Татьяна Савченко - Я вижу тебя

— Твоя очередь.

Ритуал снятия одежды он проделал точно так же, как и она: молча и равнодушно, словно на приеме у доктора. Правда, вещи Кристиан не стал складывать, а небрежно откинул их ногой в сторону.

Близко подойдя к девушке, он окинул ее откровенным взглядом и тихо сказал:

— Твоему мужу повезло, ты красивая. — И сразу же разозлился на себя за комплимент.

Алиса молча выслушала его, никак не отреагировав на слова, и резко толкнула в грудь двумя ладонями, заставляя упасть на кровать. От неожиданности Кристиан потерял равновесие и сел на постель, подставив сзади руки. Потом он сдвинулся выше и, облокотившись спиной, окинул ее странным взглядом, сочетающим ледяной холод и огненное пламя. Девушка обреченно села на край кровати и, опустив плечи, закрылась от него распущенными волосами. Ее щеки горели почти так же как ненависть и отчаяние внутри нее. Почувствовав теплые пальцы на своем плече, она резко развернулась и ударила Кристиана ладонью по лицу.

— Ублюдок, я тебя ненавижу! Не прикасайся ко мне! — Голос звенел, срываясь на плач. — Ты хуже собственного отца, похотливого демона! Даже инкуб благородней тебя, он хотя бы был честен со мной и сразу признался, что ему нужно мое тело!

Она вскочила с кровати и начала судорожно натягивать джинсы. Кристиан тоже встал и, крепко схватив ее за руки, развернул к себе лицом:

— Что случилось, Алиса, может тебя уже не устраивает просто секс?

Она дернулась, пытаясь снова его ударить, но мужчина крепче прижал ее к себе, заглядывая в сверкающие гневом глаза:

— В чем дело, дорогая? Разве не этого ты хотела?

— Разве не этого хотел ты! — прокричала она, сделав ударение на последнем слове.

Он отклонился немного назад:

— Подслушивать нехорошо. Можно узнать много неприятного о себе.

Ее рот округлился, а брови внезапно прыгнули вверх:

— Ты зал, что я слышу!?

Он кивнул.

— Ты плохая актриса.

Она растерянно опустила глаза:

— Ты жестокий, черствый и бесчувственный.

— То, что ты не чувствуешь мои эмоции, еще не значит, что я их не испытываю.

Он поднял с пола пустой бокал и прицельно бросил в настольную лампу. Раздался треск и свет погас, обволакивая комнату густой темнотой. Девушка растерянно выставила вперед руки и обвела взглядом комнату: она ничего не видела — тьма была непроницаемой, словно смола. Неожиданно прямо над ее ухом раздался шепот:

— Не чувствуешь? А ты попробуй?

Не успела она ответить, как бурная смесь противоречивых эмоций накрыла ее словно покрывало. Здесь были и отчаяние, и злость, и страсть, остро приправленная желанием, и ревность, и обида. Она бессильно опустилась на пол, мотая головой:

— Прекрати, человек не может столько чувствовать одновременно!

— Может, ты забыла — я не человек.

Он снова закрылся от нее, став непроницаемым. Алиса не видела его, но почувствовала легкое дуновение ветерка на коже — это нефилим сел рядом. Девушка наугад протянула руку и коснулась его теплого гладкого плеча:

— У меня нет мужа, детей тоже нет.

Он придвинулся ближе и, обняв за плечи, притянул к себе.

— А как насчет потери невинности?

Она смущенно пробормотала:

— Потеря состоялась.

— Это хорошо: я бы не хотел, чтобы первая наша близость запомнилась болью.

— Я думала, мужчины по-другому, отвечают. А как же быть первым?

— Я сын демона, — будто оправдываясь, начал он. — Я не хочу, чтобы ты отворачивалась, кусала себе запястье, краснела, а потом плакала. Я рассчитываю на некоторую активность с твоей стороны… к тому же не единожды.

Она вздрогнула, представляя практически обнаженного Кристиана, сидящего рядом, и пожалела, что совершенно ничего не видит. Он пробежал пальцами по ее спине вдоль позвоночника и, нащупав крючки на бюстгальтере, легко расстегнул застежку одной рукой.

— Может, все-таки удовлетворишь мое любопытство: что ты делала в лесу? И где была две недели?

Девушка склонила голову и осторожно прижалась губами к его плечу, придерживая ладонями расстегнутый лифчик.

— Я была на родине. Там у меня семья. А еще я студентка финансового факультета и у меня два потрясающих пса: Розье и Верье. А еще нежеланный поклонник Виталик и разъяренная родная сестра, которая меня жутко ненавидит, и поэтому стерла мне память и выкинула в Англию на произвол судьбы.

— Ведьмины штучки. — Иронично сказал нефилим.

— А в лесу я оказалась по собственной глупости: я хотела вернуться в Холихейд, но, видимо, что-то напутала с заклинанием и немного промахнулась. Хорошо еще, что мне встретился Балберит

Кристиан засмеялся, перебивая рассказ девушки.

— Почему ты всем своим друзьям даешь такие странные имена?

— Первое, что приходит в голову.

— Ужасно, что в твою бестолковую голову приходят имена демонов. И сколько ты пробыла в лесу?

Она задумалась:

— Кажется десять дней.

— Ты действительно сильная, — четко сказал Кристиан, удивляясь ее смелости.

Продолжая обнимать девушку, он немного сдвинулся и, оказавшись напротив, положил обе руки на ее плечи.

— Ты любишь свою семью?

— Конечно, люблю, — воскликнула она, и сразу же добавила. — Ну, за исключением сестры.

Он стянул тонкие бретельки лифчика и высвободил из них руки девушки

— Тебе нравится Россия и твой родной город?

— Естественно. — Она прижала ладони к обнаженной груди.

Он замолчал, готовясь задать следующий вопрос:

— Тогда почему ты вернулась?

Девушка замерла, сосредоточившись на сильных пальцах, поглаживающих ее обнаженные плечи.

— Я хотела, чтобы ты сдержал свое обещание.

Он довольно расплылся в широкой улыбке, радуясь, что она не видит его лица.

— У тебя был план соблазнения?

— Ну, во-первых, я хотела произвести на тебя впечатление.

Глухой смех разнесся по непроницаемо-темной комнате:

— Поверь, впечатление от твоего вида на поляне в объятиях гризли действительно было не забываемым.

— Я старалась, — сыронизировала девушка.

— А потом? — Кристиан нежно провел пальцами по ее ребрам, заставляя, девушку хихикать от ощущений.

— Что потом? — не поняла Алиса.

— Что ты думала, будет потом, когда ты меня соблазнишь?

— Так далеко я никогда не заглядываю.

Он снова засмеялся и неожиданно рывком опустил ее на пол. Она не видела его, но почувствовала, как он сдвинулся и навис над ней. Его руки с силой отняли ее напряженные ладони от груди, и он тесно прижался к ней своим обнаженным телом.

— Кристиан?

— Да?

— Может, хватит разговоров, давай уже займемся любовью.