Роман Волков - Большая книга ужасов – 60 (сборник)

Ознакомительный фрагмент

– Ну ладно, пацанчики. В другой раз мы тоже с «аргументами» будем. Тогда и договорим.

И незваные гости быстро ретировались, одарив друзей на прощание всем известными жестами – выставленными вперед средними пальцами.

– Вот уроды, – выдохнул Волкогонов, швыряя на землю трубу и вытирая испачканную руку об штанину. – Иди сюда, Лемми. Ух ты моя защитница!

Парень присел на корточки и нежно потрепал собаку по холке.

– Ну что? Сейчас я ее заведу домой и выйду.

– Не, мне надо еще тоже домой забежать – похавать и домашку сделать, а то мама снова начнет мозги парафинить. Давай уже завтра в школе разузнаем, че-как с подружками Родионовой, и посмотрим, что дальше делать.

– О’кей. Кстати, после домашки, может, в «Контру» побегаем или в «Старкрафт»?

– Мысль. Ну все, я погнал. До скорого.

– Ага.

Глава 3

Утро следующего дня в школе было ничем не примечательным – те же лица одноклассников, те же учителя, те же уроки: иногда скучные, иногда интересные. Только какое-то все это сегодня было тошнотворно серое, неприятное. Ни Масляев, ни Волкогонов не смогли бы объяснить гнетущую атмосферу, воцарившуюся в школе. Хотя, может, это из-за того, что всю ночь дрянь какая-то снилась: руки светящиеся, открывающийся металлический кокон, наполненный черным дымом, в котором проступал силуэт человека… Почему-то последняя метаморфоза была самой страшной – от нее оба друга проснулись с криком. Правда, тогда они еще не знали, что им обоим приснилось одно и то же, но по дороге в школу поделиться успели. Обнаруженное сходство удивило, но не произвело особо сильного впечатления – в конце концов они дружили уже почти десять лет (для 16-летнего человека это целая вечность) и к тому же верили в разные теории о телепатической настройке разума. До чтения мыслей, конечно, еще далеко, но мозговые волны со временем, если много общаться, синхронизируются, люди подсознательно обмениваются образами, эмоциональным состоянием. Видимо, именно это с ними произошло. Правда, почему такая пакость снилась – все равно непонятно.

Но сегодня друзьям совершенно некогда было ломать голову над странными снами. На первой же перемене они выяснили, какой урок у 9-го «Б», класса, в котором учится Зоя Родионова. Именно напротив ее фамилии в журнале красовалась длиннющая череда «н». Именно «н», а не «б». То есть не было звонков от родителей, что Зоя заболела. Просто «нет», и все. Девочка отсутствовала почти месяц.

Друзья отправились к кабинету на первом этаже, где проходили уроки рисования. Девчонки стояли в коридоре стайками, что-то оживленно обсуждали и хихикали, кто-то из ребят срочно списывал домашку на подоконнике, кто-то скользил по натертому паркету, изображая хоккеиста. Дети, что с них возьмешь, снисходительно переглянулись друзья и направились к ближайшей стайке девочек, которые тут же зашушукались, уставившись на двух парней блестящими круглыми глазами.

«Ну, блин!» – подумал Андрей, нервно кашлянув. Роман, наоборот, будто и не заметил ничего, деловито поздоровался и задал вопрос:

– Привет. В вашем классе учится Зоя Родионова?

– Да, только ее нет, – кивнула низенькая кудрявая девятиклассница с малюсеньким курносым носом, обсыпанным веснушками. Остальные девчонки дружно закивали.

– А где она?

– К родственникам уехала.

– За два месяца до каникул?

Стайка одновременно пожала плечами. «Прямо атака клонов», – промелькнуло в голове у Андрея, и он тут же чуть вздрогнул и сразу отвел глаза, встретившись с любопытным взглядом одной из девочек. Но взгляд взглядом – девчонки, конечно, пялиться умеют, но и Масляев считал себя не лыком шитым, только в какое-то мгновение парню показалось, что в светлых глазах девятиклашки внезапно пробежали самые настоящие искры, и зрачки стали совершенно черными. Создалось ощущение, что она своими широко открытыми смоляными гляделками считывает его мысли. Тьфу! Видение как нахлынуло мгновенно, так же и пропало – перед Андреем стояла совершенно обычная школьница. Однако неприятное «послевкусие» никуда не делось, засев в голове противной занозой.

Волкогонов тем временем продолжал допрос:

– А подруги у Зои есть в классе?

– А тебе зачем? Что это ты ею так интересуешься? – вступила в беседу уже другая девочка – высокая и с толстой русой косой до пояса. – Влюбился?

Вся кучка снова совершенно синхронно захихикала.

– Допустим, – даже не повел бровью Роман, и Масляев жутко загордился другом в этот момент. У него-то у самого душа в пятки ушла при заданном вопросе, словно он действительно втюрился в Родионову. Хотя, по правде сказать, даже не вспомнил бы, как она выглядит, если бы они с Ромкой недавно не нашли фотки с какого-то школьного капустника, где Зоя была ведущей.

Но пока все эти страхи-воспоминания проносились в голове смятенного товарища, Роман героически продолжал гнуть свою линию:

– Так с кем она дружила… дружит? Мне поговорить надо с ее самой близкой подругой.

Девочки переглянулись и, не сговариваясь, посмотрели налево – там у подоконника стояла маленькая симпатичная девчушка с электронной книжкой в руках и что-то увлеченно читала.

– Надька Ушакова – ее подружка. Они с ней обе «читательницы».

Последнее слово курносая одноклассница произнесла так, словно подруг застукали за чем-то малоприличным, и теперь общество их осуждает. За фразой снова последовало общее кивание и неодобрительное хмыканье.

Волкогонов снисходительно-презрительно позволил себе глянуть на школьниц – сам-то он читал много. И часто такие книги, которые, скажем, Масляеву прочесть даже в голову бы не пришло. Ну какой смысл, например, в сравнительных жизнеописаниях древних царей всяких и императоров? Скукота же. Но Роман считал иначе и мог часами разливаться соловьем на тему, как в древности было организовано общество и какой это отпечаток наложило на современность. О роли личности в развитии цивилизации и о недостоверности истории, которую нам в школах преподают. Андрей честно пытался его иногда даже слушать и поддерживать разговор, но быстро уставал и отвлекался на что-то более материальное и, с его точки зрения, интересное. В общем-то он и сам не прочь был почитать, только вещи действительно стоящие, типа «Ведьмака» или «Пути меча», но там-то все иначе, чем в этих замшелых исторических опусах, в которые вчитывался его друг. Настоящие герои, драконы, невероятные способности (вот себе бы такие! Никакие бы светящиеся глаза не сбили его с толку. Хотя они, скорее всего, привиделись после ночных кошмаров). Впрочем, у каждого свои недостатки и интересы…

Размышляя таким манером, Масляев и не заметил, что Роман уже разговаривает с Надей Ушаковой.