Гильермо дель Торо - Закат

— Я слышал, мальчикам в твоем возрасте нравятся ножики, — сказал Сетракян. Он поискал, нашел один и преподнес его Заку. Это была хорошая вещь — складной нож с десятисантиметровым серебряным лезвием и коричневой рукояткой из кости.

— Ух ты! — Зак разобрался с механизмом блокировки, закрыл нож, потом снова открыл его. — Наверное, я должен сказать об этом папе. Мне нужно убедиться, что все правильно.

— Полагаю, ножик отлично уместится у тебя в кармане. Почему бы тебе не проверить? — Сетракян проследил, чтобы Зак сложил нож и засунул его в карман штанов. — Вот, хорошо. У каждого мальчика должен быть свой ножик. Дай ему имя, и он будет твоим навеки.

— Дать ему имя? — удивился Зак.

— Так всегда следует поступать с боевыми предметами. Ты не можешь довериться оружию, если не умеешь называть его по имени.

Зак с рассеянным видом похлопал себя по карману, где лежал нож.

— Тут придется подумать.

В комнату вошел Эф. Увидев Зака рядом с Сетракяном, он почувствовал, что между ними произошло что-то важное, что-то очень личное.

Рука Зака глубоко зарылась в карман с ножом, но он ничего не сказал.

— На переднем сиденье микроавтобуса лежит бумажный пакет, — сказал Сетракян. — Там сандвич. Тебе нужны силы.

— Опять с вареной колбасой? — скривился Зак. — Ни за что.

— Приношу извинения, — сказал Сетракян, — но в мое прошлое посещение супермаркета он продавался там как спецпредложение. Причем этот сандвич был последний. Я еще добавил сверху очень неплохой горчицы. В указанном пакете ты найдешь также два весьма приличных кекса «Дрейкс». Ты мог бы одним насладиться сам, а второй принести мне сюда.

Зак кивнул и направился к выходу. Когда он проходил мимо отца, тот ласково взъерошил ему волосы.

— Когда заберешься в микроавтобус, запри дверцы, хорошо?

— Я знаю…

Эф проследил, как сын вышел из здания, подбежал к микроавтобусу, припаркованному непосредственно возле дверей, и залез на пассажирское сиденье.

— Вы в порядке? — спросил Эф у Сетракяна.

— В целом неплохо. Вот, смотрите. У меня тут есть кое-что для вас.

Сетракян вручил Эфу ящичек из лакированного дерева. Эф открыл крышку и увидел, что внутри лежит «Глок» — вычищенный, в хорошем состоянии, разве что серийный номер был спилен. Вокруг пистолета были аккуратно разложены пять обойм, утопленные в поролоне.

— Это, на мой взгляд, в высшей степени незаконная вещь, — сказал Эф.

— И в высшей степени полезная. Имейте в виду, пули серебряные. Специально изготовленные.

Эф вынул оружие из ящичка, повернувшись так, чтобы Зак ни под каким углом не смог увидеть пистолет из микроавтобуса.

— Я ощущаю себя Одиноким Рейнджером, — сказал он.

— Рейнджер боролся за правое дело, разве не так? Вот только ему не хватало пуль с разрывными наконечниками. Эти пули, войдя в тело, распадаются на части, словно бы взрываются. Если попасть в стригоя, в любое место его туловища, — дело сделано.

Передача лакированной коробки из рук в руки отдавала торжественной церемонией.

— Наверное, Фету тоже нужен такой, — сказал Эф.

— Василий предпочитает гвоздезабивные пистолеты. Он более склонен к физическому труду.

— А вы предпочитаете меч.

— В бедственные времена, такие как сейчас, лучше придерживаться того, к чему хорошо привык.

В комнату, держа руки в карманах, вошла Нора, привлеченная странным видом оружия.

— У меня есть еще кое-что, — продолжил Сетракян. — Серебряный кинжал средней величины. Я думаю, доктор Мартинес, он вам прекрасно подойдет.

Нора кивнула, не вынимая рук из карманов.

— Это единственная драгоценность, которая мне сейчас по-настоящему нужна.

Эф уложил пистолет в ящик и закрыл крышку. С Норой рядом вопрос оружия показался не таким уж и сложным.

— Как вы думаете, что произошло тогда на крыше? — спросил он Сетракяна. — Я имею в виду, когда Владыка выжил под лучами солнца. Значит ли это, что он отличается от остальных?

— Без сомнения, отличается. Он ведь их всех и породил.

— Это понятно, — сказала Нора. — Так оно и есть. И мы теперь знаем, — даже слишком хорошо знаем, поскольку этот опыт дался нам большой кровью, — как появляются на свет новые поколения вампиров. Удар жалом, заражение и так далее. Но кто сотворил первых вампиров? И каким образом?

— Вот-вот, — подхватил Эф. — Как получилось, что первой была курица, а не яйцо?

— Действительно, — сказал Сетракян. Он взял свою трость с набалдашником в виде волчьей головы, которая стояла прислоненная к стене, и оперся на нее. — Я полагаю, что ключ ко всему — в происхождении Владыки.

— Ключ к чему? — спросила Нора.

— Ключ к его уничтожению.

Некоторое время Эф и Нора молчали, переваривая услышанное. Наконец Эф спросил:

— Значит… вы что-то знаете?

— У меня есть теория, — ответил Сетракян, — которая подтверждается, хотя бы частично, тем, что мы видели на крыше. Но я не хотел бы ошибиться, потому что ложный шаг увел бы нас в сторону, а мы все хорошо знаем, что время сейчас — это струйка песка, и песочные часы отныне переворачивает не рука человека.

— Если солнце не уничтожило эту Тварь, то, вероятно, серебро тоже не справится, — сказала Нора.

— Тело хозяина покалечить можно. Его можно даже убить, — сказал Сетракян. — Эфраим преуспел в том, чтобы нанести ему серьезное увечье. Но вы, конечно, правы. Мы не можем исходить из того, что одного серебра будет достаточно.

— Вы говорили о других, — сказал Эф. — Говорили, что изначально Древних было семеро. Владыка и еще шесть — трое в Старом свете, трое в Новом. Как они встраиваются в эту картину?

— Вот над этим я и сам все время размышляю.

— Нам известно хотя бы, они с ним заодно или нет? Полагаю, что заодно.

— Совсем наоборот, — сказал Сетракян. — Они против Владыки, беззаветно и полностью. В этом я абсолютно уверен.

— А как они были сотворены? Эти существа появились на свет одновременно с Владыкой? Тем же манером, что и он?

— Не могу вообразить другой ответ на этот вопрос. Да, одновременно и тем же манером.

— А что говорит фольклор о первых вампирах? — спросила Нора.

— В сущности, совсем немногое. Некоторые исследователи пытались связать их с Иудой, или с историей Лилит, но все это скорее популярная ревизионистская литература. И тем не менее… есть одна книга. Один источник.

Эф огляделся.

— Вы только покажите коробку. Я достану.

— Это книга, которой у меня пока еще нет. Та самая книга, которую я пытался раздобыть большую часть своей жизни.