Бри Диспейн - Жестокая красота

Внезапно мне стало зябко.

— Тебе холодно, — произнес он и крепко обнял меня.

Утро субботы.

— Она умерла? — выдернул меня из глубокого сна чей-то голос.

— Нет, — ответил другой — более юный.

— А я с тобой не согласен.

С моих губ слетело долгое «м-м-м». Почему у меня так болит лодыжка? И почему матрас жесткий, как деревяшка?

— Точно, умерла. Он спятит.

— Она только что издала звук, и ее… гм… грудная клетка… поднимается и опускается. Она жива.

— Нет, нет, нет. А вдруг он убьет нас? Вот Калеб бы не медлил. А мы имеем право на последнее желание? Не хочу, чтобы меня утопили. В телевизоре это смотрится очень неприятно.

— Он — волк. Вероятно, он просто раздерет тебе глотку. Во всяком случае, она дышит.

— Ну…

— Что?

— Ребята, — прохрипела я. — Который час?

— Видишь? Какой же ты придурок! Как быстро нам нужно бежать, чтобы добраться до канадской границы, прежде чем он узнает?

— Идиот!

Я услышала шум потасовки и крик. С трудом разлепив веки, я обнаружила, что Райан сделал захват и перебросил Брента через спину. Остальное расплывалось у меня перед глазами.

— Прекратите! — выдавила я.

Райан выпустил Брента, оба замерли и уставились на меня. Они вытянули руки по швам, как солдаты в ответ на гарканье сержанта-командира. Я так и не смогла привыкнуть к их реакции на мои команды. Брент слегка наклонился к Райану и громко прошептал:

— Я же говорил, что она умерла.

Его приятель раздул ноздри.

— Ты, гаденыш, зачем…

Я расхохоталась. На лице Брента отразились полнейшая невинность и сарказм. Мы с ним познакомились лишь пару дней назад, а этот парень уже успел выяснить, как меня развеселить. А я в последнее время радовалась любой возможности отключиться от грустных мыслей. Мой смех перешел в кашель. Мальчишки наклонились надо мной. Похоже, они действительно перепугались.

Я замахала на них рукой и отдышалась.

— А теперь будьте любезны, выкладывайте: что вы делаете в моей спальне?

— О, класс, она чокнулась, — заявил Брент.

Райан толкнул его.

— Мисс Грейс, ты не у себя в комнате. Вчера ночью мы помогли тебе добраться до дома, и ты заснула прямо на террасе. А мы караулили тебя. Ты ничего не помнишь?

Я дождалась, когда зрение сфокусируется, и огляделась. Брент. Райан. Ветки орехового дерева. Алое утреннее небо. Старая качалка. В мою спину что-то упирается, наверное, мобильник. В моей голове забрезжили слабые воспоминания. Я ушла в лес, услышав вой Дэниела, а потом тащилась обратно, хромая на сломанной лодыжке. На полпути я сдалась и разрешила одному из двух волков донести меня до дома. Затем оказалось, что я не могу попасть внутрь. Я села в качалку и собралась позвонить отцу. Думаю, я заснула, прежде чем набрала номер.

Меня охватило чудовищное отчаяние. Я поняла — в очередной раз, — что вчерашний вечер, который я провела с Дэниелом в Саду Ангелов, был сном. С тех пор как мы сбежали со склада, такие мгновения часто прокручивались у меня в голове. Во сне я возвращалась в прошлое. Тогда Джуд еще не вернулся, а Дэниел не превратился в белого волка. Зачем я здесь?

Меня стало трясти от морозного ноябрьского воздуха. И я знала — Дэниел меня уже не обнимет и не согреет.

«Привыкай».

— Вы провели со мной целую ночь? — осведомилась я.

Райан и Брент — самые младшие из пяти «щенят» Калеба, которые выбрали Дэниела своим новым альфа-самцом. Райану вряд ли было больше четырнадцати. Бренту, вероятно, почти исполнилось шестнадцать, хотя его лицо сохраняло детскую округлость. Он то и дело прижимал указательный палец к переносице, и я предполагала, что прежде он носил очки. Было дико называть этого похожего на «ботаника» юнца вервольфом.

Мне вообще не верилось, что они еще недавно входили в банду ожесточенных оборотней, напавших на меня по приказу Калеба. Для меня они являлись потерянными мальчиками, которые никогда не повзрослеют. Как в сказке про Питера Пена, которую мы, по настоянию мамы, разыгрывали в нашем приходе. Их жизнь на складе возле клуба «Депо» тоже состояла из развлечений — пока не начался новый этап, включавший убийства.

Райан кивнул.

— Твоя безопасность — наша первостепенная задача.

Я села и оглядела двор. Райан и Брент здесь, и я не удивлюсь, если выяснится, что их друзья тоже где-то поблизости. Они вечно ходят стайкой.

Зак и Маркус сидели под ореховым деревом, а Слэйд дежурил на улице. Он находился далеко, и я бы не заметила его, если бы не мое сверхострое зрение. Брента и Райана представить кровожадными вервольфами оказалось сложновато, а со Слэйдом проблем не возникало. Мое отношение к нему было абсолютно иным. На руках темнели шрамы и татуировки в виде длиннющих языков пламени. В одной брови он носил короткий стальной штырь, а в его ушах красовалось около десятка колечек. Он не выпускал из пальцев зажигалку. Слэйд изредка щелкал ею, таращился на огонь, а потом поджигал волоски на своем предплечье, вероятно, исключительно ради забавы. Я почти не сомневалась в том, что он был тем огромным серым волком, который вонзил ядовитые клыки в мою ногу на складе Королей Тени. Иногда я ловила на себе взгляд Слэйда, он смотрел на меня так, будто уже попробовал моей крови — и хочет еще.

Я резко отвернулась. В преданности других мальчишек я не сомневалась, а вот за Слэйда поручиться не могла. Мне казалось, что с ним проблем не оберешься.

— Кто хочет, чтобы я была в безопасности? — спросила я у Райана.

— Альфа.

— То есть Дэниел?

— Большой белый волк.

Я улыбнулась при мысли, что Дэниел продолжает заботиться обо мне.

— Мы оставили тебя лишь ненадолго.

Я знала, что подразумевает Райан. Он говорил не только об обратной трансформации в человека, но и о необходимости одеться. Здесь-то и заключалась одна из проблем превращений — одежда в них не задействовалась.

— Спасибо, — пробормотала я с облегчением.

К счастью, мне не пришлось спать в окружении голых мальчишек. Вряд ли соседи восприняли бы спокойно подобное зрелище. А еще я радовалась тому, что они бродят по округе не в волчьем обличье, иначе им бы очень не поздоровилось, если учесть ночные завывания.

— Хорошо, что ты не умерла, — заявил Брент. — А то он бы рассвирепел.

— Ладно. А на террасе моего дома мне ничего не грозит.

— Со всем нашим уважением к тебе, мисс Грейс, должен тебя предупредить. Наш отец — Калеб, и те, кто остался с ним, еще охотятся за тобой. Будь осторожна.

Я кивнула.

— Ты прав.

Действительно, потеря бдительности с моей стороны являлась большой глупостью. Это же «правило номер один», о чем многократно талдычили мне Дэниел и Толбот. Невозможно предугадать, на что способен безумец вроде Калеба. Если учесть состояние моей ноги, можно утверждать: я могла запросто угодить в лапы вервольфов.