Сара Бреннан - Лексикон демона

— Твое имя нас не волнует, колдун, — произнес Алан. — Как тебя не волновали имена жертв, которых ты убил.

— Убил? — Лицо пленника выразило искреннее негодование. — Значит, для вас мы только убийцы?

— Не совсем, — вставил Ник, поигрывая ножом. — Иначе я считал бы себя колдуном.

Конечно, лучше было бы помолчать. Он знал, что Мэй и Джеми сейчас смотрят на них — на него с ножом в руках и на связанного Джеральда, — сравнивают, делают выводы.

— Я таким родился, — сказал Джеральд. — У меня это в крови. Когда рождаешься с тягой к магии, к власти, однажды, что бы ты ни делал, магия сама тебя находит.

Он перевел взгляд на Мэй — Мэй, которой, как Алану, нужно было всегда во всем разобраться, — и, по-видимому, ощутил в ней достаточную поддержку.

— Люди думают, что без демонов мы почти бессильны, но это не так. Сила, которая позволяет их призывать, проявляется и другими способами. Когда я был маленьким, вокруг постоянно творились всякие странности. А потом за мной пришел Круг Обсидиана. Я всегда был колдуном, хотя до них меня никто не понимал. Один из моих предков с помощью магии правил половиной государства. Мы видим мир иначе. Все вокруг серое, плоское и холодное, бессмысленное до тех пор, пока не вызовешь демона и не получишь свою долю власти над миром.

— Я рад, что тебе так нравится твое призвание — отдавать людей в лапы демонам, — промолвил Алан. Он вынул нож из-за голенища ботинка и перевернул в ладони, глядя, как блик играет на лезвии. — Найдешь сам, что ценного добавить, или тебе нужен стимул?

Джеми испуганно глянул на Алана. Тот смотрел твердо. «Бедняжка» Джеральд явно выглядел в глазах Джеми все более несчастным. Заткнуть колдуна сейчас значило бы выставить себя мясниками.

— Ваша Ярмарка тоже, знаешь ли, не богадельня, — огрызнулся Джеральд. — Твои друзья в курсе, на какие средства ее организуют? Вы живете на грязные деньги!

— Понятия не имею, о чем ты, — произнес Ник, начиная скучать. — Но это точно не ценные сведения.

— Между прочим, вопрос про выдачу людей демонам тоже спорный, — заметил Джеральд, по-прежнему глядя на Мэй. — Некоторые сами этого хотят. Иногда даже напрашиваются.

— Я не напрашивался. — Джеми ответил тихо, но так горячо, что пристальное внимание Мэй, с каким она смотрела на колдуна, впервые ослабло.

— Мне очень жаль, — ответил Джеральд. Он, казалось, и впрямь сожалел. — Я не насылал на тебя демона. Я бы так не поступил. Но ты наверняка знаешь, что в мире есть люди, которым опротивело жить, которые забыли, зачем им это нужно, и проводят дни в бесконечных хлопотах, пока не умрут? Да ты и сам не раз их встречал. Только не говори, что не знаешь ни одного.

Мэй задумалась, а задумавшись, растерялась.

— Я знаю, но…

— Тебе не кажется, что такие люди могли бы отдать свою пустую жизнь за мечту? Демоны ведь не вторгаются в душу силой. Они предлагают людям то, чего те хотят — денег ли, забвения или волшебную ночь, чтобы почувствовать себя живым как никогда. И если человек откликается на предложение, мир получает кое-что взамен. Демоны живут веками. Они мудры, могущественны и способны многим помочь…

— Точнее, таким, как ты, — прервал его Алан. — Это твой круг пометил нас с Джеми. Ни я, ни он этого не просили. Едва ли хоть одна из ваших жертв согласилась бы, если бы знала, на что идет.

Мэй кашлянула.

— Выходит, они все-таки соглашаются?

— Иногда — да, — признал Алан.

