Джанин Фрост - На краю могилы

— Так ты Дракула? Это не розыгрыш?

Пока я переживала полученное потрясение, новые гости поздоровались с остальными. Все, кроме Аннет, приветствовали Влада со сдержанной вежливостью. А она крепко поцеловала его в губы, заставив меня укоризненно покачать головой.

И Дракула тоже, да, Аннет? Если бы Франкенштейн и Человек-Волк были настоящими, думаю, и они не избежали быее внимания.

Менчерес издал какое-то сопение. Если бы я его не знала, могла бы подумать, что он смеется. Кости снова посмотрел на меня, словно говоря: «Следи за своими мыслями, черт возьми!» Я решила переключиться с истории сексуальных связей Аннет на легенду.

— Дракула. В шестнадцать лет я пыталась как можно больше узнать о вампирах и прочитала о тебе все, что смогла найти. Брэм Стокер сделал из тебя почти положительного героя, хотя в исторических записях содержится немало неприятного.

Раздражение Кости мгновенно улеглось, и он даже одобрительно усмехнулся. Значит, его оскорблять можно, а Аннет нельзя? Лицемер!

— Я не откликаюсь на это имя и советую, не всегда верить тому, что написано. История порой меняется. Интересно, что скажет она о тебе, Кэтрин?

— Меня зовут Кэт, — быстро поправила я его. — Запомни мое имя, и я буду обращаться к тебе должным образом.

После того как с приветствиями было покончено, мы собрались в малой гостиной. Конечно, в большой комнате было бы просторнее, но планировать убийство одной исторической личности с помощью второго не менее известного персонажа хотелось в более уютной обстановке. Влад занял кресло рядом со мной и расположился с таким видом, словно сидел на троне. Он даже слегка усмехнулся, глядя на Кости, из чего я сделала вывод, что он выбрал себе место с целью позлить хозяина дома. И это ему удалось. Кости уселся на диван с другой стороны от меня и многозначительно похлопал меня по руке.

Несмотря на обстоятельства нашей встречи, десятилетний ребенок во мне страстно хотел засыпать Влада вопросами. Кто похоронен в церкви рядом с твоим замком? Правда ли, что ты приколотил гвоздями тюрбаны к головам посланников султана, когда они отказались их снять? Когда ты стал вампиром — до или после того как бокалами пил кровь на поле боя, пируя среди поверженных врагов?

— Крестьянин примерно того же роста. Да. После, а тогда я пил красное вино.

«Чертов фокусник, — подумала я, прежде чем успела придержать свои мысли. — Еще один».

— Впечатляюще. — Влад перевел взгляд с меня на Кости. — Интересно, где она научилась ставить такие исключительные мысленные барьеры? Ты что-нибудь скрываешь, юноша?

— Не пытайся учить меня в моем собственном доме, старая летучая мышь. Ты здесь в гостях, и веди себя соответственно.

— Влад…

В голосе Менчереса послышался упрек. Но, что еще интереснее, Влад отреагировал на это примирительным жестом.

— Да, верно. Я обещал оставить наши разногласия ради общего блага и потому согласился сюда прийти. Всем известно, что я не питаю к тебе добрых чувств, Кости, да и ты отвечаешь мне тем же. По правде говоря, если бы Патра ополчилась на тебя, но не затрагивала Менчереса, я мог бы сейчас сидеть рядом с ней.

Кости пожал плечами:

— Если бы не Менчерес, мы бы схватились с тобой давным-давно. Но он испытывает к тебе глубокое уважение, и, вероятно, у него есть для этого причины. А я доверяю его суждению. Так что, полагаю, ты не такой никчемный ублюдок, каким я тебя считал.

Похоже, перемирие дается им с трудом!

Менчерес поднялся. Благодаря своим манерам он казался весьма безобидным, но я знала, насколько обманчивой бывает внешность. Могу поспорить — в бою он ужасен.

— Кости, меня потрясло известие о том, что Патра применила против Кэт магию. Как тебе известно, подобные выходки вампирам запрещены. Но ее поступок дает нам некоторое преимущество. Использование заклятия ослабило Патру по крайней мере на несколько дней, и мы получили шанс нанести ответный удар, если только сумеем ее найти. У Влада есть информация о возможном местонахождении одного из ее подданных.

Кости холодно посмотрел на Влада, и тот ответил ему усмешкой:

— Никогда не думал, что тебе может от меня что-то понадобиться?

— Пора бы тебе решить, будешь ты говорить или нет. Выкладывай все начистоту либо проваливай!

Взгляд Влада переместился на меня, потом, как ни странно, на Тэйта.

— Я чую его страсть к Кэт. Да он и не пытается ее скрывать. А ты наверняка злишься, что один из представителей твоего рода испытывает вожделение по отношению к твоей жене, не так ли?

— Эй, постойте-ка! — воскликнула я.

Но Кости поднял руку.

— Говори, по сути, — бросил он Владу.

Тонкие губы изогнулись еще сильнее.

— Как раз к этому я и веду.

16

«Похоже, Санта пил не только гоголь-моголь», — подумала я, гуляя в толпе и ожидая своей очереди сфотографироваться со стариной Санта-Клаусом. Мне самой сейчас не помешает перекусить.

Тэйт крепче прижал меня к себе. Вроде надо его оттолкнуть, но я этого не сделала. Наоборот, прильнула к нему и улыбнулась. Разве мы не должны изображать идеальную пару?

— Как ты красива! — прошептал Тэйт, щекоча мою шею губам.

Затем он немного повернул голову и накрыл своим ртом мои полуоткрытые губы. Во время работы мне не раз приходилось целоваться с неумершими. Как иначе, если я изображала сексуальную цыпочку? Но Тэйт не был ни объектом преследования, ни незнакомцем, ни даже простым субъектом при смерти. Если, конечно, Кости не потеряет самообладание и не убьет его раньше, чем закончится операция.

Холодные губы Тэйта согревались, касаясь моей разгоряченной плоти. И я не могла не отметить — он превосходно целуется, хотя вел себя достаточно сдержанно и не засовывал в рот язык. Я старалась представить, что целуюсь со своим другом. Или отнестись к происходящему как к тривиальному рабочему эпизоду. Но не могла.

Я отстранилась. Пожалуй, немного резко по сравнению с предыдущими действиями.

— Э… хочу сладкой ваты, — промямлила я.

Тэйт наклонил голову и прошепталмне на ухо единственное слово:

— Трусишка.

И он был прав. Будь это просто работа, я бы не задумываясь сыграла страсть, позволила французские поцелуи или даже погладила бы его по заднице, чтобы все выглядело правдоподобно. Но рядом со мной находился Тэйт, а потому беспристрастность испарилась. Кроме того, я каждую минуту ждала, что из-за угла выскочит Кости и оторвет Тэйту голову.

Да, Влад оказался прав: никто не думал, что Кости позволит мне во время праздничного маскарада флиртовать с мужчиной, которого он ненавидит.