что справа? — Названия улиц у Джей было бесполезно спрашивать: она их никогда не запоминала — ни в Москве, ни в Лондоне, ни в каком-либо другом городе мира, — сколько бы ни прожила на одном месте.

— Слева, если стоять спиной к нашей калитке. Ну, где цветочный рядом, — четко ответила жена. — Но время-то детское, — спохватилась она, — я сама дойду. У нас спокойный район.

— Мне тоже хочется пройтись, — весело сказал Виктор и отключил связь.

Он бегом помчался в прихожую, не надевая куртки, торопливо сунул ноги в расхлябанные садовые кроссовки без шнурков.

Виктор вышел за калитку. В густых сумерках самого долгого вечера в году улица была странно молчалива и пустынна: ни машин, ни прохожих, лишь кое-где горели окошки, но не доносилось ни музыки, ни голосов. Как будто город спал уже глубоким сном. Виктора охватило чувство нереальности происходящего. Он подумал, что в его доме, возможно, что-то случилось с часами и на самом деле уже глубокая ночь. Ему стало не но себе, кровь отхлынула от головы и сердца. Взглянул на дисплей мобильника — тот показывал какую-то совсем уж ни на что не похожую цифру. Сообразил, что сегодня служба безопасности вытряхивала содержимое его телефона, после чего он забыл выставить время.

Виктор скорым шагом двинулся в направлении, указанном женой. На ходу попытался позвонить в службу точного времени, но звонок несколько раз срывался, и он бросил телефон обратно в карман. Очень хотелось поскорее встретиться с женой и отогнать навязчивое ощущение одинокой затерянности во времени и пространстве.

Сзади послышались торопливые шаги, гулко отдававшиеся в тишине. Оглянулся. Его догонял незнакомый мужчина в рабочей одежде. Виктор отвернулся, продолжая свой путь. Мужчина с мрачным лицом обогнал его и свернул за угол — туда же, куда направлялся и сам Виктор. В руках его блеснул какой-то крупный металлический предмет. Субъект моментально стал ему подозрителен. Виктор прибавил шагу, чтоб держаться от него на небольшом расстоянии, подумав неопределенно: «Мало ли что!» Джей все не появлялась.

Чуть впереди раздался душераздирающий крик на высокой ноте. Виктор вздрогнул от неожиданности. Крик длился, к нему присоединился утробный бас. Только теперь он распознал кошачью свадьбу. Рабочий, шедший впереди, наклонившись, поднял что-то с тротуара и швырнул в палисадник. Кошки, коротко взревев, умолкли, затем с легким топотом выскочили на улицу, галопом промчались перед Виктором и юркнули в другой палисадник. Город оживал, но какой-то суровой и безрадостной ночной жизнью.

В начале следующего квартала уже светилась витрина круглосуточного видеомагазинчика. Джей на улице не было. Рабочий свернул в узкий переулок, вскоре оттуда раздались восклицания и гогот нескольких пьяных голосов. Виктор поморщился: такой раньше был интеллигентный, приличный район! Тут же устыдился собственного снобизма.

Наконец он дошагал до дверей магазина. Поднимаясь по ступенькам, подумал: может, и к лучшему, что жена еще здесь и всю обратную дорогу они проделают вместе. Ощущение зыбкой нереальности, от которого не мог избавиться па улице, покинуло Виктора, как только он вошел внутрь и встретил приветливую улыбку знакомого продавца. Он сразу оставил намерение спросить у этого человека, сколько сейчас времени.

Виктор огляделся, ожидая увидеть жену. Он заметил, что в помещении подозрительно тихо. Сделал несколько шагов вдоль стеллажа, заглянул за него — и обомлел: никого! Сердце упало.

— Скажите, пожалуйста, — он заставил себя говорить спокойно, — к вам только что заходила женщина за видеофильмом?

— Да, сэр.

— В серой ветровке?

— Да, да, ваша жена была здесь, — подтвердил хозяин магазинчика, демонстрируя хорошую зрительную память (ведь Виктор и Джей много раз заходили к нему вместе).

— Надо же! Я вышел ее встречать и как-то разминулся с ней, — счел нужным объяснить свои расспросы Виктор. — Она давно ушла?

— Минут десять назад, сразу после вашего звонка, — снова блеснул наблюдательностью владелец магазина.

— Спасибо!

Виктор вышел на улицу. Здесь он достал мобильник и подрагивающими пальцами вызвал ее номер.

— Ты где? — В голосе жены звучало глубокое изумление. — Я уже в нашем саду. В доме темно.

— Я не понимаю, как мы с тобой разминулись! — возбужденно крикнул Виктор. — Ты шла обычной дорогой?

— Какой же еще?

— Ладно. Иди в дом, я сейчас тоже приду.

— Ты, может быть, в правый ходил, а не в левый?

— Да в левый же.

— Ну ладно, я жду тебя тут, у калитки.

Виктору хотелось настоять, чтобы она вернулась в дом: пустынная улица с гулкой тишиной, с темнотой обочин сейчас казалась ему не знакомой и приветливой, а чужой и потенциально опасной. Но жена уже отключила связь — по своей московской привычке экономить минутки разговора.

«Странно, как странно! — думал он на ходу. — Тумана нет, другой дороги домой тоже нет…»

Виктор почти бежал. Когда он, приближаясь к калитке, не увидел Джей, то не удивился: наверное, продрогла на сыром ветру и ушла в дом. Но от взгляда, брошенного на окна дома, сердце дало сбой и провалилось в пустоту: ни одно из них не светилось! Дом имел совершенно нежилой вид, возвышаясь темной, бездыханной громадой. Палисадник встретил его мертвой тишиной.