Скот Вестерфельд - Прикосновение тьмы

- Я думал, ты у нее ночевала.

- Всего один раз. Констанца отвезла меня к себе на машине. Думаешь, я смотрела, куда мы едем?

- Да ладно тебе.

- Я, можно сказать, была чересчур занята. Пыталась, видишь ли, осознать свое мистическое предназначение… и все такое…

- Ах да, извини… - Ну вот, еще одна ночь извинений. - Летим уж куда-нибудь.

Они повернулись и, взявшись за руки, опустились на пустое шоссе, длинными шагами покрывая расстояние. Завитки колючей проволоки зловеще поблескивали справа, все быстрее проносясь мимо.

- Не понимаю, с чего Рекс взял, будто я знаю, где живет Констанца. Я в этом городе всего месяц живу. - Джессика вздохнула. - Даже если кажется, что уже много лет.

- Ничего, Джесс. Мы ее найдем.

Джонатан надеялся, что она сосредоточится на полете. Один неверный шаг - и они напорются прямо на ограду. А это ведь колючая проволока: на скорости шестьдесят миль в час мало не покажется.

- Я могла бы хоть позвонить Констанце, но Бет не передала мне сообщение, пока не слезла с телефона. Названивала в Чикаго. За пять минут до полуночи. Идиотина.

Джессика умолкла и поджала губы.

Интересно, думал Джонатан, а была бы Бет такой занозой, не запри ее Джессика в шкафу? Еще несколько прыжков - и они обогнут по периметру «Эрспейс Оклахома». Тогда пульсирующие кольца колючей проволоки останутся позади. Наконец-то.

- Слушай, с Рексом и Мелиссой наверняка все в порядке. Держу пари, они просто хотели нам что-то показать. Что там конкретно сказала твоя сестра?

Джессика молчала, пока они не приземлились и снова не подпрыгнули, миновав «фольксваген-жук», застывший на дороге.

- Она сказала: «Рекс и Мелисса у Констанцы. Они тебя ждут». Звучит вполне однозначно.

Джонатан фыркнул. Звучит однозначно: как приказ Рекса.

- Пойдем. Ты знаешь, какой этот Рекс осмотрительный. Он бы не ушел так далеко, да еще в полночь, без хорошего вооружения. Может, они даже Десс с собой прихватили.

- Надеюсь, ты прав. Но все равно нам надо к ним.

- Было бы неплохо знать, куда именно.

- Я пытаюсь вспомнить, ясно?

Они запрыгнули на арку надземного перехода, и Джонатан застонал от увиденного. Шоссе протянулось далеко, к бедлендам. До границы округа Биксби было не меньше дюжины ответвлений, и каждое вело к длинным отрезкам застроек. В обычное время с гор можно увидеть, как они сверкают, и черная асфальтовая река вьется клубами уличных фонарей и подсветки на задних дворах. Но сейчас, в полночь, сияла только черная луна. Дом Констанцы мог быть где угодно в этой бесконечной синей пустыне.

Но как бы это ни удручало, они, по крайней мере, летели. В горле перестало першить, лодыжка не болела, а вчера ночью стали наконец проясняться отношения с Джессикой. Если бы Рекс не оставил эту, с позволения сказать, шифровку, сейчас было бы идеальное время полетать где-нибудь вдвоем.

«Ну, спасибочки вам, Рекс и Мелисса».

И как эти двое успели так быстро вляпаться в неприятности, всего через сорок девять часов после того, как чудом остались живы в прошлый раз? Они что, угробить себя хотят? Вчера Мелисса показалась Джонатану совсем другой, будто бы хладнокровие Рекса постепенно просачивалось и в нее. А вдруг происходит и обратный процесс: ярость Мелиссы перетекает в Рекса?

С тех пор как Джонатан дотронулся до телепатки, ощутил, что на самом деле творится в ее голове, он все время задавался вопросом: а не таится ли в глубине ее горечи искренняя тяга к смерти, желание насовсем избавиться от мучений - так, чтобы ее мозг принадлежал только ей?

Вдруг что-то вспыхнуло у него в голове.

- Декатер-стрит? - тихо спросил он.

- Точно! - воскликнула Джессика. - Я как раз об этом подумала. Теперь я вспомнила. Туда она свернула.

Джонатан проглотил комок в горле.

- Странно как…

- Так ты все это время знал, где она живет?

- Я? - засмеялся Джонатан. - Да уж. Можно подумать, я все время тусуюсь с группой поддержки.

Он указал направо и потащил Джессику к наклонной дороге на повороте. Они перескочили через квартет заправочных станций, выстроившихся на перекрестке, и опустились на ухабистое необработанное поле. Радужные кактусы торчали там и тут, точно колючие баскетбольные мячи, поэтому Джонатан сбавил скорость. Он однажды наткнулся на кактус в тайный час - такой же острый, как колючая проволока, только эти колючки откалываются и остаются в теле.

С вершины очередной дуги Джонатан увидел темную группу домов вдалеке.

- Помнишь такие?

- Да. Думаю, это ее район. Она, кстати, не только в группе поддержки участвует.

- Ну, извини, - буркнул Джонатан. - Я просто хотел сказать, что понятия не имею, где она живет. Никогда не задумывался до сегодняшней ночи.

- Но ты только что сказал…

- Знаю.

Теперь он чувствовал, как оставшиеся до дома прыжки отпечатались у него в мозгу: так он обычно видел углы намеченной заранее траектории. Но это было явное «дежавю» и не могло иметь смысла. И все же он сейчас видел путь до дома Констанцы с той же ясностью, что и еженощный путь до Джессики. Видел каждое открытое поле, каждую крышу, все приземления отсюда до двухэтажного особняка на самом крупном участке района.

Особняка, который Джонатан никогда прежде не видел. Ни разу в жизни.

На горизонте появился горбатый столб легкого тумана, похожий на пыльного дьявола, которого они видели три ночи назад. Но этот был намного больше и двигался. Черные ползучки, проворно махая крыльями, образовывали над домом вихревую воронку.

- Вот черт. Похоже, без нас им никак не обойтись.

- Надеюсь, мы не опоздали. - Джессика достала фонарик и приложила к губам. Сквозь скрипучие крики ползучек Джонатан услышал, как она прошептала: - Представление.

Перед ними в воздухе закружилось облако и начало перетекать в пустыню. Перепончатые крылья с ревом били по воздуху, точно сотня флагов на сильном ветру. Может быть, ползучки уже собирались уходить, а может быть, их древние мозги уловили приближение огнетворца и им хватило ума улететь?

- Гм, Джонатан, не мог бы ты… - Джессика выставила вперед запястье.

Улыбнувшись, он медленно и четко проговорил, обращаясь к браслету:

- «Акарициандоты».

- Спасибо, - откликнулась Джессика. - Постараюсь выучить. Обещаю.

- Придется с тобой позаниматься. - Джонатан снял с шеи цепочку и пробормотал: - «Эксцентричная». - Оружие надо на всякий случай держать наготове, хотя сейчас, с Джессикой, оно вряд ли понадобится.

На вершине очередного прыжка фонарик у Джесс в руке ожил, и слепящий луч прорезал рой ползучек. Джонатан крепко зажмурил глаза, обожженные невыносимым вторжением белого света в холодную вечную синеву тайного часа. Вместе с жуткими воплями, пронзившими тишину ночи, в память впечаталась последняя увиденная картина: от прикосновения луча света ползучки вспыхнули ярким пламенем, и на фоне черного горизонта взорвался огненный клин. Сама черная луна поблекла в сравнении с мощью огнетворца. Джонатан ощутил запах обгоревшей плоти.