Клан (ЛП) - Ли Эдвард

И снова в её голове возник вопрос:

«Что может быть отвратительнее таракана размером с человека?»

И появился ответ:

Таракан размером с человека с пенисом.

«Чёрт возьми! - Лоис снова подумала. - Меня вот-вот трахнет жук!»

Промежность Грегора расцвела, постоянно расширяясь, мясисто-розовый холмик между его ходячими суставами. Она почти слышала, как сама говорит:

«Привет, Грегор, у тебя в штанах двадцать пять фунтов гамбургера, или ты просто рад меня видеть?»

Что ж, Грегор был действительно рад. Промежность вздулась вперёд, обнажив морщинистую дыру. В конце концов что-то выскочило и шлепнулось на пол - провисшая розовая трубка с мясистой насадкой. Его член свисал, как неплотный шланг.

Грегор изящно заполз на неё, как если бы она была величайшей его заботой. Но был ли у этой штуки вообще разум? Бодрое дыхание свистело через множество дыхалец вдоль его панциря, и она могла видеть возбуждённую страсть в его странных глазах. Капельки зелёной слизи падали с радужных челюстей на её голый живот. Лоис была возмущена, но её физическое возбуждение почему-то не утихало. Грегор теперь полностью лежал на ней. Голова с насадками фанатично сопела, и наконец розовая трубка нашла свою дыру. Оргазмы Лоис превратились в спастические толчки. Трубка пульсировала, пропуская струи тёплой спермы насекомого в её цервикальный канал, пока Грегор издавал ей в ухо сладкие инсектоидные звуки.

- О, Боже! - Лоис наконец смогла воскликнуть.

Бронированное лицо Грегора приблизилось к её. Челюсти открылись полностью, обнажив мягкие губы и язык и более чем скромную порцию непрозрачной зелёной слюны, которая обильно капала на поражённое ужасом лицо Лоис Хартли.

Этот бизнес вы можете вести двумя путями. Либо законным, либо грязным. И если вы выбрали законный путь, то вы были определённо бедным.

Чанек выбрал грязный путь.

Это была не грязь Чанека; она была чужая. Он не чувствовал себя плохо из-за раскрытия зла других; он был просто винтиком в неизбежной машине.

Посадка «жучков» была хорошей работой; он мог получить много и много тысяч в год только на «жучках». За производственный шпионаж тоже платили хорошо, а за саботаж - даже лучше. Однажды Чанек получил десять штук за кражу составной формулы с текстильной фабрики и ещё пятнадцать за поджог архива и производственных помещений. К тому времени, когда они убрали беспорядок, другая компания, клиент Чанека, уже запатентовала украденную формулу и была в полном ажуре. Это были примеры того, что в этом бизнесе называли «тайные проникновения» или «чёрные дела». Это включало вторжение в частную жизнь, нарушение личных прав и, конечно же, нарушение закона. Если вы хорошо разбираетесь в «чёрных делах», вы заработаете много денег. Если вы это делаете плохо, вы теряете лицензию и попадаете в тюрьму. Хотя Чанек был в этом бизнесе недолго, он хорошо разбирался в «чёрных делах», может быть, очень хорошо. Его разнообразие бросало ему вызов и приносило деньги. Декан Сальтенстолл, например, платил за работу пятьсот долларов в час. Хорошая работа приносила хорошие деньги.

Однако сегодня вечером Чанек работал бесплатно.

Сальтенстолл был его лучшим клиентом, сейчас. Но если декан когда-нибудь узнает, что один из его «жучков» передаёт приём кому-то другому, Чанек потеряет профессиональный авторитет быстрее, чем нужно времени, чтобы вытереть задницу. Возможно, он был лучшим грязным частным детективом в штате, но он был не единственным. Другие придурки убили бы за такого клиента, как Сальтенстолл. Некоторые буквально.

Он поднялся на третий этаж научного центра. Он был одет в спецодежду и имел фальшивую карточку, на которой указывалось, что он Питер Герц, техник по кондиционированию воздуха в университетском городке. В этот час здание было пустым, и охранник не будет обходить его ещё сорок пять минут. Чанек использовал отмычку на два миллиметра на офисном замке Бессера, прикладывая номинальное давление вниз мизинцем. У каждого замка было своё ощущение; слишком большое давление захватило бы штифты, а слишком маленькое не удержало бы их на одном уровне. Чанек дважды погладил штифты отмычкой номер два, и цилиндр открылся. Он был в офисе и за четыре секунды запер за собой дверь.

Он позволил глазам привыкнуть, затем включил фонарик с красным фильтром. Его руки в перчатках сначала сжимались в кулаки какое-то время, что было неизбежным профессиональным порывом. Он запомнил точное положение всего на столе и в ящиках. Однако нижний ящик был заперт.

Это был старый дисковый тумблер Filex со шпоночной канавкой на восемнадцать  миллиметров. Он использовал более широкую отмычку и «двойной мяч». Ползунок сразу же открылся.

То, что он увидел первым, имело мало смысла - список напечатанных имён: Л. ЭРБЛИНГ, С. ЭРБЛИНГ, Л. ХАРТЛИ, И. ПЭКЕР, Э. УАЙТЧАПЕЛ. Имя Л. Хартли было перечёркнуто.

Под ним лежала стопка папок с печатью Эксхэма.

«Медицинские карты», - отметил Чанек.

Первая пятёрка совпала с пятью именами в списке. Все файлы принадлежали студенткам. Но затем была ещё одна стопка файлов, мужчин. Заметка в верхней папке гласила: «Выберите один экземпляр для Властителя». И следующая строка красного цвета: Уэйд Сент-Джон.

«Экземпляр? - подумал Чанек. - Властитель? А кто такой Уэйд Сент-Джон?»

В задней части ящика был пистолет.

Чанек был в тупике. Это было какое-то необычное оружие двадцать пятого калибра. Пахло кордитом. Он записал серийный номер и вернул его обратно.

Ему всё это не нравилось. Зачем Бессеру пистолет? Чанек не знал, что делать с записями и списками, но пистолет был чем-то другим - оружие принадлежало его миру. Могли ли Виннифред и Бессер действительно планировать убить декана из-за его страховки?

В задней части ящика он заметил ещё одну записку. Четыре нотации витиеватым почерком, как у женщин:

1) Выберите экземпляр. Уэйд кажется лучше всех.

2) Второй вассал на случай, если Том выдохнется. Джервис Филлипс?

3) Пусть Том похоронит Пенелопу и Сладдера.

Чанек должен был испугаться, очень встревожиться. В одной записке упоминается Джервис Филлипс, собственный клиент Чанека. В другой упоминается о захоронении тел. Но сейчас всё это не имело для Чанека значения. Он мог только недоверчиво смотреть на четвёртую и последнюю запись:

4) Убейте Чанека.

Глаза Чанека заморгали. Они знали о нём, но как? Неужели Джервис проболтался? Не было причин, да и у декана не было причин сдавать его. Неужели Виннифред наняла собственного частного детектива, чтобы приглядывать за ней? Неужели Чанек действительно погорел?

Затем мысль рухнула, как щебень.

«Жучок».

«Святое дерьмо! - подумал он. - Жучок!»

Его рука в перчатке скользнула под внутреннюю кромку передней панели стола. «Жучка», который он пришёл сюда заменить, не было.

«Я в дерьме», - подумал он очень медленно.

- Ищете это, мистер Чанек?

Чанек пригнулся, погасил фонарь и вытащил свой Charter Arms из кобуры на щиколотке. Включилась настольная лампа. Какой-то здоровенный парень в футболке и джинсах смотрел на него из-за стола. Между пальцами парня был крошечный передатчик Чанека на 49 МГц.

- Я нашёл и другие, - сказал парень. Его лицо было бледным. Он улыбался. - Те, что в доме Бессера и в офисе Винни.

- Не двигайся, - сказал Чанек. - Я должен подумать.

- Что подумать? Вас поймали.

Чанек взвёл курок.

- Кто ты, чёрт возьми?

- Меня зовут Том. Раньше я был студентом, но теперь я... я думаю, вы бы назвали меня верным слугой. Вы когда-нибудь читали Лавкрафта? - улыбка Тома превратилась в отвратительную тонкость. - Я прислужник тьмы.

- Ты станешь завсегдатаем морга, если не заговоришь. Ты частный детектив, как и я. Ты ведь работаешь на жену декана?

Том хрипло рассмеялся.

- На эту похотливую сучку? Ни за что. Я ей даже не нравлюсь - она ​​называет меня «это». Держу пари, она мастурбирует пятнадцать раз в день. Она сделает это прямо перед вами, ей всё равно. Она ничего не может с собой поделать. Это влияние лабиринта.