Людмила Белякова - Смерть на кончике пера

В районе частной застройки они были до наступления полной темноты, машину оставили у первого от шоссе дома, габаритные фонари притушили.

– Знаете, вы лучше здесь погодите, – сказал Павлючок, открывая дверцу. – Пока я на разведку схожу.

– Почему?

– Ну, так лучше. Мне-то еще полгода хулиганить можно. Телефон есть? Ну, так я доложу, как и что.

– Ладно, как скажешь. А на забор как же?

– Я через ворота. Они в той хате хлябовые, сигнализация не работает. Поскупились хозяева.

– Тогда удачи, спецкор.

Павлючок растаял в темноте. Андрей не захотел сидеть в машине, присел на капот и стал ждать, когда в нагрудном кармане куртки затрепыхается мобильник.

Ждать пришлось минут двадцать.

– Але, это Серега. В доме никого, только одно окошко светится – в той комнате, запертой. Сигнализация, кажется, опять не включена. Хотите зайти? Я отопру.

– Да, – нерешительно ответил Андрей. – Иду.

«Все-таки это статья… А черт, все едино – сколько можно ходить вокруг да около? Пойду и все выясню».

Из-за ограды соседнего особняка возмущенно забрехала собака.

Перелезть через железные ворота было несложно. В доме слабо светились окна первого этажа.

Андрей пару раз стукнул в стеклянную матовую дверь. За ней мелькнула тень, дверь отворилась, и из щелки выглянула физиономия в шапке с прорезями для глаз и рта.

– Ну ты и ниндзя, – чуть слышно прошипел Андрей.

Павлючок потряс связкой ключей.

– Действуй. – Андрей окинул взглядом холл, в котором на низком журнальном столике горела небольшая лампа вроде ночника.

Дом не походил на обжитой – мебель имелась, но тех мелочей, которые оставляют повсюду живущие люди, не было. Павлючок бренчал ключами, подбирал нужный.

– Есть, подошел! Давайте! – тихо скомандовал он.

«Вот сейчас все и произойдет», – подумал Андрей.

Павлючок приоткрыл дверь, отступил. Андрей сделал шаг в комнату, освещенную настенным светильником. Под ним, в кресле, спиной к стене, с книгой на коленях сидела светловолосая женщина и смотрела на него удивленными испуганными глазами.

– Здравствуйте, Анна. Я Андрей – помните меня?

– Как вы здесь оказались?!

Она захлопнула книгу и отложила ее на туалетный столик.

– Не важно. Вы… хотели бы отсюда уйти?

– Нет. Уходите, а то вернутся хозяева, и у нас обоих будут большие неприятности.

– Какие хозяева – Тамара Зуева из «Мимозы»? Она занята. На сегодня ужин в «Подкове» отменяется.

По лицу Анны К. пробежала болезненная тень.

«А ведь она и вправду несчастна».

– Анна, я хочу, чтобы вы объяснили мне, что происходит. Если захотите, останетесь здесь, захотите – я отвезу вас куда вам надо, к родителям, в Голубинский…

– Я хочу, чтобы вы немедленно ушли. И еще – уберите мальчика.

Павлючок стоял у Андрея за спиной, в дверях. Андрей, полуобернувшись, сделал ему знак уйти, но тот заупрямился. Андрею пришлось, буркнув: «Серега, так надо», выставить его силой и закрыть дверь.

– И что, – продолжил Андрей, – иначе с нами случится то же, что с вашими учениками или двумя последними «клиентами»? Как вы это делаете, расскажите? Я за этим пришел и, пока не узнаю правды, в покое вас не оставлю.

У Анны задрожали губы.

– Я не знаю, почему это происходит! Я никогда этого не хотела!

Она не выдержала и зарыдала, закрыв лицо руками. Андрей сделал к ней шаг.

– Не подходите!

– Вы больны заразной болезнью? – чуть зло и иронично предположил он.

Раньше ему это в голову не приходило. Она потрясла головой:

– Нет… Но они все равно умирают.

– А у меня, как видите, иммунитет.

Она вытерла слезы и подняла на него удивленные глаза.

– Это ни о чем не говорит. Это дело времени.

Анна сделала попытку встать, но, когда Андрей шагнул навстречу, опять откинулась на спинку кресла.

– Пока вы не расскажете, почему и кто держит вас под замком, каким образом в этом участвует Зуева, я не уйду. Вы можете здесь оставаться, но я не уйду, пока не получу ответы на вопросы.

– Они… они…

– Кто?

– Я не знаю. Они заставляют меня встречаться с этими людьми. Ходить с ними в ресторан, ездить на прогулки, разговаривать, и все.

– И потом ваши поклонники скоропостижно умирают?

Она закивала головой, сдерживая слезы. Светлые волосы, не забранные в прическу, упали ей на лицо.

– А Зуева? Она каким боком к этому причастна?

– Она, как и вы, поняла, что я плохо действую на людей, особенно на мужчин, и…

– Теперь берет подряды на зачистку с помощью вашей непонятной, вредоносной силы – так?

Анна опять закивала головой, закрыв лицо руками, заплакала, только теперь тихо и очень жалобно.

– Я ничего этого не хотела! Я не знаю, почему это происходит! Я ушла в монастырь, потому что там одни женщины. А на женщин я, кажется, не влияю.

«Вот и разгадка!»

– Но она сказала…

– Кто?

– Тамара. Она сказала, что у папы инфаркт, он в больнице, и я уехала с ней. Я думала покончить с собой, но они заперли меня здесь… я ничего не могу. Ни убежать, ни даже…

– Анна, вам надо уехать со мной. Я попробую вам помочь.

Она подняла на него заплаканные глаза.

– Они угрожают навредить родителям.

– Ничего они не сделают.

– Почему?

– Потому что будут бояться вас, тем более на свободе. Кроме того, они догадаются, что кто-то знает об их проделках. Ничего они не сделают. Собирайтесь.

– Нет.

– Завтра они приведут вас к очередному поклоннику, и вы благополучно отправите его на тот свет? Или вам это все-таки нравится?

– Хорошо, я поеду.

Она встала – Андрей отступил невольно, – сняла с платяного шкафа спортивную сумку и принялась быстро кидать в нее вещи из шкафа.

– Куда мы поедем?

– Хотите в обитель к матушке?

– Хочу, – сказала она почти радостно.

– Дядь Андрей! – влетел в комнату Павлючок. – Там кто-то приехал!

– Свет выключи в холле!

– Уже! – доложил Павлючок из темноты.

– Запри нас здесь и выбирайся наружу! Окно заперто? – уточнил Андрей у Анны, замершей с каким-то свитером в руках.

– Да, – вздохнула Анна. – Там решетку приварили.

– Черт!.. Но ничего – Серега что-нибудь придумает! А?

Павлючок захлопнул дверь, в скважине дважды повернулся ключ. Потом на какое-то время все стихло.

– Кто здесь еще живет? – тихо уточнил у Анны Андрей.

– Никого. За мной следит такая широкоплечая женщина.

– А еще? Мужчины есть?

Она невесело усмехнулась:

– Кроме вас, отчаянных не нашлось.

«Первый и единственный положительный момент в сложившейся ситуации».

Через толстую дверь звуки почти не доносились, и все же он услышал, как кто-то стал отпирать ключом дверь. Андрей напрягся. Дверь не открывалась.