Дж. Чаней - Посланная Небесами

— А что с ним?

— Становится старым, я думаю.

Фред начал набирать скорость. У него появилась цель.

— Он начинает забывать все к тому же. А иногда ему мерещатся вещи, которых нет. Ну, кроме меня, конечно. Я-то реально здесь, но он никогда меня не видит.

Я взглянула на Тришу. Внешне она казалась крепкой и грубой, но у меня было ощущение, что в душе она нежная и ранимая.

— Как долго, говоришь, ты с братом? — спросила я.

Фред не спеша вышел на дорогу, где его чуть не сбил несшийся на большой скорости мусоровоз.

— С тех пор, как умерла. Уже сорок пять лет.

— Но ты ни на день не постарела.

Триша даже не улыбнулась. Кажется, она не оценила мое чувство юмора.

— Почему? — спросила я.

Триша оглянулась и посмотрела на меня. Тут я впервые заметила, что у нее глаза странного бутылочно-зеленого цвета, как у кошки.

— Что почему?

— Почему ты с ним так долго?

— Он мой брат, — просто ответила она. — Ему нужен кто-нибудь, кто бы о нем заботился. У него больше никого нет.

Я почувствовала себя виновной, вспомнив, что мой собственный брат сидит в тюремной камере совсем один.

— А как ты заботишься о нем? — задала я еще один вопрос.

Триша мне не ответила, а просто уставилась на мыски ног, которые двигались довольно быстро. Снег только что начал падать с серого неба, причем снежинки больше всего походили на плевки, чем на что-нибудь другое. Фред продолжал идти, и вся его фигура выражала решительность достичь поставленной цели.

— Я поговорю с ним. Он будет чувствовать себя не таким одиноким. А уж я постараюсь ничего не упустить, — наконец выдавила из себя Триша. Совершенно очевидно было, что ей не хотелось заниматься чужими проблемами. Вероятно, это была еще одна черта ее далекой от идеальной личности. — Они его вечно преследуют, знаешь.

— Они? Кто они?

— Они. Ну, плохие ребята.

— Плохие ребята? — У меня появилось ощущение, что я уже знаю, о ком она говорит.

— Гелионы. Ты знаешь, парни, которые вечно обделывают грязные делишки.

Я тяжело вздохнула:

— Да. Я знаю об этих парнях.

— Так вот, эти парни достают Фреда.

— Почему?

Триша внезапно остановилась. Она уперлась руками в бока и уставилась на меня.

— А почему тебе это так интересно? — выпалила она. — Он — мой брат, и я позабочусь о нем сама. Отвали!

— Не спеши. — Я подняла руки вверх. — Я просто задаю вопросы. Я пытаюсь выяснить, кто убил меня. А Фред может помочь, и я ему буду очень признательна.

Какое-то время Триша продолжала смотреть на меня, но затем вдруг изменила позу, сжалась, как проколотый воздушный шарик.

— Он слышит нас, — сказала она. — Большинство живых людей даже и не подозревают, что мы находимся рядом, а Фред знает о нас все. Эти гелионы — я сама точно не знаю, что они хотят, чтобы он сделал, но они постоянно преследуют. Но он не отказывается. Он знает, что они плохие.

— А могут они заставить его сделать что-нибудь? — растягивая слова, поинтересовалась я. Все это было так странно, я даже не знала, как сформулировать свой вопрос. — Фред — один из тех, кто…

Триша в конце концов взорвалась. И это показало мне, как долго она сдерживала свой гнев и негодование.

— Они заставили его убить меня, поэтому, думаю, способны заставить его сделать все, что угодно.

Глава 35

Фред остановился, когда мы наконец подошли к мосту, перекинутому через мелкий ручей. Знаю, знаю, это так обыденно — бездомный парень под мостом, но думаю, что это был наилучший способ укрыться от непогоды. Снег все еще падал, а ветер дул прямо в лица прохожих. На улице было немного людей, и те, кто вынужден был находиться не дома, были закутаны в тяжелые пальто, а на руках у них были перчатки. У всех, но не у Фреда. Мне стало его жаль. На нем была лишь тонкая джинсовая курточка и рваные голубые джинсы.

Под мостом было не многим теплее, но, по крайней мере, эта конструкция не пропускала ветер. Там уже сидели, прижавшись друг к другу, несколько человек, и один из них протянул руку поприветствовать Фреда. Я с облегчением увидела, что детей там не было.

Триша и я не произнесли ни слова с тех пор, как она сорвалась на крик. Она немного поплакала, утирая нос длинным рукавом футболки, всем своим видом показывая, что не желает даже смотреть в мою сторону. Я не пыталась заговорить с ней. Сама я была подростком не так уж и давно и могу понять, когда девочке хочется, чтобы все ее просто оставили в покое.

Фред рухнул у бетонной стены, уронив голову на колени. Его руки были синюшного цвета и онемели от холода, мне хотелось, чтобы он засунул их в карманы или еще куда-нибудь, чтобы не отморозить.

— Эй, Фред. Спрячь руки, парень. Нужно согреть их. — Думаю, у Триши мелькнула та же мысль, что и у меня.

Не говоря ни слова, Фред спрятал руки в рукава.

Триша и я сидели так, что Фред был между нами. Он опустил голову, и мне хорошо было видно девочку.

— Когда мы были маленькими, все думали, что Фред сумасшедший, — внезапно сказала Триша. Она смотрела не на меня, а вниз, на кромку своей фуфайки, которую она теребила пальцами с обгрызенными ногтями. — Даже наши родители. Никто не хотел верить, что он слышит голоса мертвых.

— А ты верила ему? — тихо спросила я.

— Нет. — Триша еще ниже опустила голову. — Но ведь ты знаешь, кто слышит голоса? Никто, кроме сумасшедших. По крайней мере, мой отец так говорил.

Плечи Фреда задрожали, и я услышала приглушенные всхлипывания. Ужасно было слышать, как плачет взрослый мужчина, это напомнило мне, как рыдал мой отец, оплакивая мою смерть. Тот день, казалось, был миллион лет назад.

— Эти голоса иногда были приятными. Но иногда они внушали Фреду, что он должен сделать что-то плохое. Пытались заставить его сделать это. Тогда он говорил об этом маме, а она просто сходила с ума.

Фред заплакал громче, и Трише пришлось повысить голос, чтобы я ее слышала.

— Эти голоса говорят Фреду, что, если он не будет делать, что они хотят, они заставят его сделать что-нибудь плохое.

— А что они хотят, чтобы он делал?

— Я не знаю. Он никогда не говорил мне об этом. Но они контролируют некоторых могущественных людей. Ну, тех, кто там высоко в правительстве, имеет кучу денег и власти. Да и лучше не знать ничего, а узнаешь, тебя вывернет наизнанку от мерзости. — Она пристально посмотрела на меня.

— Много людей слышат голоса? — Я подумала обо всех этих психиатрических больницах, где полным-полно психов, которые разговаривают с существами, которых никто не видит.

— Фредди не сумасшедший, — презрительно фыркнула Триша. — Он особенный. Далеко не все люди могут делать то, на что способен он.