Павел Мэдер - Иногда они...

 - Залазь.

 Некоторое время мы ехали почти в полной тишине, прерываемой лишь шумом двигателя и поклацыванием брелка, висящим на лобовом стекле.

 - Откуда ты знаешь мое имя? - спросил он.

 - Ты совсем-совсем меня не помнишь? Ты рассказывал мне, про них.

 - Про них? Про кого?

 - Про пришельцев, контролирующих мир  - тут, Чак бросил на меня быстрый взгляд, и протянул:

 - А, про пришельцев. Ясно. Я вижу некоторых, хоть и звучит это бредово. Кстати, я убей бог, не могу вспомнить, когда это мы с тобой разговаривали на эту тему… - почесал он в затылке, а мне пришла в голову одна идея, и сердце тут же участило свой бег.

 - Какой сейчас месяц?

 - Октябрь. Сегодня ж День всех святых, парень, ты что! Эх, мальчишкой я обожал этот праздник. Хэллоуин – как много в этом слове – страшилки, скелеты, вампиры и оборотни, ведьмы и чудовища. И конечно, тыквы! А конфеты – да, было время! – мечтательно протянул водила.

 - Еще бы – поддакнул я.

 - Слушай, у тебя усталый вид. Откуда ты? И почему, черт возьми, так легко одет?

 - С того света – ответил я.

 - Ну да ну да, выходец из ада! – рассмеялся Чак – не даром Хеллоуин, так ведь?

 - Ага.

 - Лезай, поспи пока – он нашарил рукой штору и откинул ее в сторону. Моему взору представилась люлька. А ведь когда я последний раз спал? С момента, как я приехал в Пенсаколу, по моим ощущениям, прошло не более суток. Однако мне казалось, что я постарел лет на двадцать. Я кивнул Чаку и полез за занавеску.

 - Я разбужу, как приедем. Отдыхай, парень.

 Перед тем как уснуть, я успел подумать, что может, есть все-таки в мире принцип равновесия? Меня согласился бесплатно подвезти таксист, потом этот парень. Конечно, не бог весть какое благо, но хоть в чем-то мне повезло. Уснул я с улыбкой на лице.

 - Просыпайся, эй, как тебя там! – я открыл глаза и всмотрелся в небритую физиономию – Орландо! – объявила она.

 - Ага - прохрипел я – и переполз на пассажирское кресло. У меня затекла рука, и теперь я чувствовал, как тысячи маленьких иголочек впиваются в нее.

 - Выспался? – спросил Чак.

 - Да так – ответил я – спасибо тебе. Пойду – я открыл дверцу, и тут же, почувствовал пронизывающий до костей ветер. Я вылез на ступеньку, и уже захлопнул было, дверь, и тут Чак протянул мне куртку – возьми, потом сочтемся.

 - Спасибо – я надел куртку и пожал ему руку – спасибо за все.

 - Ладно, а то я сейчас расплачусь, что ты, в самом деле, как Сампо-лопаренок!

 - Кто?

 - Ну, из снежной королевы – покрутил он руками – да неважно. Удачи, парень! – я постоял еще некоторое время, пока грузовик не скрылся вдали, потом натянул подарок Чака, и пошел по главному шоссе, миновав знак  «Орландо». Скоро я буду дома. Хотя, он сгорел, тогда, в пожаре – в Орландо теперь я везде - дома. Наверно, старина Стив не откажется меня приютить, на некоторое время. А еще - вот бы было здорово, прийти домой, и увидеть маму. Кто знает, что принесет канун дня всех святых. Денег у меня больше не было, этому, оставалось надеяться только на то, что найдется еще один добрый самаритянин. Однако, такового не нашлось – около двенадцати километров я шел пешком, и под самый вечер, пришел, наконец, к своему дому. Поднял взгляд вверх – там когда-то было мое окно… И есть… Стойте! Окно!

 Не веря своим глазам, я кинулся в подъезд, а потом, не глядя, перескакивая ступеньки, взлетел на свой этаж и – о, чудо! Дверь на месте! Правда, чуток другая, но может, я просто забыл, как она там выглядит. Постояв перед ней пару минут, и собравшись с силами, я нажал на звонок. Тишина, потом шаги, и щелчок замка.