— Я не отдаю людей демонам против воли, — продолжал Джеральд. Он явно использовал всю силу убеждения, чтобы привлечь на свою сторону Мэй и даже Джеми. — Простите, что с вами так вышло. — Его голос дрогнул. — Вы правда будете меня пытать?

Он смотрел Джеми в глаза. Тот задергался, словно ему вручили пальцедробилку.

— Я — нет, — ответил он, чуть не шарахаясь. — Не просите. У меня не получится!

Он отвернулся от колдуна и с мольбой посмотрел на Алана. Алан встал, подошел к нему, прихрамывая, и положил руку на худенькое плечо. Жест утешил бы больше, не будь у Алана ножа в другой руке.

— Не волнуйся, — сказал он. — Я сам разберусь.

Ему, похоже, нелегко дались эти слова, но он не колебался. Ник твердо знал, что Алан при всей своей нелюбви к насилию не отступит.

Слова Мэй всех застали врасплох.

— Если это поможет брату, если так надо ради Джеми и… тебя, — сказала она и запнулась на миг, прочитав радостное изумление в глазах Алана, — я тоже готова. Скажи только, что делать.

От неожиданности Ник ей даже улыбнулся. Вид у нее был нездоровый, зато держалась она стойко, вздернув подбородок и расправив плечи, и взгляд ее не дрогнул. Может, девчонка иногда и льет слезы без повода, но внутри твердая как кремень.

— Тебе тоже не надо, — сказал Алан. — Я сам. Пойду принесу что надо.

Дверь за ним закрылась, а Ник уже знал, что будет дальше: Алан соберет инструменты и ненадолго останется наедине с собой, чтобы настроиться на предстоящее. Это ему не удастся, но дело он так или иначе сделает, даже если потом его будет тошнить.

— Я правда могу, — сказала Мэй, когда Алан вышел, словно хотела себя убедить.

У Ника было мало времени.

— Я знаю, вы оба можете, — ответил он. Потом подошел к Джеральду, склонился над ухом, будто хотел прошептать секрет, и четко произнес: — А я — хочу.

Джеральд вздрогнул и отвел глаза. Он почти извивался в цепях, чтобы оказаться как можно дальше от Ника, и тот впервые подумал, что страх пленника не показной, а самый натуральный.

Что ж, тем лучше. Значит, его можно запугать и выудить все, что он знает. Алан будет рад обойтись без насилия. Ник сел к Джеральду на колени, слушая его сбивчивое, испуганное дыхание. Подбросил нож и поймал его у самого лица пленника, замечая, как тот косит глазом, чтобы не упустить лезвие из вида.

У Ника в арсенале был только нож. Значит, действовать нужно было быстро и наверняка, пока брат не вернулся.

— Думаешь, не справлюсь? — спросил он, понизив голос.

Джеральд упорно не желал встречаться с ним взглядом. Ник неторопливо провел ножом по его щеке, и колдун вздрогнул. Значит, догадка подтвердилась: он действительно сильно напуган.

— Справишься, я уверен, — ответил Джеральд с дрожью в голосе.

— Сколько вас всего?

— Двенадцать!

Для колдовского круга — очень прилично. Между магами бытовали стычки и борьба за власть, из-за чего круги сильно редели. Черный Артур был, видимо, сильным вожаком, раз мог стольких держать в подчинении.

— Сейчас Круг Обсидиана переезжает в Лондон. Куда именно?

Джеральд нервно сглотнул и замялся. Ник полоснул его по щеке, и тот вскрикнул от боли. Порез был глубоким: Ник хотел показать, что не шутит. По щеке Джеральда почти сразу побежала струйка крови. Кто-то — Джеми — испуганно охнул за спиной и шмыгнул в ванную. Звуки рвоты Ника почти не удивили. Алан тоже не переносил вида крови и, будь у них другое средство, наверняка стал бы таким же неженкой, как Джеми.