Вики Филдс - Ад на земле Книга II

— Я не желаю ни о чем слушать, — она покачала головой; перед глазами до сих пор мелькали картинки, где мама пытается ее убить. Что с ней случилось? Что случилось с ними со всеми? Неужели уже тогда они не были семьей?

— Ты выслушаешь, — с уверенностью заявил отец, поднимаясь на ноги. — Ты выслушаешь, и запомнишь каждое слово, что я скажу. Все, что я скажу. Это уже не наше личное дело, Кристина. Дело не в тебе и во мне, и даже не в Кэтрин.

— Ты ее убил, потому что она изменила тебе, — пробормотала Кристина попятившись, — думаешь, я не знаю? И теперь ты пытаешься выдумать очередное оправдание.

— Я очистил землю от Зла, что несла твоя мать. Она не была чистой. Она хотела тебя убить, потому что знала, что ты воин.

— Что? — Кристина фыркнула, и рассмеялась. Боже, какая ерунда, и ведь она жила с этим невменяемым, сумасшедшим человеком шестнадцать лет! Как такое возможно? — Ты думаешь, что мама была нечистой?!

— Она пыталась убить тебя! — повысил голос Кристофер.

— ОНА БЫЛА БОЛЬНА! ЕЙ ТРЕБОВАЛОСЬ ЛЕЧЕНИЕ! — завопила Кристина, хватая себя за волосы. Отец был прав, ей не выжить в этом мире, где столько чокнутых, и сумасшедших, и всем непременно нужно пообщаться именно с ней, и рассказать свой собственный план борьбы с Вселенским Злом!

— Да, твоя мать была сумасшедшей, если она совершила нечто подобное! Она продалась!

— Не смей так говорить о матери!

— Я знал, что ты так отреагируешь, поэтому у меня есть запасной план, для того, чтобы сдержать твою агрессию. Я ведь не могу позволить тебе, чтобы ты стала такой, как твоя мать!

Кристина не успела оценить ситуацию, как дверь комнаты распахнулась, и она увидела двух санитаров в белых одеждах.

— Ты не посмеешь запереть меня в психушку! — заорала Кристина, рефлекторно бросившись к окну. Она могла бы выбраться на улицу — у нее хорошая реакция. Но у людей отца реакция была еще лучше: оба мужчины из лечебницы для душевнобольных бросились к ней; один ухватил ее за ноги, потянул на себя, второй схватив ее за волосы, прижал к горлу стальное лезвие ножа. Кристина заорала, ничего не соображая.

Что происходит?!

Отец явно сообразил быстрее: он вскинул руки, в предупреждающем жесте.

— Давайте все успокоимся, моя дочь здесь ни причем.

— Еще как при чем, — прошипел на ухо Кристине один из мужчин, и она почувствовала, как лезвие сильнее вдавилось ей в горло. Она затрепетала от страха.

Как много раз, она думала о том, чтобы уйти из жизни? Сотни часов Кристина провела, размышляя, подготавливая путь к смерти, думая о том, что будет ждать ее впереди, что почувствуют Дрейк и отец, после ее смерти? Злость, облегчение, разочарование? Теперь же, когда Смерть сама пришла к ней, Кристина оказалась не готова. Ее сердце отчаянно колотилось в груди, билось о ребра, словно хотело ускользнуть из ее тела.

— Она ни при чем, — властно повторил Кристофер. Кристина была удивлена тем, что отец пытается ее защитить. — Отпусти мою дочь. Отпусти, или я тут же тебя убью.

Сумбурные мысли завертелись в голове у Кристины, и едва она подумала о том, что ей не выжить, в окно комнаты посветил прожектор такой силы, что она на мгновение ослепла, а потом ее уши прорезал звон бьющегося стекла, и что-то врезалось ей в спину. Кристина завопила от боли, и страха. Паника, прокатилась по телу, заставляя бежать, забыть про нож у горла.

Кто-то схватил ее за талию, и вытащил прямо через окно, как какой-то чертов супермен! Кристина потеряла сознание. Через несколько часов, она пришла в себя; ее расфокусированный взгляд, наконец, сумел сосредоточиться на чем-то одном, и это была противоположная стена, со светильником.

Кристина лежала на софе; под ее пульсирующей болью головой была подушка. Этот светильник, который, кстати говоря, был единственным освещением, что она заметила, весьма ее раздражал. Глаза жгло от боли, и непролитых слез, которые теперь рвались наружу.

— Черт… — прошептала Кристина, ощупывая одной рукой свою голову, которая, как ей казалось, должна была выглядеть как картофелина без кожуры.

— Она очнулась, — объявил голос гробовщика, над ее головой, и девушка подскочила, оборачиваясь. С безразличным выражением лица, этот парень щелкнул еще одним светильником, не отрывая от Кристины своего пристального взгляда, и когда свет разлился по комнате, она зажмурилась.

— Ты кто?

— Я хозяин дома. — Этот парень был не старше двадцати. Может ему двадцать один, максимум, двадцать два года. Он выглядел внушительно высоким, на прямых, крепких ногах, в классических брюках, на подтяжках, и белоснежной рубашке. Вид у него был официальный, но на голове — полный хаос: коротко подстриженные волосы встрепаны, словно он только что встал с постели.

Все это Кристина заметила в доли секунды, и казалось, хозяину дома было безразлично, что на него пялится какая-то незнакомка.

— Как я здесь оказалась? Ты вытащил меня?

Этот привлекательный, но высокомерный молодой человек произнося следующие слова, смотрел вовсе не на нее, а поверх ее головы:

— Я только что из Дарк-Холла. Она ничего не помнит, не беспокойся.

— Я сейчас начну вопить! — громко предупредила Кристина, заставив обратить на нее внимание. Парень опустил взгляд и усмехнулся:

— Прошу, не стоит. Я наслышался за свою жизнь достаточно воплей.

— Что это значит? — девушку бросило в холодный пот. Она стала вертеть головой, ища выход.

— Кристина! — из другой комнаты выбежал еще один человек, которого она более-менее знала, и даже дала ему прозвище — Чокнутый Лиам.

Девушка, увидев высокого блондина, тут же подобралась и встала на ноги:

— Теперь все ясно! Вы затащили меня в свою секту, верно?! Я здесь не останусь!

Они оба — Гробовщик, и Чокнутый Лиам преградили ей путь с обеих сторон.

— Меня зовут Экейн, приятно познакомиться, — голос хозяина дома был доброжелательным, но в нем было что-то еще. Надменность, и уверенность, что она не выйдет отсюда, поняла она. Оглянулась на Лиама: его глаза были широко открыты, как у щенка, которого она собирается бросить.

— Ты не выйдешь из этого дома, Кристина, — виновато пробормотал он. Уже второй раз за день ей угрожали. Как же ее это достало!

Гробовщик пожал плечами, отходя от софы, и последовав вглубь дома по деревянной трехступенчатой лестнице. Холл был двухуровневый: внизу, была гостиная-кухня-столовая на шестерых человек. Она не очень хорошо рассмотрела мебель, и убранство, потому что видимо света там не было.

Что это за место?

Штаб-квартира их секты?

Лиам не двигался, и Кристина решив, что эти психи позволяют ей уйти, с колотящимся сердцем спустилась по маленьким ступенькам к входной двери, и взялась за ручку. Равнодушный голос Гробовщика из глубины дома остановил ее: