Джанин Фрост - На полпути к могиле

Я вежливо постучалась:

- Это Кэти.

Так меня называли в школе. С тех пор прошло четыре года. Да все равно. Она тут же открыла, встретив меня в юбке и лифчике.

- Привет. Я как раз одеваюсь. Заходи.

Я прошла за ней и остановилась у двери, а она скрылась в комнате, в которой я заподозрила ванную. Квартирка у нее была удивительно милая, не то что обычные студенческие норы. Напротив кожаного дивана висел плазменный телевизор, рядом большой музыкальный центр, классный ноутбук и еще несколько красиво расставленных и дорогих вещиц.

- Мне у тебя нравится, - от души похвалила я. - Ты одна живешь или вдвоем с кем-то снимаете?

- Заходи, мне тебя не слышно! - крикнула она.

Я повторила вопрос, проходя по короткому коридору в комнату. Стефани стояла перед открытым шкафом, задумчиво поджав губы.

- А. Нет, одна. Так расскажи еще о себе, Кэти. Знаю, что ты живешь дома с мамой, бабушкой и дедушкой, только где этот дом?

- В крошечном городишке в часе езды отсюда. Ты, верно, о нем и не слыхала, - отозвалась я, думая о том, что спальня у нее еще лучше гостиной.

Наверно, богатые родители.

- А об отце ты никогда не говорила. Твоя мама в разводе или он умер?

- Сбежал еще до моего рождения, так что я даже не знаю, кто он, - кратко сообщила я.

Что ж, в каком-то смысле это была правда.

- А парень у тебя есть?

- Нет! - выпалила я, не задумываясь.

Она рассмеялась:

- Ого, как это было сказано! Ты что, играешь за другую команду?

- Какую команду? - не поняла я.

У нее дрогнули уголки губ.

- Ты лесбиянка? Мне-то все равно, просто ты так выкрикнула «нет!» насчет парня, что вопрос сам собой напрашивается.

- О! - Ну и ну… - Нет, я не такая, я просто не поняла, о чем ты говоришь, пока…

- А знаешь, - она прервала меня милой улыбкой, продолжая рыться в шкафу, - ты очень хорошенькая. Только одеваешься, как тролль. Давай-ка поищем, во что тебя сегодня нарядить.

Господи, опять она заодно с Кости. Чуточку британского акцента, и я поклялась бы, что слышу его голос.

Я оглядела свои джинсы. В них так уютно.

- Ой, да совсем и не надо.

- Вот… - Она еще поворошила вещи и выбросила мне синее платьице.

Мне не хотелось показаться скромницей, ведь она-то разгуливала передо мной полуодетой. Я стянула сапоги и тут же на месте принялась раздеваться.

Когда я сняла джинсы, Стефани окинула меня холодным изучающим взглядом. Под этим взглядом у меня возникло странное ощущение, будто меня оценивают. «Может быть, ее просто поразила твоя бледная кожа, - напомнила я себе, стараясь стряхнуть охватившее меня беспокойство. - Ты похожа на снежную бабу с грудями».

- У тебя великолепная фигура, Кэти. Под этими твоими мешковатыми одежками о ней можно было только догадываться, однако смотрите, и вправду!

Она говорила спокойно, почти равнодушно, но тревога во мне нарастала. Правда, у меня никогда еще не было подружки, но и эта казалась какой-то не такой. Не походила на моих веселых болтливых одноклассниц. Совсем другая.

- Знаешь, - заговорила я, откладывая предложенное мне платье, - я все-таки лучше пойду в джинсах. Страшно подумать испортить такую красоту, а ты же знаешь, как бывает в клубах. Прольют выпивку или помнут…

- Ты и впрямь всего лишь простодушная деревенская девчонка, да? - Улыбочка не сходила с ее лица. - Я тебя сразу приметила, когда ты еще только входила в класс, повесив голову и ссутулив плечи. Ни друзей, ни знакомых, из бедной семьи… ты пролетела прямо под радаром. Такие, как ты, могут просто, - она прищелкнула пальцами, - исчезнуть.

Челюсть у меня отвисла уже с первого оскорбления. И так и осталась, пока я не подтянула ее обратно, чтобы недоверчиво пролепетать:

- Ты шутишь? Знаешь, мне не смешно…

Стефани расхохоталась. Смех звучал так весело, что я на секунду расслабилась. Она меня разыграла. Да, шутка неудачная, но, может, у нее такое странное чувство юмора?

Она снова полезла в шкаф. Только вместо нового платья достала оттуда пистолет.

- Не смей визжать, а то пристрелю.

- Что за черт? Стефани, что с тобой такое? - ахнула я.

- Ничего, - благодушно ответила она. - Просто мне пора платить за квартиру, а ты, пышечка, как раз во вкусе квартирного хозяина. Вот. Надень сама.

Она бросила мне пару наручников. Браслеты упали к моим ногам. Я словно остолбенела и даже не шевельнулась.

Она взвела курок.

- Поторапливайся, Кэти. Давай обойдемся без грязи.

- Ты не станешь стрелять. Соседи услышат, - возразила я, не повышая голоса и гадая про себя, что же это такое творится.

Она пальцем постучала по стволу:

- Глушитель. Никто ничего не услышит.

Я невольно прищурилась от пришедшей в голову мысли:

- Это тебя Кости подучил?

- Кто? - недовольно переспросила она.

Судя по ее лицу, имя она слышала впервые, и от этого мне стало холодно. Если это не очередное его испытание или дурацкая шуточка, значит, все всерьез. Я очень тщательно подбирала слова:

- У меня нет ни денег, ни наркотиков, так что ты зря тратишь время. Убери пистолет, и я уйду. Вызывать полицию не стану.

Она шагнула ко мне. Теперь между нами было всего шесть футов.

- Все вы, студенточки, одинаковые. Воображаете себя такими умными, а когда доходит до дела, приходится все растолковывать, как первоклашкам. Надо бы просто записать текст и прокручивать вам, сучкам, чтобы не повторять из раза в раз одно и то же! Ладно уж, слушай, дуреха! Я сосчитаю до трех, и если к тому времени на тебе не будет наручников, я тебя пристрелю. Первая пуля в колено. Один… два… три.

Пистолет выстрелил, но я на счет три метнулась в сторону. Срань господня!… Что бы за игру она ни вела, но играла всерьез. Останься я на месте, проделала бы во мне дыру!

Стефани выругалась и снова нажала спусковой крючок. Она явно не ожидала от меня такого проворства. Я прыгнула к ней, перехватила пистолет. И поразилась: она была куда сильней, чем я ожидала. Мы упали на пол, покатились, каждая грубо тянула к себе зажатое между нами оружие. Когда прозвучал новый выстрел, я оцепенела.

Ее глаза стали совсем круглыми и уставились мне и лицо. На меня лилось что-то теплое. Я отползла, выпустив пистолет из онемевших пальцев, и уставилась на разливающуюся по полу у нее под грудью лужицу крови.

В ужасе зажав рукой рот, я отползала от нее, пока не уперлась спиной в стену. Стефани коротко вздохнула или застонала - и замерла.

Мне не нужно было щупать ей пульс - я и так слышала, что сердце больше не бьется. Несколько мгновений растянулись на целую вечность. Я неотрывно смотрела на нее. В соседних квартирах никто ничего не заметил. Она не соврала. Пистолет был с глушителем, и глушитель сработал согласно описанию.

Я как в тумане добралась до ее красивого плетеного столика у кровати и взяла телефон. Набрала единственный номер, какой пришел в голову. Когда я услышала его голос, мое самообладание разбилось вдребезги, меня затрясло.