Сет Грэм-Смит - Авраам Линкольн Охотник на вампиров

Как- то ночью Эйб обнаружил себя бегущим по улицам Декатура с окровавленным топором в руках, а Джека — рядом — с арбалетом. В десяти шагах перед ними какой-то лысый человек несся по набережной Сангамона. Правый бок его рубашки был пропитан кровью, правая же рука безвольно свисала на сухожилиях и полосках кожи.

Мы пробегали мимо пары джентльменов. Проводив нас глазами, они прокричали нам вслед:

— Эй, куда! Стойте!

И что мы должны были сделать? Я не мог удержаться от смеха.

Эйб и Джек загнали однорукого человека к самому берегу.

Он прыгнул и исчез под поверхностью темной воды. Джек хотел было последовать за ним, но я схватил его за ворот и крикнул:

— Нет! — правда, голос мой заметно ослаб после бега.

Джек встал на берегу, тяжело дыша, и стал направлять арбалет на каждый всплывающий пузырь.

— Я же сказал ждать сигнала, — сказал Эйб.

— Мы бы ждали его всю проклятую ночь!

— Согласен. Зато теперь мы его потеряли.

— Лучше заткнись и следи внимательнее! Он вылезет на воздух рано или поздно…

Эйб посмотрел на Джека, его ярость сменила улыбка… затем он засмеялся.

— Ну да, — смеялся Эйб. — Вылезет на воздух — со дня на день.

Эйб положил руку ему на плечо и повел его прочь от берега, его смех еще долго разносился по пустынным улицам.

Больше всего на свете [Джеку] не хватало терпения. Он рано выскакивал из укрытия — а также, боюсь, не мог удержать свои знания от того, чтобы не поделиться ими с приятелями из Клари Гроув. Я постоянно напоминал ему о необходимости соблюдать тайну, и о безумии, которое может охватить весь Сангамон, если наружу выйдет хоть слово из того, что должно оставаться только между нами.

Он прожил в этих местах около года, но уже успел стать вроде как местной знаменитостью. «Молодой человек, чьи руки обращаются с топором так же умело, как и с пером», как писал о нем его друг, школьный учитель Ментор Грэм. К тому же, Эйб был прекрасно осведомлен о местных трудностях — из разговоров с клиентами.

Основной их проблемой была сама река. Что это такое! Местами больше похожая на ручей, задушенная корягами и другими препятствиями. Если мы хотим присоединиться ко всем благам Миссисипи, требуются значительные вложения, чтобы улучшить навигацию для пароходов. Требуются немалые деньги. Я вижу только один способ (кроме воровства) получить их.

Авраам Линкольн решает участвовать в выборах. Выставляя свою кандидатуру в Законодательное Собрание штата Иллинойс, он сделал в окружной газете несколько популистское, в пораженческих тонах, заявление:

Я молод и не знаю большинство из вас. Я родился, и на всю жизнь останусь простым парнем из народа. У меня нет богатых или известных сторонников или друзей, чтобы поддержать меня. Поэтому все мои надежды связаны с обычными избирателями округа, и, в случае моего избрания, за то доверие, что они мне таким образом выкажут, я смогу отплатить только самоотверженным трудом на их благо. Но если эти людей сочтут, что я гораздо полезнее на своем нынешнем месте, что ж, жизнь уже достаточно разочаровала меня, чтобы расстраиваться еще и из-за этого.

ххххххх

Вскоре после заявления Эйба, в Нью-Салеме узнали, что значит война с индейцами.

Вождь племени сауков Черный Ястреб нарушил перемирие и пересек реку [Миссисипи] у деревни Саукенк, на севере. Он и его «Британская Банда{16}» убивали, либо брали в плен любого белого поселенца, который попадался им на пути, захватывая земли, на которые, как они считали, имели все законные права. Губернатор Рейнольдс призвал под ружье шесть сотен крепких парней — чтобы дать отпор дикарям и защитить честных тружеников Иллинойса.

Несмотря на свои политические амбиции (либо, благодаря им), Эйб одним из первых на Сангамоне записался добровольцем. Об этом он вспоминал много лет спустя:

Я жаждал войны с тех пор, как был двенадцатилетним мальчишкой. И вот, наконец-то, мне представился шанс там очутиться. Я представлял славные бои — мое ружье стреляет, а топор сечет головы! Я представлял, что скосить толпу индейцев не сложно, потому что они далеко не такие быстрые, как вампиры.

Добровольцы собрались в Бердстоуне, разросшемся поселении на берегу реки Иллинойс. Здесь они прошли ускоренный курс военной подготовки под руководством опытных бойцов из местной милиции. Перед тем, как выступить на север, отряд Эйба — всякий сброд из Нью-Салема и Клари Гроув — избрали его своим капитаном.

Капитан Линкольн! Слезы выступают на глазах. Впервые мне предоставили такую честь. Впервые я был избран лидером, пусть даже нескольких человек, и гордость, которую тогда ощутил, я не чувствовал больше никогда, ни на одних выборах, которые выиграл, ни на одной должности, которую занимал.

Среди выступивших были и товарищ Эйба по борьбе с вампирами Джек Армстронг, а также молодой майор по имени Джон Тодд Стюарт. Стюарт был стройным человеком с «высоким лбом и ухоженными черными волосами» . Стюарт сыграл заметную роль в последующей за этой войной жизни Линкольна: как надежный коллега-юрист в Спрингфилде; как дружественный оппонент в Конгрессе; и, наконец, как кузен черноволосой красавицы из Кентукки по имени Мэри Тодд.

Реалии войны совершенно не оправдали ожиданий Эйба. Тысячные отряды милиции гнали мятежных индейцев на север, поэтому добровольцам оставалось только сидеть и изнемогать от зноя. Из записи 30 мая 1832-го, сделанной спустя несколько недель, за много миль от поля боя:

Мы изнемогаем (от скуки), наша кровь льется рекой (от комаров), а я уже вдоволь наработался топором (на рубке дров). Безусловно, мы все войдем в анналы истории — как люди, меньше всех воевавшие на войне.

В начале июля отряд Эйба окончательно расформировали и они отправились домой, так и не получив возможности рассказать о себе ни одной военной истории. Эйб приехал в Нью-Салем (где обнаружил сразу два письма с пометкой «выполнить срочно») меньше чем за две недели до начала выборов в законодательное собрание штата. Он возобновил свою кампанию, пожимал руки и заходил в дома избирателей днем и ночью. К несчастью, пока он воевал с комарами, бюллетень вырос до тринадцати кандидатов. Потеряв столько времени и при таком числе конкурентов, он практически не имел шансов.