Людмила Романова - Похищение

– Согласен, – ответил Виктор. Он хотел еще поразмыслить над некоторыми событиями, но тут стюардесса принесла напитки.

– Кстати, Виктор, вы хотели передать мне на хранение некоторые вещи, – сказал профессор, глядя со странной улыбкой на Виктора. Вы их оставили в достаточно надежном месте? Вы упоминали о некоторой старинной рукописи, она тоже осталась там?

– Да… – промямлил Виктор. Я переместил их в надежное убежище.

– Но когда вы успели это сделать? – воскликнул профессор. Вы же очень рано приехали ко мне, а потом мы уже готовились к отлету.

Виктор замялся, не зная, что ответить.

– Зачем я распустил язык про сокровища? – заклеймил он сам себя. Трепло! Подошел бы момент, сказал, зачем делать это заранее?

– Я вам потом все объясню, – сказал он. – Пока все это хранится у Ивана, и я надеюсь, что в его дом не заберутся воры.

– Я надеюсь, вы хотя бы закрыли это надежно в сейфе? Хотя Ивана же нет. Куда же вы положили это сокровище?

– Я положил его у себя в комнате в шкафу. Я надеюсь, никто не будет рыться среди моих вещей, зачем? – очень натурально ответил Виктор.

– Вы рискуете мой друг, – поднял палец профессор.

– Кстати, а когда Иван собирался вернуться в Париж. Он так внезапно уехал! – вступила в разговор Ивет.

– Не знаю, он просто сорвался и полетел, не удосужившись мне что-то рассказать. Но это Иван, он всегда такой, и годы его не меняют. Сто проблем, сто новостей, и сто планов. Он чересчур, как сейчас говорят гипер активный. Поэтому я не удивился, когда он, сказав мне, что едет по неотложным делам в Испанию, а остальное потом. Но я оставил ему записку, – снова выкрутился Виктор.

– Ну конечно, конечно, – проговорил профессор, Иван действительно такой. И Жак, он не позволит, пробраться в дом посторонним. Он отличный слуга, как вы находите? – снова, странно улыбнувшись, спросил профессор.

– Я с вами полностью согласен, – сказал уклончиво Виктор. Он не хотел больше говорить на эту тему.

– Мы пробудем в Дакаре около месяца, так, что Иван и Роз-Мари смогут к нам присоединиться, если захотят, и если это позволят дела, – сказала Ивет.

– Да! – махнул головой Виктор, и выпил немного коньяка, приготовившись к обеду.

– Пронесло, – сказал с облегчением внутренний голос.

Самолет приземлился и пассажиры уже толпились возле паспортного контроля.

– Надо же, кто же меня нашел здесь? – удивленно сказал профессор, поднимая трубку мобильника.

– Дядя, что случилось? – с беспокойством посмотрела на него Ивет, увидев, неоднозначную реакцию профессора.

– Боже, я не выдержу второго полета. – воскликнул он. Но такой случай!

– Куда вы собираетесь лететь? – спросила его Ивет, выйдя вслед за ним через пропускной коридор.

– Скончалась тетя Марта, – ответил грустным и в то же время патетическим тоном профессор.

– Кто это? – удивилась Ивет.

– Это подруга моей бабушки. Она очень любила меня, потому что у нее не было детей, и общаясь с моей бабушкой, она очень много времени уделяла мне. Со мной она немного успокаивалась и забывала свое горе, ведь ее сын с семьей попал в катастрофу. И вот теперь она умерла, и я должен быть на оглашении завещания.

– Дядя я не пущу вас одного! Я лечу с вами. – воскликнула Ивет.

– А как же я? – хотел вскликнуть Виктор, но вовремя сдержался, понимая, что такой вопль был бы не достоен этого момента и его звания серьезного мужчины.

– Виктор, вы сообщите нам, где вы остановитесь, мы прилетим дня через…

– Я думаю неделю, дядя. Нотариальные дела, не терпят суеты. Нужно оформить все как положено. Я вспомнила тетю Марту. Бабушка рассказывала мне о ней. Она очень богата, и неужели теперь это все будет принадлежать тебе дядя? – спросила восхищенно Ивет. Ведь это дома, в провинции Эльзас, я обожаю эти места! Горы, озера, свежесть! И что у нее совсем нет родственников?

– Но насколько я помню, я не видел рядом с ней ни одного.

– После смерти появляются бесчисленные наследники! – сказал Виктор, вспоминая историю своего соседа, за которым ухаживала его мать, когда он лежал больной и одинокий. Он так и не понял, откуда ровно через день после его кончины, появились племянники, совершенно уверенные в своих правах.

– Мы пойдем в кассу, а вы Виктор постойте здесь, или что стоять, езжайте в гостиницу. Вы не должны страдать из-за наших проблем. А мы вернемся в Париж этим же самолетом.

Виктор попрощался с Ивет и профессором, и, махнув им рукой, вышел в зал ожидания.

– Может быть, это даже лучше! – подумал он. Но на мгновение ощутил, что его как будто тянет назад к паспортному контролю, и еще неожиданные мурашки, пробежавшие по спине. Он даже сделал шаг в ту сторону, и с усилием, заставил себя идти повернуться к выходу, чтобы взять такси. Он это расценил, как некоторую боязнь перед предстоящими событиями.

– Спокойно! – сказал он сам себе и постарался быстрее покинуть зал прилета. Дел полно, и такое одиночество мне даже на руку. Теперь я не должен считаться с желаниями других, уклоняться от их помощи, если они ее предложат, а самому по себе, увидеть все снова и сначала. А завтрашним утром взять автомобиль в аренду и поехать искать особняк, и если все это пойдет по маслу, встретиться с Кларой, Моамбой, Летисией и Пьером.

В конце-концов ведь это мои родственники, и я не так, как в прошлый раз, наивен. Теперь я иду туда со знанием вопроса и имею кой-какой опыт. Направление поисков, по крайней мере, мне известно.

Клара Виктория! – он еще не привык, да и не знал наверняка, кто это. Дочь Клары, и в память о нем названная Викторией или их дочь! Да одиночество ему было как нельзя кстати!

– Спасибо Клара! – он снова мысленно послал ей поцелуй, совершенно уверенный, что все эти действия по устранению из его общества профессора и Ивет, идут с ее замысла.

– А мне сдается, что они чего-то не договаривают. Мне даже кажется, что они в первую очередь навестят… – засомневался внутри его голос.

– Квартиру Ивана… – продолжил Виктор. Возможно. Только, что они там найдут? И я надеюсь, что я не долго буду искать Клару. Ведь теперь она так близко, и я им теперь тоже очень нужен. Ведь в моей голове несколько книг. Так что все должно кончиться хорошо!

– Дай Бог, дай Бог! – промямлил внутренний голос.

Выйдя в зал встречи, Виктор, на ходу, разглядывал аэропорт. И отметил, что теперь ему все это не кажется настолько великолепным, как в те дни, когда он первый раз попал в Шереметьево, а потом за границу… Теперь его не удивлял размер зала аэропорта. Он ему показался простеньким. Ему совершенно не хотелось подойти и разглядывать киоски с блестящими обложками журналов, и маленькими сувенирами. Они теперь не вызывали ни восторга, ни особого интереса. А люди, встречающие другие самолеты и в это время потягивающие кофе за столиками, уже не казались богачами. Это все было так просто и доступно, и даже каждодневно, что теперь он этого не замечал. Виктор просто хотел купить свежий журнал, чтобы почитать его в номере, как вдруг услышал: