Софья Ролдугина - Искусство и кофе

   Мадлен, упершись кулачками в бока, смотрела на меня с самым решительным видом. Правый рукав у нее многозначительно оттопыривался.

   - Думаю, она настаивает на том, чтобы сопровождать вас, леди, - спокойно ответил Георг. - И я с ней полностью согласен. Мало ли что...

   - Уж в моем доме мне ничего не грозит, - я покачала головой. - Мэдди, не переживай, я скоро вернусь. Георг, честное слово, мы все просто не уместимся в комнате мистера Маноле. Мне уже приходилось бывать там, и, готова поклясться, это самое маленькое помещение в особняке, не считая кладовки для щеток.

   Утомительно долгие уговоры подействовали не хуже успокоительных трав Зельды. Когда Георг с Мэдди сдались и допустили меня к страшному и опасному обществу мистера Спенсера, доктора Хэмптона и побитого Лайзо Маноле, я уже полностью владела собой.

   И самообладание мне понадобилось. В кои-то веки мистер Спенсер не преувеличил серьезность происшествия, а приуменьшил.

   В маленькой душной комнатке сильно пахло кровью и больницей. Лайзо, одетый в одни штаны, вполоборота ко мне сидел на заправленной кровати, наклонив голову. Спина, плечи, руки - все было в красных пятнах, кое-где уже начавших наливаться багрово-синим. Вдоль нижнего края ребер шла глубокая, рваная царапина. Доктор Хэмптон, грузный седоватый мужчина средних лет, не расстающийся с моноклем, осторожно выстригал намертво слипшиеся от крови волосы у Лайзо над ухом. На полу стояла миска с мокрыми тряпками, сплошь испятнанными бурым. Мистер Спенсер тяжело дышал в приоткрытое окошко, обмахиваясь неизменной тетрадью для записей.

   Я почувствовала себя неловко, как если бы вторглась туда, где мне не место. Настолько неловко, что едва не развернулась и не ушла, хотя ни одной стоящей причины не было. Это, в конце концов, мой дом и мой водитель, который пострадал от нападения бандитов! Да любая порядочная хозяйка в таких обстоятельствах поспешит выяснить все детали, чтобы принять меры как можно скорее! Так чего же я тушуюсь?

   Может, запахи больницы мешают?

   Да, наверное, так. Конечно. Нужно просто не обращать внимания.

   Выпрямив спину, я шагнула вперед и громко поздоровалась:

   - Добрый день, господа. Могу я узнать, что происходит?

   - Добрый день, леди Виржиния, - флегматично откликнулся доктор, не отвлекаясь от своего занятия. - Я, с вашего позволения, собираюсь заштопать голову пациенту. Нижайше прошу прощения, но по моему скромному мнению, наблюдение за сим действом может дурно повлиять на ваше самочувствие. Как семейный врач, я бы рекомендовал вам, леди Виржиния, воздержаться от созерцания медицинских процедур.

   - Благодарю за заботу, доктор Хэмптон. Я, разумеется, уйду, но прежде мне хотелось бы получить разъяснения от мистера Маноле по поводу произошедшего, - я обернулась к мистеру Спенсеру: - И, да, кстати, вам есть, что добавить к уже сказанному?

   - Нет, леди, - склонил седую голову управляющий. - Однако осмелюсь повторить рекомендации. Я по-прежнему полагаю, что нам следовало бы позвать не доктора, а "гусей". Исчезновение автомобиля - безусловно, ошибка водителя. Я бы рекомендовал разобраться и наказать...

   - Полагаю, ситуацию с автомобилем, а также многое другое нам мог бы объяснить мистер Маноле, - прервала я заунывную речь Спенсера. Мне лучше, чем кому-либо еще из присутствующих здесь, было известно, на что способен Лайзо. Однако сейчас он явно оказался пострадавшей стороной, и поэтому элементарная порядочность требовала предоставить ему возможность оправдаться. Желательно - в присутствии мистера Спенсера, чтобы тот прекратил уже терзать меня просьбами вызвать "гусей". - Итак, я слушаю.

   Лайзо медленно выдохнул сквозь зубы. Но - ни слова.

   Как будто я - пустое место, ничто, призрачный голос.

   Доктор Хэмптон отложил ножницы и вынул из своего саквояжа бутылочку с белесо-прозрачным раствором.

   - Весьма сожалею, леди Виржиния, однако я вынужден настаивать на том, чтобы вы покинули эту комнату, - тем же невыносимо вежливым и почтительным тоном произнес он и поднял с кровати одну из чистых тряпиц. - Не смею сомневаться в вашей смелости и выдержке, коей позавидовали бы даже сестры милосердия из госпиталя Святой Генриетты Терпеливой, но сам я куда как более слаб, а потому мне сложно работать под наблюдением леди.

   Сочувствие к Лайзо медленно начало сменяться раздражением. Неужели он не понимает, что это прекрасный шанс сразу развеять все подозрения? Кажется, Лайзо не настолько скверно себя чувствует, чтоб вдруг онеметь - сидит сам, не стонет, не жалуется. Некоторое время я разглядывала согбенную спину гипси, машинально подмечая все новые детали - грязь на штанах, разбитые колени, стесанная кожа на ладонях...

   - Ну, хорошо. С водителем я поговорю позже. Пусть он зайдет ко мне в кабинет, как только вы закончите с лечением, доктор Хэмптон, - сдалась я наконец. Что ж, пусть теперь Лайзо не ждет к себе особого отношения. Протеже он Эллиса или нет, но пусть объясняет пропажу ценного имущества, как полагается. - Мистер Спенсер, пройдемте со мной прямо сейчас. Поговорим об автомобиле. Я хочу знать, был ли он застрахован и сколько может стоить ремонт либо покупка нового автомобиля... Магда, кофе в кабинет мне и мистеру Спенсеру. Прямо сейчас.

   Стоимость автомобиля я помнила, конечно, прекрасно. И мне очень хотелось озвучить ее прямо сейчас, в этой комнате, а потом, для сравнения, назвать годовое жалование водителя. Наверное, я бы так и сделала... но в это самое время доктор Хэмптон прижал смоченную пахучим раствором ткань к ране на голове Лайзо, и тот резко, свистяще вдохнул - так, как будто вот-вот захлебнется воздухом.

   А ведь доктор еще даже не поднес к ране иглу...

   Затылок у меня стал легким-легким, а спину обожгло холодом. Я развернулась и быстро вышла из комнаты, стараясь не думать ни о чем. И в особенности - о своем поведении.

   Кажется, в теорию об идеальной хозяйке и ее обязанностях закралась небольшая ошибка.

   А через час Лайзо, уже нормально одетый, с перемотанной головой, стоял в моем кабинете и протягивал немного измятый лист бумаги, размером в половину альбомного.

   - Что это, мистер Маноле?

   От удивления я позабыла и о том, что недавно сердилась, и о намерении стребовать с Лайзо самые подробные объяснения.

   - Прошение об увольнении, леди. Сожалею.

   - Прошение... о чем? - мне показалось, что я ослышалась. - Мистер Маноле, стойте! Не смейте выходить из кабинета, пока я не договорила! Подойдите сюда и объясните нормально, что случилось.

   Лайзо, уже взявшийся было за ручку двери, нехотя вернулся.