Артём Корсаков - Обратная ночь

   - Пива или колы? - спросил подошедший бармен.

   - Боюсь, от того и от другого меня стошнит, - сухо ответил я, осматриваясь.

   - Тогда, может, "томатный сок"?

   Томатный сок? На большом пальце правой руки бармена сверкнуло золотое кольцо с драконом.

   - Давно ждёшь очереди? - спросил я, принимая из рук догадливого бармена бокал, наполненный кровью.

   - Ничего, недолго осталось, - ушёл от прямого ответа бармен.

   - Недолго? Чем дольше ждёшь, тем расплывчатее понятие "недолго". Давно встал в очередь?

   - Одиннадцать лет назад...

   - В таком случае у тебя было достаточно времени для осознания факта, что вампиром тебе не стать.

   - Я не теряю надежды, я семнадцатый в списке, а Князь обещал в следующем году обратить десять.

   - Он обратит двоих, - с уверенностью в голосе сказал я, отчего бармен разочарованно вздохнул, - ещё двоих - лет через пять, а ты своей очереди дождёшься годам к пятидесяти, если, конечно, не сдохнешь от пневмонии, туберкулёза или какого-нибудь сифилиса. Да, мало ли что может случиться: ты же читал Булгакова, знаешь, насколько неожиданно бывает смертен человек. Взять хотя бы Конвейерщика, а ведь он был первым в списке, - сказал я наугад, хотя был практически уверен в правоте своих слов.

   Бармен, как заколдованный, не сводил с меня глаз и слушал, хотя на другом конце стойки его настойчиво подзывали. Тем временем я допил свой бокал и попросил добавки.

   - Что-то я раньше вас здесь не видел? - заметил он.

   - Как тебя зовут?

   - Виталий.

   - Так вот, Виталий, ты и не должен был меня видеть, потому что я распределитель этого "списка". Меня видит только "первый", всегда "первый", - продолжил я вешать лапшу на уши.

   - Правда? - воскликнул Виталий, но тут же осёкся, вспомнив мои слова о том, что ему придётся ждать до пятидесяти. Если я тот, кем представился, выходило, что его будущее очень сильно отличалось от его ожиданий.

   - Знаешь, скольких обратили за те одиннадцать лет, что ты ходишь в прислужниках? - спросил я, подхватывая из рук бармена предложенную добавку.

   - Четверых, но погибло больше - девятнадцать, - ответил Виталий и тут же замолчал: фантомный мир, в котором он витал все эти годы, рушился на его глазах, как песочный замок смытый волной.

   - И я о том же, - сказал я и прикоснулся губами к бокалу, пытаясь придать лицу блаженное выражение. Затем отодвинул бокал и сделал вид, что изучаю его в свете яркого луча. - Человек способен чувствовать многое из сильного и предельного: страх, прыгая с большой высоты; стыд, оказываясь без штанов перед толпой; гордость, становясь лучшим из лучших; оргазм, занимаясь любовью, но... - я придвинулся ближе к бармену, а он ко мне, - ни одно из этих чувств не сравнится с ураганом эйфории, подхватывающим тебя с первой каплей, закаченной клыками. И этот ураган только усиливается по мере поступления крови. А затем... затем... поверь, предела наслаждения не существует.

   Бармен весь вспотел от вожделения. Годы ожидания, да бесконечные завистливые взгляды на тех, кто уже обрёл бессмертие, сделали своё дело: Виталий был морально раздавлен, - я видел перед собой копию Ани, моей первой возлюбленной.

   - Мне иногда кажется, что я не распределитель, а "золотая рыбка", исполняющая самое заветное желание. У всех "первых номеров" одни и те же глаза, один в один. Такие глаза и такой взгляд есть только у них, когда они понимают, что вот-вот обретут то, к чему шли всю свою жизнь: не будет больше боли, не будет страданий, болезней, страха, а смерть станет лишь беззубой назойливой старухой из анекдотов. Но это ничто по сравнению с наслаждением, которое открывает для себя вампир. Тебе, "семнадцатому", ещё не скоро предстоит всё это ощутить.

   - Я знаю, - вздохнул Виталий. Его голос наполняла такая скорбь, что я бы непременно его пожалел, если бы не строил в этот момент план, как мне добраться до Князя.

   - Я знаю, что нарушать порядок нельзя - это карается смертью, но, может, - сказал Виталий с надеждой, - есть хоть какая-то возможность ускорить процесс?

   Всё, мышка проглотила наживку и ловушка захлопнулась.

   - Князь у себя? - перешёл я в наступление.

   - Нет, он скрылся в убежище.

   Моё сердце ёкнуло, а сам я еле сдержал вздох разочарования: куда ещё сбежал Князь? Опять мотаться по городу?

   - Он в подвале, сидит за стальными дверьми под охраной практически всей своей своры.

   - В каком подвале? - мои нервы накалялись.

   - Да здесь, - Виталий показал на пол и я облегчённо вздохнул. - Поэтому сегодня так мало вампиров в клубе: только вы, да ещё парочка, остальные с Князем.

   - Чего это он так?

   - Да, тут взбесился один, ходит шороху наводит, говорят, новорождённый.

   - Ну-ка поподробнее, я был в отъезде, подтверждал списки в Москве. Похоже, пропустил что-то важное.

   Виталий перегнулся через стойку и заговорил шёпотом, чтобы никто не слышал, хотя в таком грохоте музыки подслушать было невозможно.

   - Несколько дней назад объявился в городе вампир, никто не знает, откуда взялся. Прикончил двоих. Следующей ночью разворотил гостиницу Бориса, опять убив кого-то, только теперь вампира. Позавчера вернулся к Борису и покончил уже с ним, а вчера... вчера убил Конвейерщика. И никто не знает, откуда взялся этот новорождённый и что ему надо. А Князь заставляет нас подчищать за этим Бешенным. Я сам лично, вот этими руками, - Виталий потряс передо мной ладонями, - шпателем соскребал мозги с асфальта одного из убитых в первую ночь. И теперь Князь струсил и спрятался в убежище - он думает, что Бешенный придёт за ним, причём сегодня ночью.

   - Бешенный?

   - Да, мы его так прозвали между собой, - сказал Виталий и принялся с остервенением натирать до блеска бокал.

   Мне предстояло серьёзно подумать: ещё ни разу я не имел дело с несколькими вампирам одновременно. Вернее имел, но во всех случаях убегал сломя голову. А теперь предстояло в одиночку сразиться со сворой Князя. Вот это действительно невыполнимая миссия.

   - Сколько их? - подумал я.

   - Кого? - не понял Виталий.

   Я с недоумением посмотрел на бармена и вдруг понял, что задал вопрос вслух. Проклятье, так и спалиться недолго. Ещё не пришло время, чтобы раскрыть карты, необходимо обдумать положение.

   Виталий, видя, что наш разговор зашёл в тупик, решил сменить тему, уж очень ему хотелось поговорить с "высокой особой", коей он меня считал.

   - А давно вы Распределитель?

   Мне же сейчас нужно было обдумать положение и возможные варианты, а разговорчивый бармен, которого я ещё не решил, как использовать, только сбивал с толку.