Лиза Смит - Могущество

«Да что ты опять за свое! Думай об Адаме, нужно, чтобы он тебя услышал, — подумала Кэсси и опять позвала, на этот раз вложив в зов всю свою силу. — Адам!»

Странно, но способность надавливать на собственное сознание и выталкивать из него силу, посылая ее туда, куда ей было нужно, со временем не иссякала, а, казалось, усиливалась, как мышцы, которые от упражнений становились лишь натренированнее. «Адам, — опять позвала девушка, стараясь формулировать послание просто и четко, — Адам, это Кэсси. Мне нужна помощь».

Он придет, убеждала она себя. А что ей еще оставалось? Он найдет это место; он придет, если ей удастся сохранить спокойствие и дождаться. Но в этом и заключалась сложность: при мысли о том, что может произойти до прибытия Адама, кровь стыла в жилах.

И что теперь? Она застряла не пойми где с четырьмя охотниками на ведьм. Тишина действовала ей на нервы.

— Логан… — Кэсси поискала в отблесках огня лицо представителя дискуссионной команды. — Мы ведь такие же, как вы. Мы просто живем в более тесном… контакте с природой, вот и вся разница. Мы наблюдаем за ней, благодарим ее, и иногда она нам помогает. Но мы не творим зла. Понимаете, — продолжила она, когда Логан отвернулся, — у нас так же, как у всех, есть свои недостатки, но мы стараемся быть добрыми.

— А Фэй Чемберлен? — как отрезала Салли, неожиданно вклинившись в разговор. — Тоже добренькая?

— В Фэй есть немало хорошего, — еще медленнее проговорила Кэсси. — Диана мне как-то об этом сказала, и я ей не поверила, а потом поняла, что это правда. Фэй просто нужно отыскать в себе это хорошее. В любом случае, судить нас всех по одному человеку несправедливо.

— А то, что они творили со школой все эти годы, разве справедливо? Ты называешь это добром? Они относились к людям как к рабам.

— Согласна, это гадость, — допустила Кэсси. — Но Диана так не поступала: она не виновата в том, что люди превознесли ее, как принцессу; вот Фэй действительно обращалась с другими учениками как со слугами. И некоторые из нас поступали так же просто потому, что не задумывались об этом. Как бы там ни было, это не решение вопроса.

— Ну, мистер Брунсвик-то все вопросы решит.

— Мистер Брунсвик — убийца! Он не друг тебе, Порция. Это он убил Кори Хендерсон, сестру Криса и Дага. Убил потому, что она не входила в его планы. И он же убил мистера Фогла, прошлого директора, чтобы занять его место. А также, Салли, — продолжила Кэсси, — он убил Джеффри! То ли из злости, то ли пытаясь еще больше поссорить ведьм с остальными учениками. Он хочет, чтобы мы друг друга ненавидели.

— Это бред, — откомментировал Логан. — Зачем ему это?

— Потому что, — сказала Кэсси, закрыв глаза и понимая, что все, наверное, без толку, — потому что он такой же, как мы. Он ведьма, только злой. Единственный по-настоящему злой. И, мне кажется, он хочет, чтобы мы вас выставили из Нью-Салема, или же хочет увести нас в другое место и выставить оттуда всех местных жителей. В общем, я не знаю, чего он хочет, — призналась девушка, открывая глаза, — но знаю, что, в конечном итоге, станет хуже. Счастливыми он вас не сделает.

— Что вы слушаете эту лажу? Пора начинать, — предложил добрый Джордан.

— Нет, постойте-ка, я хочу кое-что выяснить, — Салли встала перед Кэсси, глядя ей прямо в глаза. — Значит, ты утверждаешь, что Брунсвик убил Джеффри? Тогда объясни, как он физически мог это сделать, если ни в день убийства Джеффри, ни в дни прочих убийств его даже в Нью-Салеме не было?

— Да это для него пустяк, он был здесь, просто был невидимым, — пролепетала Кэсси, глядя на Салли. — Ему необязательно где-то присутствовать. Он ведьма. Он послал силовой поток — темную энергию — и она совершила страшные деяния за него. Или еще мог, например, войти в чей-то мозг и совершить преступления чужими руками.

Например, руками Фэй, мрачно предположила Кэсси. Если уж на то пошло, Фэй спокойно могла столкнуть Кори со ступенек, а также сдвинуть валун, который спровоцировал камнепад, задавивший мистера Фогла. И точно так же, без вопросов, она могла бы под каким-то предлогом затащить Джеффри в котельную и там задушить его. Просто затаилась бы сзади, выждала момент и набросила бы ему веревку на шею. Судмедэксперт сказал, что для этого хватило бы силы одного человека.

— Какая теперь разница? — устало спросила Кэсси. — Это сделал он, и важно только это. И я тебе зуб даю, Салли, что это сделал он, и никто другой. Это он убил Джеффри.

Салли уставилась на нее немигающим взглядом; ее вызывающая физиономия находилась в каком-то сантиметре от Кэссиного лица. Она покачала головой и отвернулась.

— Прости, — сказала Кэсси ее ржавоволосому затылку. — Мне Джеффри тоже нравился. Я знаю, поверь, о чем ты думаешь. Ты думаешь, что я хотела увести его у тебя или что-то в этом духе? Ничего подобного. Просто я находилась в тот вечер на таком подъеме! Веришь, меня до этого парни ни разу в жизни на танец не приглашали.

— Не сомневаюсь ни секунды, — не поворачиваясь, отрезала Салли.

— Хочешь верь, хочешь не верь, но это чистая правда, — страстно продолжала Кэсси. — В Калифорнии я вообще с парнями не общалась — слишком стеснялась их. Я даже не знаю, почему они стали приглашать меня в тот вечер. Салли… — Она беспомощно взглянула на узкие плечи рыжеволосой девушки.

Салли медленно развернулась.

— Думаю, ты просто в зеркало редко смотришь, — произнесла она, но враждебности в голосе поубавилось.

Отчаянно моргая, чтобы не расплакаться, Кэсси ответила:

— Смотрю, но ничего выдающегося в нем не вижу. И я не хотела уводить у тебя Джеффри, просто мне очень польстило, что он пригласил меня на танец. Вечер казался таким прекрасным, я просто летала, а потом… — Она перевела взгляд с Салли на Логана и при этом опять моргнула. — Ты не знаешь, что я почувствовала, когда обнаружила, что он мертв. Я готова была на что угодно, лишь бы найти человека, сотворившего это.

Логан сделал шаг вперед, но голос Порции, резкий, как осиное жало, остановил его:

— Ты что, не видишь, что она делает? Она же тебя околдовывает, прямо тут… Логан, что ты, как идиот, ведешься?

Кэсси посмотрела на Порцию:

— Боже мой, Порция…

— Порция права, — жестко заметил Джордан. — Развесили уши, а ей только это и надо. Она же врет, как дышит, — он вынул из огня железный предмет.

— Что это? — спросила Кэсси.

— Тавро — то, чем скот клеймят.

Кэсси услышала его, но не раскисла, хотя ее хрупкие силенки были на исходе. Джордан встал прямо перед ней, держа в руке длинную металлическую палку, раскаленную с одного края. Это Кэсси не удивило. Удивило ее другое: вопрос, который он задал: