Людмила Белякова - Конец легенды

Из прихожей донесся шорох. Вернулась Анна, с сырым зонтиком в руках.

– Чего – опять дождь?

– Да он, похоже, кончаться не собирается. Маня спит? Не плакала?

– Да нет, дрыхнет. А ты вообще куда ходила? Поведай супругу и повелителю.

Они прошли на кухню, Андрей вернулся к остывшему супчику.

– С девушкой одной встречалась, с Юлей. Я тебе говорила – мы с ней и с другими девчонками вместе в сквере гуляли… У нее мальчик на сутки старше Мани.

– И чего? – без особой надежды спросил Андрей, ставя тарелку в мойку и включая воду.

– Ну, она задним числом в ужасе… Оказывается, не только на нашем пятачке, и на других те, – Анна судорожно дернула головой, – вроде цыганок, тетка и молодая, по коляскам шарили. Только все подумали, что они украсть что-то хотят, из вещей. Они и милицию один раз вызвали.

– А к тебе она конкретно подходила?

– Нет, я точно помню… Но она, наверное, и не стала бы.

– Почему?

– Так ведь наша коляска для двойняшек, а она, выходит, одного мальчика искала.

Андрей закрыл воду и повернулся к почему-то затихшей Анне. Та глядела на него, готовясь опять заплакать. Губы дергались.

– Ты все-таки думаешь, что мы его не найдем, да? Ты ведь так думаешь?

– О господи, Аня, не начинай сначала! Я ничего не думаю, я просто предпринимаю попытки найти Ваньку! Но я допускаю, что, возможно, он не найдется. Из всех пропавших людей четвертая часть не возвращается никогда! Просто исчезает бесследно – как растворяется! Это печальный, но неопровержимый статистический факт!

Вероятно, Андрей говорил слишком громко – из детской подала голос дочка.

– Ты Машу разбудил, – с упреком проговорила Анна, утираясь ладонью.

– Ничего, – решительно заявил Андрей, отодвигая жену с дороги. – Я ее разбудил, я ее и укачаю.

Анна не успела ничего предпринять, как Андрей оказался у кроватки, подхватил недовольно скрипевшую девочку на руки. Она повозилась, устраиваясь у него на изгибе локтя, и действительно примолкла.

– Вот видишь? Ей просто скучно стало… Не боись, Маняш, папа с тобой… А если через три дня эти недотепы из ментовки не вернут нам Ивана живым и здоровым, я начну действовать нестандартными методами.

«Чтоб меня какая-то девчонка обставила?! Шлюшка, которая от не пойми кого нагуляла, со мной тягаться вздумала?!»

– Какими это? – Анна стояла на пороге детской и обиженно глядела на Андрея. – И почему не сейчас?

От этого взгляда ему в который раз стало не по себе. Может, он действительно недостаточно активно разыскивает Ваньку, и Анна думает, что это оттого, что мальчик – приемыш?

– Пока не исчерпаны традиционные методы. Мань, иди к маме, а? Мне позвонить надо. Наша мама хочет срочных мер? Наша мама их получит.

Анна, кажется, что-то спросила, но Андрей уже был в гостиной и набирал знакомый номер, вдруг явственно всплывший у него в памяти.

– А я-то удивляюсь, как это ты про меня забыл? – слегка укоризненно сказала ясновидица, впуская его в квартиру. – Как там Аня все это переживает?

– Она думает, что я не слишком стараюсь искать Ванюшку – как бы он нам не родной, вот я и не активничаю.

– Она сама так сказала? – удивилась Ксения Петровна.

– Практически да. Не заслужил я у нее доверия. Все еще…

– Ну, это ты зря. Она просто от природы такая – тонко чувствующая.

– Ну да… Только с моими толстыми чувствами никто считаться не хочет. А вы… ну так… из общей атмосферы ничего не вычувствовали? Где Ванятка-то?

– Я очень старалась, Андрюша, поверь… Как только объявили по радио. Но…

– Ничего не получилось? Передатчик у Ваньки слабенький?

– Не поэтому даже. Не то. Его… уж очень отдавать не хотят… Прямо как облако серое, непроницаемое на нем вижу – не отдам! Ни за что не отдам!

– Да?… – Андрей встал с кухонной табуретки и, хотя ему не сиделось, опять опустился на пластмассовый квадратик – побегать по этой кухоньке вволю ему никогда не удавалось. – И с чем это связано? Мамаша одумалась и уперлась?

– Ну… да. Но не только это. Есть что-то еще. Больше и тяжелее. Я не могу понять… А в милиции что говорят?

– Говорят, что работают. Варианты отсекают – как щупальца у гидры, вжик-вжик, вжик-вжик. А они снова вырастают, только уже другие.

Они помолчали. Ксения Петровна сняла с плиты чайник.

– Извини, что пирожков нет.

– Да я же теперь семейный, особо не страдаю. Но вы мне сообщите, если что-то выяснится? А то я даже в роддоме никакой информации получить не могу – все как сговорились! Вы правы – точно облаком все накрыто.

– Да? – Рука Ксении Петровны зависла над столом. – А вот в отношении этого богоугодного заведения я тебе могу кое-чем помочь…

На эту встречу Андрей захватил дополнительную кассету – внутренний голос подсказал ему, что можно будет получить не только сведения о Ванюшкиной биоматери, но и еще что-то, для последующего опубликования в родной «Крестьянке».

– Да наши места вообще любовными историями всегда славились, – зябко засовывая руки в рукава вязаной кофты, говорила пожилая женщина, с которой Андрея свела Ксения Петровна. – И случалось, руки на себя от неразделенной страсти накладывали или безобразия устраивали. По-всякому. Иной раз такое бывало!..

Андрей понял, что, пока его собеседница не выговорит определенный минимум, спрашивать ее о чем-то конкретном бесполезно. Ну да ладно – полчаса больше, полчаса меньше – не важно. Хотя… Фельдшерице, отработавшей на родильно-абортном поприще сорок лет, есть что рассказать. Мелькнула мысль: надо было послать вместо себя Анну… Или он ей не начальник?! Но было поздно.

– А с близнецами такой случай был – даже на ваш чем-то похож.

– Да? – поднял брови Андрей – это что, тоже местные реалии?

– Да, парнишке одному, тут, из пригорода, сон один сниться упорно начал – будто он двойника своего на улице встречает. Все такое же – лицо, походка, улыбка, даже прическа. Только тот – черненький. Парень оборачивается к матери и говорит – смотри, я брата встретил. А она ему – какого брата? Никакого брата нет… Мальчик тот смотрит – а и правда. Никого, только улица безлюдная. И так из месяца в месяц. Он даже мать стал просить – роди мне братика. Но та женщина в годах, только плакала и говорила – это сон.

– И сколько же это продолжалось? – спросил Андрей, видя, что собеседница смотрит на него с немым вопросом – интересно, нет?

– Да пока не вырос парень этот… А как подошел возраст в армию идти, так на районном призывном пункте встретил того «близнеца» носом к носу. Как на зеркало налетел! Только тот черноглазый и темноволосый. А как стали выяснять – у них и дата рождения одна!.. Имена, отчества, фамилии – все разное, а дата рождения одна. Крути не крути, а они – родные братья-близнецы.