Деннис Этчисон - Калифорнийская готика

Что это? И где это?

Эдди вдруг обнаружил, что стоит возле «питербилта». Странно, как это он вернулся к тому же месту?

— Томми!

Мальчик дотронулся до своих губ. Они были приоткрыты, изо рта вырывалось дыхание, но голос... голос принадлежал не ему. Это кричал кто-то другой.

Поднявшись на кучу уложенных друг на друга автомобильных крыльев, Эдди увидел уже знакомый ему трейлер, в котором все еще горел свет. У ворот кто-то стоял. Фигура была маленькой или же казалась такой. Потом человек поднял ко рту руки и крикнул:

— Том, черт бы тебя побрал! Выходи!

Это был Майк, старший брат Томми. Он стоял в полуметре от ворот, уже на территории свалки. За забором, у обочины, виднелся «форд-эксплорер». Эдди пригнулся и сделал шаг в сторону, чтобы спрятаться за грузовиком, но было уже поздно.

— Томми? Это ты?

Прикрывшись камерой, Эдди направился навстречу Майку.

Ночь. У входа на свалку.

Проезжавший мимо молодой полицейский замечает открытые ворота и решает посмотреть, в чем дело. Он вылезает из патрульной машины, входит на территорию свалки и видит фургон с надписью «Глазами очевидца».

К нему подбегает Джерри, водитель фургона.

Шофер:

— Это там.

Полицейский:

— Что?

Шофер:

— Тело. Я звонил...

Полицейский:

— Нам никто не звонил. Кто вы?

Шофер:

— Мы с телевидения. Передача «Глазами очевидца». Снимаем материал, связанный с «Олимпией».

Полицейский:

— Вы имеете в виду пожар? Но ведь это было не здесь.

Шофер:

— Знаю! Но сюда привезли машины. Мы поехали за ними и обнаружили пикап... А в нем тело!

Полицейский:

— Чье тело?

Шофер:

— Не знаю! Я вам об этом и сообщаю! Пойдемте!

Полицейский оглядывает Джерри с головы до ног.

— Сначала покажите мне ваши документы.

— Чья это у тебя камера? Уж не наша ли?

Эдди опустил камеру.

— Да. Ваша. Томми... это он дал ее мне. Чтобы я поснимал вместо него.

— Вот как...

— Он разрешил мне, Майк.

— Ладно. Где этот маленький говнюк?

— Его... — Эдди хотел сказать «его здесь нет», но вовремя прикусил язык. Как тогда объяснить, что камера у него? Он махнул рукой в сторону безмолвных машин: — Томми там.

— А что вы здесь делаете?

— Снимаем.

— Этот хлам?

— Ну да. То есть... нет. Мы... мы помогаем Раулю. Он обещал заплатить. За фотографии. Они нужны ему... для страховой компании.

Объяснение прозвучало вполне правдоподобно. Похоже, Майк поверил. Ему доводилось слышать и более странные вещи.

— Твоя мать знает, что ты здесь?

Эдди выпрямился во весь свой рост — пять футов пять дюймов — и ответил голосом достаточно взрослого и ответственного человека:

— Да, конечно.

— Хорошо. А то она заезжала к нам днем, искала тебя.

— Искала меня? — нисколько не удивившись, переспросил Эдди.

— Томми сказал, что вы с ним договорились встретиться. Но уже поздно, мама хочет, чтобы он был дома. Меня девчонка ждет, а тут...

— Я скажу ему, — пообещал Эдди.

— Передай, чтобы пулей летел домой. Немедленно!

— Хорошо, Майк.

Эдди повернулся и медленно зашагал в темноту, чувствуя на себе взгляд Майка. Надо же было так спешить, чтобы не заметить свет в трейлере. А что, если бы их застукал Рауль? Кстати, а где вообще он находится?

Уже миновав первый ряд машин, Эдди осмелился оглянуться. Как раз в этот момент автомобиль Майка с ревом сорвался с места. Мальчик остановился и уже собрался снова поднять камеру, когда совсем рядом, где-то впереди, снова прозвучал смех.

— Эдди? Это ты?

Наверное, он принял бы этот голос за голос друга, если бы не прорезавшаяся в самом конце фразы высокая нотка.

Автомобильная свалка. Ночь.

Полицейский идет впереди, подсвечивая себе фонариком. В какой-то момент водитель фургона отстает и остается один в надвигающейся темноте.

Шофер:

— Эй, подождите, пожалуйста! — Себе под нос. — И куда его понесло?

Он ошибается, делает неправильный поворот в лабиринте и обнаруживает, что заблудился. Нащупывая дорогу, пробирается вперед. Чертыхается, порезав руку об острый угол. Останавливается, подносит руку к губам, слизывает кровь и идет дальше.

Впереди желтоватый огонек фонарика, похожий на яркую ночную бабочку.

Полицейский проходит рядом с огромным длинным фургоном с помятыми боками и направляет луч фонарика на небольшой и относительно нестарый пикап.

Сзади к нему походит водитель.

Шофер:

— Тело здесь.

Полицейский:

— Значит, здесь, да?

На заднем сиденье пикапа: канистра для бензина, сундучок, пустая коробка из-под пиццы, рюкзак и спальный мешок.

Шофер:

— Откройте.

Полицейский, настроенный явно скептически, протягивает руку к спальному мешку.

Звук: смех.

Камера уходит в сторону. Мы видим девушку. Она медленно выходит из тени за грузовичком. Осторожные кошачьи движения. Громкий, бессмысленный смех.

Полицейский наводит на нее фонарик и видит, что она совершенно голая.

Полицейский:

— Думаю, что у вас вряд ли есть с собой какие-нибудь документы.

Шофер отступает назад.

Полицейский поворачивается к нему.

Полицейский:

— Подождите, я не отпускал вас.

Луч фонарика следует за водителем и натыкается на обезглавленное тело оператора, лежащее в луже застывшей крови.

Полицейский:

— Чтоб меня!

За его спиной девушка легко, без видимых усилий взбирается на крышу пикапа. Но ей нужен полицейский. Ее цель — Джерри, и она идет по следу крови, капающей из порезанного пальца. Девушка хватает его сзади за руки и приникает губами к порезу. Мы видим, с какой жадностью она высасывает его кровь.

Полицейский:

— Стоять!

В его дрожащих руках пистолет.

Девушка поднимает голову и отбрасывает шофера, который падает лицом в грязь. Потом смотрит на полицейского. По ее подбородку стекает кровь.

Когда полицейский взводит курок, она только смеется.

Полицейский:

— Я сказал...

В следующее мгновение девушка набрасывается на него. Сбивает с ног. Тащит за собой в пикап. Его голова сильно ударяется о дверцу. Череп раскалывается. Хлещет кровь.

Застежка-"молния" на спальном мешке расходится...

Внутри — разлагающееся тело.

— Ты нашел нас.

— Нас? — удивился Эдди. Он опустил камеру и открыл оба глаза, чтобы рассмотреть ее получше. Но без видоискателя его окружали только тени и лишь намеки на очертания. Потом в поле зрения появилось заднее сиденье пикапа, превращенное в постель, темную, как пустая могила, и золотисто-белый диск ее лица над ней.

— Это ваша машина? — спросил Эдди. Надо же было хоть что-то сказать.