Лиза Смит - Дочери тьмы

Марк сел и вздохнул.

— Нужно узнать, что случилось с той лошадью.

Ручка в руке у Мэри-Линетт зависла над листком бумаги.

— Ты прав, здесь должна быть какая-то связь. Я забыла об этом.

«Забыла, что работать детективом — это тебе не в бирюльки играть».

— Хорошо, — угрюмо произнесла она. — Давай предположим, что тот, кто убил лошадь, и был убийцей тети Опал и козы. И может быть, он же разбил окно на заправочной станции, потому что это также случилось прошлой ночью. Что это нам дает?

— Я думаю, это были Тодд и Вик.

— Очень умно!

— Нет, я серьезно. Ты ведь знаешь, что Тодд всегда жует эти зубочистки. А в козу были воткнуты именно зубочистки.

Зубочистки… Что же это ей напоминает? Нет, не зубочистки, это были колышки побольше… Почему она не может вспомнить?

Потерев лоб, Мэри-Линетт уступила Марку.

— Ладно… Я запишу, что Тодд и Вик — охотники на вампиров, но под вопросительным знаком. А может, ты думаешь, что они — сами вампиры?

— Нет, — сказал Марк, не реагируя на ее сарказм. — Думаю, Джейд заметила бы это, когда пила их кровь. — Он задумчиво глядел на Мэри-Линетт. — Ты у нас сообразительная. Как ты думаешь, кто это сделал?

— Понятия не имею.

Марк скорчил ей рожу, а она машинально изобразила на бумаге прутик. Затем прутик превратился в очень маленький колышек, больше похожий на карандаш, который держит женская рука. Мэри-Линетт никогда не умела рисовать руки…

— О боже! Банни…

— Это сделала Банни? — наивно спросил Марк, всем своим видом изображая простодушную веру.

Но Мэри-Линетт ответила:

— Да. Я думаю… нет, я не знаю. Но эти колышки, что были воткнуты в козу, — те самые. Они большие… Я видела, как она пользовалась ими: чистила ногти. Это лопаточки для заусениц.

— Ну… — Марк выглядел разочарованным. — Банни… Нет, быть того не может. Она и мухи не обидит.

Мэри-Линетт взволнованно покачала головой.

— Ровена сказала, что у нее имя, как у ламии. И еще она, то есть Банни, сказала мне кое-что странное в тот день, когда я искала Тодда и Вика. — Теперь в памяти Мэри-Линетт воскресли все подробности, которые она с трудом пыталась вспомнить. — Она сказала: «Удачной охоты!»

— Мэри, это же из «Книги джунглей».

— Я знаю. И все-таки от нее это было странно слышать. К тому же сейчас она как-то подозрительно приветлива и напугана. Что, если все это — притворство?

Не дождавшись от Марка ответа, Мэри-Линетт спросила:

— Разве это менее правдоподобно, чем то, что Тодд и Вик — охотники на вампиров?

— Значит, запиши ее тоже.

Мэри-Линетт записала. А затем сказала:

— Знаешь, я все время хочу спросить Ровену, как они посылали с острова письма миссис Бердок… — Тут она умолкла и вся напряглась, услыхав, как хлопнула входная дверь.

— Я вернулась первая?

Это была Ровена — разгоряченная, разрумянившаяся на ветру, слегка запыхавшаяся. Ее волосы развевались каштановым облаком.

— А где остальные? — спросила Мэри-Линетт.

— Мы еще при входе в лес разделились: это единственная возможность всем нам поохотиться на таком маленьком пространстве.

— Маленьком?! — Марк выглядел оскорбленным. — Если и есть что-то хорошее в Вересковом Ручье, так это то, что здесь просторно.

Ровена улыбнулась.

— Для охоты здесь тесновато. Не обижайся. Но нам здесь очень хорошо: ведь на острове мы вообще никогда не охотились. У нас там еда с транквилизаторами, совершенно пассивная.

Мэри-Линетт отогнала от себя образ, вызванный этими словами.

— Гм-м… не хочешь ли внести свою лепту в разгадку нашей детективной истории?

Ровена села на табуретку, откинув со лба прядь каштановых волос.

— Не знаю. Интересно, а что, если это кто-то, кого мы вообще даже не подозреваем?

Мэри-Линетт вспомнила, о чем она говорила, перед тем как хлопнула дверь.

— Ровена, я все время хотела тебя спросить… Ты сказала, что только Эш мог узнать, куда вы убежали. А как же тот парень, который помогал вам переправлять письма с острова? Он мог знать, где живет ваша тетя, верно? Ведь он мог видеть адрес на конверте.

— Крейн Линден, — улыбнулась Ровена, но улыбка была немного грустной. — Нет, он не мог знать. Он… — Ровена слегка прикоснулась к виску. — Не знаю, как это у вас называется. Его разум не развит полностью. Он не умеет читать. Но он очень добрый.

«А что, бывают неграмотные вампиры? Хотя почему бы и нет!» Вслух же Мэри-Линетт сказала:

— Хорошо. Значит, мы можем исключить еще одного.

— Послушайте, а что, если мы выдвинем самое бредовое предположение? — вмешался Марк. — Скажем, может ведь случиться такое, что дядя Джереми на самом деле не умер? И что, если…

В это мгновение со стороны парадного крыльца раздался топот, потом что-то громко шлепнулось наземь.

«О, черт, Тигги!» — ужаснулась про себя Мэри-Линетт.

ГЛАВА 15

— Тигги!

Мэри-Линетт выбежала, оставив дверь нараспашку. У нее перед глазами стояла жуткая картина: пронзенный кольями маленький котенок. Но на парадном крыльце она нашла не Тигги, а Эша: он растянулся во весь рост, а над ним в пурпурных сумерках заката порхали маленькие мотыльки.

У Мэри-Линетт больно защемило в груди. На короткий миг время остановилось, и весь мир стал иным.

Если Эш мертв, если его убили…

Тогда в ее жизни уже не случится ничего хорошего. Никогда. На нее словно опустилась безлунная, беззвездная ночь. И ничего нельзя было с этим поделать. Мэри-Линетт не знала почему, но внезапно она поняла, что так оно и есть.

Она не могла вздохнуть, руки и ноги стали словно чужие и не слушались ее, перед глазами все поплыло.

Эш пошевелился. Он поднял голову, опираясь на руки, и огляделся вокруг.

У Мэри-Линетт отлегло от сердца, но она все еще ощущала головокружение.

— Ты не ушибся? — задала она дурацкий вопрос, не осмеливаясь притронуться к Эшу: в ее теперешнем состоянии один-единственный электрический разряд может ее сжечь, и она растает, как Злая Западная Ведьма.[9]

— Я провалился в эту дыру, — сказал он. — А ты что подумала?

«Так и есть, — подумала Мэри-Линетт, — звук шагов оборвался скорее с треском, чем глухо. Не так, как звучали шаги прошлой ночью».

И это что-то означало… Если б только она могла проследить эту мысль до конца…

— У тебя какие-то трудности, Эш? — ласково прозвучал голос Кестрель, и вскоре сама она выступила из тени — настоящий ангел с золотистыми волосами и восхитительно чистыми чертами лица. Позади нее стояла Джейд с Тигги на руках.

— Он взобрался на дерево, — сказала она, целуя котенка в голову. — Мне пришлось уговаривать его спуститься.