Диана Гамова - Ночное небо

— Ты не убьешь его?

По моему лицу пробежала плотоядная ухмылка, от которой мальчишек передернуло.

— Нет. Эльфы — большая редкость, чтобы убивать их.

— Эльфы?! — хором переспросили мои подопечные. Конечно, им в голову не пришло, что в столице людского государства может оказаться остроухий.

Я широко улыбнулась, после чего жестом поторопила Эгуна. Тот не заставил себя ждать. Через пару минут вампиреныш вернулся, гордо демонстрируя приличный моток веревки.

Пленника я связала сама. Не то, чтобы не доверяла мальчишкам, просто опасалась, что эльф может прийти в себя. Эгун с таким противником не справится. Жадан тем более.

— Веомага, — сунжэ подошел ко мне, как только я довязала последний узел на ногах остроухого гостя.

— Что? — проверив надежность пут, оставшись довольной, я повернулась к мальчишке.

— Спасибо, что не бросила.

— Вас что ли? — уточнила я, демонстрируя клыки в лукавой улыбке. — Мне без вас скучно.

— Кстати, как ты вообще поняла, что нам нужна помощь? — Эгун до этого обыскивал эльфа, но сейчас прекратил свое занятие и тоже уставился на меня.

— Я отметила Жадана, если вы помните, — я сочла нужным пояснить. — Как только он испугался, метка сработала. Я видела все, что тут происходило. — Потрепав за щеку сунжэ, уточнила. — Глазами Жадана. Знаешь, малыш, — без перехода, я обратилась к сунжэ, — ты вел себя храбро.

На щеках подростка расцвел румянец. Думается мне, хвалили его нечасто.

Еще раз проверив надежность веревок, я присела на краешек одной из кроватей. Эгун, скрестив руки, прислонился к двери точно за спиной эльфа. Жадан, глянув на меня, на вампира, открыл было рот, чтобы что-то спросить, но я подняла указательный палец. Мне требовалась минутка тишины.

— Ярун! — я кинула зов.

Посмотрим, сообразит ли мой птенец, что надо делать. Узнает, где я?

Мне хотелось, чтобы Ярун появился до того, как эльф очухается. Птенца надо сразу посвятить в то, что тут творится.

Ждать пришлось не слишком долго. Не прошло и десяти минут, как дверь, возле которой пристроился Эгун, резко отворилась, а на пороге застыл напряженный Ярун.

Эгун среагировал быстрее моего птенца. Все же их разница в возрасте, пусть и небольшая, дала о себе знать. Ярун оказался вжат в стену. Ридаец упирался локтем в его шею.

— Назад, Эгун! — крикнула я. — Это мой птенец!

Как от моего вопля не пришел в себя эльф, я не знаю.

В комнате повисла тишина. Жадан во все глаза смотрел на Яруна, а Эгун удивленно уставился на меня.

— Ты не обращаешь птенцов, — выдал вампир.

— Не обращала. — Согласилась я, сдвинув брови. — Теперь отпусти его. Пусть войдет.

Эгун нехотя отошел, пропуская фыркающего Яруна.

Птенец услышал зов и примчался так быстро, как сумел. Он ничего не понял, действовал инстинктивно. И встреча с другим вампиром для него стала неожиданностью. Но Ярун с заданием — услышать и прийти — справился!

Вампир приблизился ко мне, мельком взглянув на бесчувственного эльфа.

— А-а… Э-э, — Жадан с любопытством наклонил голову набок, в карих глазах зажегся вопрос.

— Спрашивай, — выдохнула я. Если мальчишка чем-то озабочен, лучше дать ему выговориться.

— Твой птенец похож на хозяина таверны. Яруна, — с хитрицой в голосе произнес Жадан.

Я скептически оглядела птенца. Задержала взгляд на лице, волосах, руках. Поджала губы.

— Правда?

— Точно! — воскликнул Эгун. — Это ж Ярун! Как я сразу не узнал?!

— Что-то случилось? — вклинился Жадан. — Ты бы просто так его не обратила.

— Об этом мы поговорим позже, — я ласково улыбнулась, поглядев на любопытного мальчишку. — Когда нас не будут подслушивать всякие остроухие северяне.

Мои мальчишки как по команде вперились глазами в связанную фигуру. Эльф имел превосходную выучку. Не шевельнулся. Но изменившееся дыхание выдало его с потрохами.

Жестом приказав всем оставаться на местах, я подошла к эльфу, присела на корточки напротив него.

— Заканчивай, эльф, — предложила я. — Ни тебе со мной в игрушки играть.

Северянин открыл огромные серо-синие глаза. Поднял голову, отчего мелкие белые косички волос, с вплетенными в них хрустальными бусинами, полностью спрятали острые уши.

По лицу эльфа плясала тень гнева. Щека чуть подергивалась от ярости. Но голос оказался спокойным.

— Это ты заигралась, вампирша. — Говорил он не на родной элтаньи, а на гуарском наречии. Вполне сносно. Почти без акцента. — Я ведь предупреждал тебя, не попадайся мне больше.

— То было в Хориске, — я широко улыбнулась. — А мы в Гуаре. Так что, не понимаю твоего гнева.

Не давая эльфу собраться с мыслями, я задала вопрос:

— Тебе было интересно меня повидать. Вот она я. Что теперь?

— С чего ты решила, будто мне интересно? — эльф сжал губы в тонкую полоску. Играл он превосходно! Настоящая ненависть ко мне перемежалась с напускным безразличием.

— Ты бы прикончил того парня, — я ткнула ноготком в застывшего Эгуна. — А я не люблю, когда трогают мою собственность. Если бы ты, не приведи Сайгум, убил малыша, я б с тебя скальп сняла. Но, — я выдержала паузу, изучая лицо пленника, — ты этого не сделал. Значит, хотел поговорить. Или…

Меня осенило. Я рассмеялась, чуть не упав. Глаза северянина посветлели от жгучей ярости. Лоб перечертила гневная морщинка. Он думал, я смеюсь над ним.

Встав, подняв голову эльфа за подбородок, отчего остроухого перекосило, как от зубной боли, я ласково спросила.

— Ты собирался своими собственными клинками пронзить мое мертвое сердце? Надеялся, что я приду, не ожидая подвоха. Ах, эльфенок. Я думала, ты умнее. Ведь еще в Хориске ты понял, со мной не совладать. А туда же.

— Нет! — эльф дернулся, вырвав подбородок из моих пальцев. — Мне не нужна твоя смерть.

Интересное заявление.

— Да-а? — я наигранно удивилась, про себя отметив, что держится северянин с достоинством. Даром, что молодой. — Тогда просвети меня. Расскажи старой вампирше, чем она может помочь?

— Веомага, ты бы поосторожней с ним, — Ярун сделал к нам шаг.

— О, дитя, — он еще не знал, что со мной шутки плохи. Конечно, его беспокоила моя безопасность, но самоуправства и уж тем более такого тона я не потерплю. — Твоя забота трогательна, но не лезь мне под руку, Ярун!

Вампир вздрогнул, как и все в этой комнате, включая эльфа. Я же, выдохнув, отступила от пленника.

— Даю тебе последний шанс. Говори, чего тебе нужно. И не трать наше время зря.

Ярун, уязвленный моим замечанием, пришел в себя. Всем своим видом он выражал неприязнь и осуждение. Чую, намучаюсь я с его воспитанием.