 - Здравствуйте – на пороге стояла незнакомая женщина.

 - Здравствуйте – ответил я – Элис Бакстер – это имя вам о чем-нибудь говорит?

 - Нет – покачала она головой – а что? Вы, простите, кто?

 - Она жила здесь… Я ее сын. А вы давно здесь живете?

 - Я живу здесь с самого рождения – подняла выщипанные брови женщина – так что, быть может вы ошиблись?

 - А, быть может, не тот подъезд, или другой дом… - протянул я - простите за беспокойство. Спокойной вам ночи – Хэллоуин, все-таки!

 - И вам тоже – улыбнулась она и захлопнула дверь.

 Дом был тот и подъезд тоже. Просто, как бы это не звучало нелепо – попал в другое измерение. Или умер – а что, ведь многие на том корабле поднимали меня на смех, когда я им это говорил. Я спустился по ступенькам и вышел во двор.

 Прошел месяц. Ту, Хэллоуиновскую ночь, я провел, скрючившись и прижавшись  к чуть теплой батарее, в подвале своего дома. Точнее, не совсем моего, как потом выяснилось. Я решил отправиться по тому адресу, где была квартира Скайда, помните да? Толстяк-охранник и все такое. В ней я и живу сейчас. Это удивительно, но факт остается фактом – квартира была, едва ли не единственным зданием, которое сохранилось. То есть, не сохранилось – а было в этом мире. Я был на кладбище, хотел разыскать могилу матери. Ее не было. Не было и могилок малышей. А помните, с чего все начиналось? Могила Барнаби – она тоже отсутствовала. Черт знает, куда я попал, и разбираться во всем этом, у меня желание отпало. Мне снятся сны – о Скайде, корабле, водителях. Иногда, мне снится могила матери и детишек. Рядом с ними, я вижу и еще одну надгробную плиту, со своим именем. Снится мне и тот самый парень - «Бог Огня». Сейчас, я уже жалею, что не остался с ним. Самая главная загадка, осталась для меня, пока не решенной – Дебора. Кто она? Несчастная душа, не нашедшая пристанища? И кто теперь я? Может, тоже? Хотя, вряд ли. У меня - зверский аппетит, а духам питаться вроде как не нужно. Поэтому, приходится перебиваться случайными заработками, и почти всегда, когда я сижу дома, холодными вечерами – я смотрю на телефон и жду. Я что подумал, ведь существуют другие миры. Призракам, духам, или, как их не назови – живется несладко. Они отрезаны от привычной среды обитания, не знают, что дальше будет. Именно поэтому, они стремятся связаться со своим родным миром, миром, который по-настоящему – живой. Им редко удается это сделать, но иногда они…

Элис. Вместо эпилога

Последнее время с сыном, творится что-то неладное. Первые два дня, я была рада, что сын нашел постоянную работу и теперь ходит довольный. Но меня смущали эти его ночные смены. Чем конкретно занимается, он так и не объяснил, лишь отмахивается и говорит что принимает звонки. Подробностей не сообщает. А я, стараюсь не лезть к нему с расспросами, расскажет сам, если сочтет нужным. Да я и вижу-то его нечасто – утром ухожу – он спит, прихожу – его нет. Олдос встревоженный, бледный и осунувшийся, хотя работает на новом месте всего ничего. Я тоже кручусь, как могу, надо ведь еще ставить на ноги детей. Несколько раз, еще неделю назад, и вот сегодня, я слышала, как он говорит во сне. В целом, было не понять, что конкретно – неразборчивая болтовня, но мне очень не понравилось одно имя - Дебора. Если он начнет вспоминать все то, что Киндман тогда заставил его забыть – ничего хорошего из этого не выйдет. Ведь это тянется еще с детских лет еще тогда, когда он спас меня от взрыва. Потом, я допытывалась у него, как ему это удалось, а он все говорил про «Дебору, дебби» - свою невидимую подругу. Что ж, некоторые в детстве заводят себе таких вот друзей, в этом нет чего-либо опасного. Но почему именно Дебора? Уж не связано ли это с… В общем, тогда нужно вспоминать по порядку.