Бентли Литтл. Рассказы. - Бентли Литтл

которой забилась труба в ванной, и бросил её в кошачий лоток. Это все, что она могла сделать, чтобы не проблеваться прямо перед домом, так что она зажала нос и пулей понеслась в дом, едва успев домчаться до туалета.

Позже тем утром она пошла к Дженне. Соседка открыла дверь в спортивном костюме и с бутылкой воды в руке.

— Прости, я как раз занималась, — сказала она.

— Ой, я не хотела отвлекать, — извинилась Кристина. — Зайду попозже.

— Да ну, ты что. Заходи. Все равно мне пора передохнуть.

Она прошла в дом вслед за Дженной.

— Я тут просто подумала: мы можем что-нибудь сделать с этим мальчиком? Я выносила мусор утром, когда он шёл в школу, а запах стоял такой, что меня вырвало! Это что, каждый день теперь так будет? Может, можно поговорить с его родителями, или с властями, или… что-то ещё.

Дженна пожала плечами.

— Не думаю. У нас свободная страна. Хочешь — воняешь, не хочешь — не воняешь.

— Но разве школа не должна заботиться о детях? Представь себе, что у него в классе творится! Это, мягко говоря, отвлекает. Может, его уберут куда-нибудь или позовут родителей на лекцию по гигиене?

— Неплохая идея, — сказала Дженна. — Я поговорю с директором, когда заеду за Вайли в школу. Мы с ней дружим. Посмотрим, что она скажет.

— А раньше вы об этом не говорили?

— Это — не моё дело. Он ходит в другой класс, так что Вайли с ним не пересекается. И у меня никогда не было такой… сильной реакции, как у тебя. Просто раздражает немного, и все. — Она усмехнулась. — Тебя правда вырвало?

Кристина улыбнулась.

— Ага.

Дженна погладила её по руке.

— Посмотрим, чем смогу помочь.

* * *

Телефон зазвенел, когда Кристина разделывала курицу. шёл уже шестой час, но Кент ещё не вернулся с работы. Она уже было собралась оставить звонок на откуп автоответчику, но на случай, если это звонил Кент, — сообщить что у него сломалась машина, или стряслось что-нибудь ещё, — все-таки вытерла руки бумажной салфеткой и ответила.

— Алло?

— Кристина? Это Дженна. Я поговорила с директором насчет этого мальчика. Она сказала, что жалоб не было. Ни от учеников, ни от учителей.

— Ты объяснила?

— Я попыталась.

— И что она сказала?

— Попыталась обставить дело так, будто проблема во мне. Сказала, что кухни разных этнических групп пахнут не так, как наша, и мы должны относиться к этому с пониманием. Пыталась выставить меня расисткой какой-то. — Дженна рассердилась. — Ноги её не будет в моем клубе! Вон!

Кристина не поверила своим ушам.

— Еда не так пахнет? Это не какая-нибудь экзотическая приправа, которую можно унюхать только когда он открывает своё ведерко с обедом. От него же через дорогу прет, как будто в серной бане насрали.

— Как будто я не знаю. — По голосу Кристина поняла, что она улыбается. — Насрали в серной бане? Неплохо, неплохо.

Кристина улыбнулась сама себе.

— Да, неплохо. Но от него и правда так пахнет.

Дженна вздохнула.

— Ну что же, тогда нам придется сидеть дома, закрывать двери и окна, и ждать, пока он не пройдет мимо.

— Придется, — согласилась Кристина.

* * *

И все же, дома она сидеть не стала. Просто не могла. Было в этом мальчике что-то странным образом притягательное, так что на следующее утро она сидела на крыльце с газетой в руках. Так ведь заведено в пригородах, да? Выходить на свежий воздух в хорошую погоду?

К соседнему дому подъехала машина Дженны, и они с Сэм вышли. Видимо, отвозили детей в школу. Увидев Кристину, они помахали ей и подошли.

— Привет.

— Доброе утро, — поприветствовала Кристина.

— Угадай, кто идет! — поддразнила Дженна.

— Мы видели его по пути, — сказала Сэм.

Тут, как по сигналу, показался мальчик — сегодня он шёл по их стороне дороги, всего лишь в каком-то футе от её двора. С такого расстояния она смогла разглядеть, что он и вправду выглядит по-ближневосточному — темная кожа, пестрая рубашка со странными узорами. Дул легкий ветерок, но, — слава, тебе, Господи, — в другую сторону, так что запаха она сегодня не почувствовала. Но с виду мальчик был чумазый. Даже учебники в его руке были покрыты слоем грязи. Проезжавший рядом на велосипеде школьник швырнул ему персик в голову, мальчик увернулся, и персик покатился по тротуару.

Кристина не могла сдержать улыбку.

Мальчик посмотрел на нее — словно почувствовал, что она находит произошедшее смешным. На секунду они встретились взглядом. Она видела ненависть в его взгляде, и, не выдержав, отвернулась. Да как ты посмел злиться, это от тебя воняет на всю улицу, черт возьми! Она повернулась вновь посмотреть на него, но он уже ушёл.

— Как грубо! Вы это видели?

— Вот бы он сделал нам одолжение и сдох. — Сэм выпучила глаза и прикрыла рот рукой, словно поразившись собственным словам, и внезапно прыснула от смеха.

Дженна тоже засмеялась.

— Утонул в бочке духов.

Сэм расхохоталась до слез.

— Простите! Простите!

— Не извиняйся, — сказала Дженна. — Мы все об этом думали. И, наверное, не мы одни.

— Кроме нашей директрисы, — вставила Кристина.

— Ага, — сказала Сэм. — И кто её в жопу клюнул?

Она снова выпучила глаза, и вновь расхохоталась.

Как и её подруги.

* * *

На следующее утро он пошёл в школу пораньше. Кристина была дома и увидела его в окно. Детей было немного, но откуда-то к мальчику с улюлюканьем подбежали две девочки, повалили его на землю, и побежали дальше. Кристина усмехнулась, наблюдая, как он возился на земле — из-за тяжелого рюкзака он был похож на перевернутую черепаху, пытающую встать на ноги. Потом он встал, осмотрелся, и уставился на её дом.

Ах ты ублюдок мелкий, подумала она.

Через день он вышел позже. Улица опустела — взрослые уже ушли на работу, дети — в школу, а домохозяйки уже попрятались по домам. Кристина вышла отдохнуть от расстановки мебели, и сажала кустик хризантемы, подаренный Дженной на новоселье. Она унюхала мальчика раньше, чем увидела, — этот отвратительный смрад, донесенный легчайшим порывом ветра, и первое, что она подумала — мальчик опоздает в школу. Ну и хорошо! Осмотревшись, она подпрыгнула, увидев его на тротуаре прямо перед собой.

Она испуганно ахнула, и мальчик повернулся к ней. Что это у него на лице? Презрение? Гнев? Ненависть? Неважно, что это было, потому что тут он споткнулся о черенок её лопаты, лежавшей на тротуаре, и упал вперёд, слишком внезапно, чтобы хоть как-то закрыться. Грохнулся головой в бетон, все так же сжимая книжки в безвольно повисших