Наталья Корнилова - Чёрная фата

Заляпанная белой известью ржавая металлическая дверь в стене подвала возникла перед ним так неожиданно, что он сначала не понял, что это и есть тот самый подземный ход, который он молил бога найти. Потом до него дошло, что других объяснений существованию этой двери просто не может быть: помещение, в котором он находился, по размерам примерно совпадало с периметром самой часовни, а значит, эта дверь могла вести только куда-то наружу. То, что на двери висел замок, его не смущало – замок можно было сломать.

– Нашёл! – не помня себя от радости, закричал он.

И в этот же момент наверху раздался ещё один удар, самый страшный из всех. Послышались треск поломанных досок и крики его ошалевших от ужаса друзей.

– Прыгайте сюда! – крикнул Игорь, бросаясь к люку, маячившему бледным пятном в потолке. – Я вас поймаю!

Ему не пришлось повторять. Когда он побежал, споткнувшись несколько раз и едва не упав, в люк уже спрыгнул профессор и подставил руки, чтобы поймать Настю, которая свесила вниз свои длинные ноги. Вдвоём они быстро схватили её и осторожно спустили вниз. Затем точно так же поймали Ольгу. Оставался Володя. В тот момент, когда он уже присел на край люка, свесив вниз ноги, раздался новый удар, и стена с грохотом обрушилась рядом с ним, подняв густые клубы пыли. Все свечи погасли, и наверху наступила тьма. Оставалась лишь свеча в руке Игоря – жалкий огарок, который едва мерцал, дрожа, как и все, от страха.

– Прыгай, любимый! – в отчаянии крикнула Настя, глядя на своего мужа.

Но тот неподвижно сидел и смотрел куда-то в сторону, туда, где должна была находиться старуха Коробейникова. Насколько можно было разглядеть снизу в отблесках единственной свечи, глаза его были широко раскрыты, он смотрел не мигая и, казалось, оцепенел от того, что видел наверху. А там вдруг воцарилось полное безмолвие, не стало слышно даже шума дождя.

– Ну вот мы и встретились, дорогой, – раздался насмешливый голос старухи где-то совсем близко от люка. – Иди же ко мне, мы доиграем нашу свадьбу.

Володя не шевелился, продолжая глядеть на неё.

– Да прыгай же ты! – прорыдала Настя. – Не смотри на неё!

Поняв, что старуха загипнотизировала его друга своим чудовищным взглядом, Игорь отдал Ольге свечу, подпрыгнул, схватил Володю за ноги и одним рывком стащил вниз, упав вместе с ним на кучу битых кирпичей. От удара Володя сразу пришёл в себя, вскочил на ноги и взволнованно проговорил:

– Она прошла за иконостас!

– Не надо было смотреть на неё, – с досадой бросил профессор.

– Это как-то само собой произошло, – виновато прошептал Крапивин и быстро проговорил:

– Нужно убираться отсюда, пока не поздно, – он взглянул на Игоря. – Где твой подземный ход?

– Там, – Игорь махнул рукой и направился в тёмную глубь подвала. – Идите за мной, я покажу.

– Стойте! – раздалось сверху повелительное, и все застыли на месте, парализованные звуком её голоса. – Вы не сможете отсюда выбраться, пока я этого не захочу. Посмотрите же на меня!

Потеряв всякую волю к сопротивлению, они разом подняли головы вверх и увидели стоящую на самом краю люка светящуюся в темноте, словно изнутри её выходили лучи, полупрозрачную фигуру старухи Коробейниковой, чем-то напоминающую голограмму, окутанную лёгкой дымкой. Вернее, старухой её теперь уже можно было назвать условно. Перед ними явилась девушка лет восемнадцати, одетая в Настино свадебное платье. Непокрытые густые чёрные волосы её были сплетены в толстую косу, спускавшуюся по высокой груди до самых колен. Девушка была поразительно красивой, на щеках её играл яркий румянец, большие чёрные глаза с пышными ресницами влажно блестели в темноте, на полных чувственных губах играла смущённая улыбка.

Они ожидали увидеть все, что угодно, но только не это. Задрав головы, все, кроме Володи, таращились на неё, не в силах отвести взгляда от изумительной, чисто русской красоты этой призрачной невесты.

– Ну и как я вам? – хвастливо спросила она, глядя на них сверху вниз, поворачиваясь из стороны в сторону и красуясь перед ними. – Кто из вас теперь скажет, что Наталья Коробейникова страшна и уродлива?

– Потрясающе! – ошеломлённо пробормотал профессор. – Я даже в кино такого не видел. Впервые живое привидение наблюдаю.

– Я не привидение, – кокетливо нахмурилась Наталья. – Я – невеста!

– И что же ты хочешь от нас? – спросила Ольга, видя, что ведьма настроена миролюбиво.

– Как это что? – наигранно удивилась она. – Разве непонятно?

– Нет, непонятно! – сердито бросила Настя. – Лучше скажи, зачем моё платье нацепила?

– Прости, но другого у меня нет! – она звонко рассмеялась, причём смех её уже не был таким противным и пугающим, как раньше. – Разве оно мне не идёт? – она снова повертелась перед ними. – Разве я не прелестна? А кто-то, помню, говорил, что оно сидит на мне, как на корове седло.

– Так оно и есть! – в сердцах выкрикнула Настя, и морщинистое лицо её ещё сильнее осунулось.

– Ты бы лучше на себя посмотрела, – усмехнулась Наталья, и её красивые губы презрительно искривились – Уродина, каких свет не видывал. Фу, смотреть на тебя противно! – она капризно топнула ножкой, обутой в изящную белую туфельку.

– Это ты украла мою молодость! – Настя закрыла лицо ладонями, уткнулась в грудь своего мужа и горько разрыдалась.

Остальные понуро молчали, не зная, чего можно ожидать от этой превратившейся в молодую девушку ведьмы. Злить её никому не хотелось, все боялись, как бы она снова не взбесилась и не принялась палить всех подряд своим огнедышащим взглядом.

– Сама напросилась, – сказала ведьма. – Не нужно было моего жениха воровать.

Она вперила взгляд в Володю, глазищи её алчно блеснули. Настя перестала плакать, посмотрела на Наталью и возмущённо проговорила:

– Это мой жених, ясно тебе! И не заглядывайся на него, ведьма старая! Твой жених тебя уже укокошил и правильно сделал, между прочим, так тебе и надо!

– Ты лучше молчи, девка, – лицо Коробейниковой потемнело от гнева. – Не тебе судить, что и как; – глупа ещё! Думаешь, вы случайно в эту часовню попали? Ошибаешься. Это я вас сюда заманила. Кого надо – убила, кого надо – в живых оставила, на тебя порчу навела – все сделала, чтобы мой жених сюда явился. Я слишком долго ждала своего часа, и он настал. Теперь я своего не упущу. Отдай мне его, и я отпущу всех остальных.

– Лучше убей! – запальчиво выкрикнула Настя.

– За этим дело не станет, – усмехнулась ведьма. – Вы все в моих руках, и ваша жизнь зависит только от жениха: захочет он нашу свадьбу доиграть – будете жить. Не захочет – пеняйте на себя.

– Он не захочет, – твёрдо сказала Настя и посмотрела мужу в глаза. – Правда, любимый?