Инга Андрианова - Победители Первого альтернативного международного конкурса «Новое имя в фантастике». МТА III

Бони уже ничему не удивлялся, но внутреннее чутье подсказывало ему, что надо быть хитрее.

— Хайль Гитлер! — громко крикнул он, выкинув вверх руку.

Адольф оторвал взгляд от чаши и спросил:

— Вы за мной?

— Так точно! — ответил Бони.

— Поздно! — тихо произнес Адольф, тяжело поднялся из-за стола и взял трясущейся рукой чашу. — Это чаша Грааля, из которой пил Христос перед смертью. Сейчас я выпью из нее яд и стану бессмертным.

Эти слова Гитлера заинтересовали Бони, он хорошо знал историю, так как окончил исторический факультет МГУ.

— А как же ваше копье центуриона? — спросил он.

Адольф с грустью в глазах посмотрел на Бонн, но ответил:

— Наконечник копья, которым римский центурион убил Христа, всегда помогал мне, но, к сожалению, его подменили, и удача отвернулась от меня. Зато никто не знает про чашу, и, выпив ее, я умру, но смогу возродиться вновь.

С этими словами Адольф поднес чашу ко рту.

— Не-не-не, так не пойдет! — выкрикнул Бон, одним прыжком подскочил к Адольфу и, вырвав из трясущихся рук фюрера чашу, вылил содержимое на пол. Гитлер, обескураженный таким поворотом судьбы, обессиленно упал в мягкое кресло.

Бони, недолго думая, схватил белый пузырек с черной надписью «Яд» со стола диктатора, сжал Гитлера за шею и высыпал содержимое адского пузырька прямо в рот Адольфу.

Не прошло и минуты, как диктатор застыл на своем «троне», в его глазах стоял ужас.

— Ни хрена себе… — вытирая испарину со лба белым платком с черной свастикой, произнес Влад. — Ты чего, убил самого Гитлера?..

Но Бони не ответил, он взял в руки чашу, подошел к раковине в углу комнаты, тщательно ее помыл и, налив обыкновенной воды из кувшина, который стоял на столе у диктатора, протянул Владу.

— А ничего покрепче нет? — постарался пошутить Влад.

— Мы все должны выпить из этой чаши, чтобы вернуться в свое время, — сказал Бони и подошел к танкистам. — Вы тоже.

— Кто выиграет в войне? — спросил Иван.

— Русские! — ответил Бони, улыбнувшись.

— Ну, тогда не грех и выпить, — уверенно произнес Иван, выхватил чашу из рук Влада и, сделав глоток, передал Сергею. Сергей, Влад и Герман тоже выпили из чаши. Бони взял кубок в руки последним и со словами: «Ну, за победу!» допил до дна. Сознание его помутилось, и впервые в жизни он почувствовал непонятную легкость, как будто каждая клеточка его организма превратилась в ветер.

…Теплое майское солнце отражалось в голубых очках Бонн, он и его друзья Влад и Герман спали на старой деревянной лавочке парка культуры имени Горького. Бони открыл глаза. Седые ветераны, поблескивая медалями, медленно проходили мимо него по цветущей аллее. Два ветерана и симпатичная девушка остановились и повернулись к нему лицом.

— Иван? Сергей? Эльза? — с удивлением произнес Бони. Седой старец в погонах полковника подмигнул ему.

— Вставайте! вставайте! — толкая своих друзей, закричал Бони.

— Что? что случилось? — в один голос, вскочив на ноги, спросили они.

— Смотрите! — Бони повернулся к аллее, указывая куда-то рукой.

— Ну и что там? На что смотреть? — спросил Влад.

Бони так и застыл с протянутой рукой, на которой блестели золотые часы. Аллея парка была пуста, только женщина в белом халате мирно дремала около тележки с надписью «Мороженое».

Ольга Нацаренус

Поэт и прозаик. Родилась в Москве. В детстве писала стихи, небольшие рассказы, много рисовала. Желание отражать свои мысли на бумаге возникло, когда был построен дом, посажено дерево и наступило исцеление от болезни, называемой молодостью.

Автор книги поэзии и прозы «Сны моего сердца». Имеет многочисленные публикации в различных газетах. Параллельно написанию книги происходило участие в различных литературных мероприятиях: международном фестивале «Стружские вечера поэзии» (2013) в Македонии (лауреат, заочное участие), конкурсе «Новое имя в фантастике» (2013, победитель), конкурсе «Российский Колокол» (2013, лауреат).

Иная вечность

Ты берешь Настоящее и выливаешь его в прохладу стакана. Глоток…

Уже через мгновенье густая зеленая жидкость в стакане начинает шевелиться, плясать большими и малыми пузырями. Начинает дымиться и негромко бурлить, преобразовываясь, таким образом, в полупрозрачные облака. Вытекая наружу, облака бледнеют, смешиваются с потоками холодной, чистой Реальности и быстро растворяются. Настоящее смело исчезает в Прошлом, не обронив даже случайно четкого, понятного следа. Для тебя остается лишь только призрачное, вечно поющее послевкусие на губах. Оно заставляет сердце — биться, разум — работать, душу — любить… Или не любить…

…За левым плечом у тебя — старая стена из красного кирпича. Высокая, правильной кладки. За ней — Зло: пристально смотрящие черные глаза и черные крылья — ты видел… Ты знаешь — одно небрежное движение — и кирпичи рассыпаются так, будто сделаны из бумаги, будто нет между ними прочно связующего, удерживающего элемента. Многие, долгие дни потом приходят с печалью и раскаянием. Многие, долгие дни ты пытаешься строить стену заново — собираешь и ровно укладываешь кирпичи под уверенными ударами гнилых клыков, отмахиваясь от властных, зловонных перьев…

…Справа — чудесное, лесное озеро — правильный овал на ладони думающего, понимающего Мира, не принадлежащего тебе никогда. Озеро — Зеркало. Ты встаешь над ним на колени и с удовольствием различаешь на водной глади быстро бегущие облака, замерших в охоте стрекоз и ликующее Солнце. Его разрезающие Пространство нити-лучи устремляются в покой вод, щедро одаривая колышущиеся водоросли, стебли кувшинок и играющих маленьких рыбок великой Радостью и Благословением. Там же ты видишь свое лицо. Изо дня в день, из года в год оно меняется, а в чертах рождаются непредсказуемые, посторонние мотивы, безукоризненно подчиняясь законам Мира, игнорируя твои желания и возмущение…

Озеро — большое светлое Око, смотрящее изнутри, из глубины строгой Действительности. Бережно обрамленное по берегам зарослями высокого камыша и раскидистых ив, иногда, во владении Ночи, путем отражения оно приобретает зрачок. Яркий, всепроникающий зрачок — Луну…

Нет в Мире существа, умеющего не впустить Око в свою плоть и душу…