Джеймс Герберт - Святыня

— Вы имеете в виду плащаницу?

— Да, Туринскую плащаницу. Термографическое исследование, инфракрасная спектроскопия, радиография, исследование под электронным микроскопом, химический анализ — все эти средства применялись, чтобы доказать или опровергнуть, что образ на холстине, найденной в тысяча триста пятьдесят шестом году, принадлежит Иисусу Христу. Но пока эти исследования ни к чему не привели. Излишне говорить, что церковь вызывает подозрения, препятствуя дальнейшим крайне необходимым, по мнению ученых, исследованиям Я имею в виду датировку по радиоуглероду.

— Но для этого потребовалось бы уничтожить значительную часть холстины, — возразил епископ Кейнс. — Мы никогда этого не допустим.

— С тех пор как последний раз просили разрешения, методы тестирования значительно усовершенствовались. Понадобилось бы не более двадцати пяти миллиграммов материи. И все же мы говорим «нет», и люди задумываются, чего же мы боимся.

— Тем более мы не должны отказываться от исследований по данному вопросу. Думаю, нам нечего бояться, хотя я совершенно согласен: нужно соблюдать крайнюю осторожность.

— Я… я думаю, мы совершаем трагическую ошибку.

Два священнослужителя обернулись к отцу Хэгану. Он подался вперед в своем кресле и крепко сцепил руки.

Епископа Кейнса обеспокоило и смутило выражение его лица.

— Почему вы так говорите, Эндрю? Что вас так встревожило?

Священник потер рукой висок.

— Просто ощущение, епископ. Не знаю, почему оно возникло, но я чувствую, все это неправедно. Вокруг церкви какая-то атмосфера…

— А вы ее чувствуете… эту атмосферу, Питер? — спросил епископ.

Делгард ответил не сразу.

— Нет, кажется, нет. По крайней мере, не так, как говорит отец Хэган. Вчера в воздухе было напряжение, почти осязаемое, но его создавала сама толпа. Я и раньше бывал свидетелем массовой истерии, но не могу с уверенностью сказать, что здесь было то же самое. Несомненно, ученые будут строить теории о массовом гипнозе, коллективной истерии и вполне могут оказаться правы. Но я знаю, что упал на колени в благоговении пред тем, что открылось моим глазам.

— Перед девочкой?

— Перед тем, что она представляла. Или казалось, что представляет.

— Так вы ощутили ее святость?

— Не уверен. Я просто не могу вспомнить свои ощущения, помню лишь непонятную слабость. И кажется, она охватила не только меня, но и всю толпу. Возможно, это явление мог бы объяснить психолог. Или парапсихолог.

— Я имел в виду атмосферу в церкви, — тихо проговорил отец Хэган. — Стало так холодно!

Епископ слегка усмехнулся.

— Зима, сами понимаете. В церкви и должно быть холодно.

— Нет, это не просто физический холод. И он собрался не только в самой церкви — он в прилегающих землях, у меня в доме.

— Когда мы виделись в последний раз, я ощутил в вас какое-то напряжение, — не без участия проговорил епископ Кейнс. — Это одна из причин, почему я попросил монсеньера Делгарда помочь вам — а также из-за его опыта в таких необычных делах. По правде говоря, ваше здоровье, кажется, сильно ухудшилось с нашей последней встречи. Вы уверены, что эти странные ощущения не связаны с вашим общим состоянием?

— Уверен. Признаю, в последнее время мое здоровье оставляет желать лучшего, но мне кажется, это как раз и может вызываться данными обстоятельствами.

— Не вижу, каким образом, разве что известность так повлияла на вас. В этом случае…

— Нет!

Епископ удивленно заморгал.

— Простите, епископ, — извинился священник — Я не собирался повышать голос. Пожалуйста, извините меня. Но есть кое-что еще, чего я не могу понять.

— Нам это известно, святой отец, — сказал епископ Кейнс, сдерживая раздражение.

— Я имею в виду не только Алису Пэджетт. Есть кое-что еще.

— Да-да, вы уже говорили об этом. Не могли бы вы объяснить поточнее, что имеете в виду?

Священник сгорбился в кресле и закрыл глаза.

— Хотел бы я знать, — проговорил он через минуту.

— Тогда, я думаю, лучше всего… — Кейнса перебил легкий стук; в дверь. — Да, Джудит? — сказал епископ.

Секретарша появилась в дверях.

— Звонят из Лондона, епископ. По-моему, из «Дейли мэйл». Говорят, они бы хотели услышать ваше заявление относительно вчерашних событий в церкви Святого Иосифа в Бенфилде.

— Ну, джентльмены, — проговорил епископ, — кажется, история приобрела общенациональную известность. Соедините меня, дорогая, а потом, когда я закончу, свяжитесь с его преосвященством.

Он взял трубку, и Делгард не понял, выражает его улыбка смирение или предвкушение. Когда епископ начал говорить, монсеньер заметил, что руки отца Хэгана вцепились в подлокотники. Так крепко, что под бледной кожей побелели костяшки.

Глава 16

— Боюсь, что не сумею вам все это объяснить, — учтиво промолвила Алиса. — Я и сама ничего не понимаю. Столько превращений в один день хоть кого собьет с толку.

Льюис Кэрролл. «Приключения Алисы в Стране чудес»[22]

Вторник, утро.

Саутворт улыбался, наливая себе шерри. Он наполнил стакан почти до краев, хотя нормой считал полстакана — утренняя доза, которую он позволял себе. Однако сегодня было что отпраздновать.

Чрезвычайное собрание приходского совета накануне вечером было созвано из-за «Бенфилдских чудес», удивительных исцелений, случившихся в воскресенье в церкви Святого Иосифа. И не только исцелений: многие утверждали, что видели, как Алиса Пэджетт поднималась в воздух. Саутворт, тоже присутствовавший там, не был уверен в этом, потому что ему загораживали видимость, но после захватывающих дух исцелений он был готов поверить почти во все. Левитация девочки могла и померещиться, таков был накал чувств собравшейся толпы, но исцеление конкретных людей померещиться не могло. Даже теперь, увидев это собственными глазами, Саутворт не мог до конца поверить.

К счастью, о мошенничестве речи не шло. Пятеро исцелились от действительных недугов, это подтвердили их собственные доктора и записи в медицинских картах из врачебных заведений, где эти пятеро лечились. От недугов и немощей не осталось и следа во всех случаях, кроме двух: мужчина, страдавший катарактой, так и не обрел полной ясности зрения, хотя утром сообщалось, что его зрение и дальше улучшается; а мальчик с парализованными ногами так и не мог свободно ходить без посторонней помощи, но иначе и быть не могло, ведь ножные мышцы ослабли за годы бездействия — ожидалось, что его состояние улучшится, когда мышцы окрепнут.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});