Юрий Нестеренко - Чёрная топь

— Кто же еще…

— Вот что, ребята, — решительно вмешался Сергей. — Вы мне брось- те эту игнатьевскую манеру делать вид, будто меня здесь нет. Давай- те-ка присядем и поговорим.

— Не о чем нам говорить, дядя, — хмуро ответил Петька, глядя куда-то в сторону.

— Так-таки и не о чем? — приподнял брови Сергей. — А хочешь, пи- столет дам посмотреть? Он настоящий.

Наживка была очень примитивной, но рыбка, похоже, клюнула.

— Витька, дуй домой, — велел Петька. — Все равно разведчика из тебя не вышло. Только смотри не проболтайся, что мы приезжего ви- дели, понял? А то всем расскажу, что ты обоссался!

— Может, я хоть до темноты подожду… — попросил Витька.

— Иди-иди, — не смилостивился Петька. — Огородами пройдешь, ни- кто тебя не увидит.

Витька, шмыгая носом, побрел прочь. Сергей сел на матрас и сделал приглашающий жест. Он заметил, что все еще держит в левой руке блокнот, и сунул его в левый карман. Жест этот не укрылся от внимания севшего рядом (но все же на безопасном расстоянии) мальчишки. Петька молчал, и Сергей решил, прежде чем расспрашивать, исполнить свое обещание. Он вытащил «браунинг», извлек обойму, чуть замешкавшись с пистолетом незнакомой конструкции, оттянул затвор, проверяя, нет ли в стволе патрона, и протянул оружие мальчику.

Петька был, должно быть, слегка разочарован, что ему не до- верили заряженный пистолет, но все равно с удовольствием взял его в руки, повертел, прицелился в открытый дверной проем и нажал на спуск (раздался металлический щелчок), с трудом удержавшись от искушения изобразить губами звук выстрела.

— Классный пестик, — резюмировал он. — Только не поможет он тебе.

— Почему? — живо заинтересовался Сергей.

— Потому, — насупился мальчик.

— Петька, мы так не договаривались, — Коржухин забрал у него пистолет. — Я свое слово сдержал, теперь ты давай рассказывай.

— Ты и правда из Москвы? — вместо ответа спросил Петька.

— Ну, не совсем, — Сергей решил, что, раз он хочет услышать правду, то и сам не должен врать. — Раньше там жил, а теперь в Омске.

— Это ты им рассказывай… — пробурчал Петька. — Ладно, давай так: ты мне показываешь свое удостоверение, а я говорю все, что знаю. Только ты все равно не поверишь…

— Какое удостоверение?

— Известно, какое. Служебное.

— Слушай, не знаю, за кого вы тут нас принимаете, но мы действительно заехали сюда случайно, просто сбились с пути.

— Хочешь сказать, что ты не из органов? А пистолет тогда откуда?

— Подарили, — Сергей только теперь задумался о том, не подставил ли он доктора, демонстрируя «браунинг» мальчишкам.

— Не хочешь говорить — не надо, — Петька поднялся.

— Погоди! Того человека, что жил в этом номере, правда убили?

— Они говорили, будто он уехал, — снизошел до объяснений Петька, — только все знают, что это неправда. На берегу озера видели следы колес его машины, они в воду уходили. Только это все давно было, задолго до моего рождения.

— Я знаю. В 74 году. Мне тогда два года было. И что, с тех пор в Игнатьев никто больше не приезжал со стороны?

— Приезжали. Иногда.

— И что с ними было?

— Говорят, что то же самое, — Петька, стоявший у двери, вдруг повернулся. — Слушай, дядя, бегите отсюда, пока целы. Хоть пешком, но бегите! Хотя… — он безнадежно махнул рукой, — через болота вам все равно не пробраться.

— А кто-нибудь из жителей может показать дорогу?

— Нет, здесь вам никто не поможет.

— Все так запуганы?

— Нет.

— Нет? Тогда почему?

— Потому что тех, кто им хорошо служит, они принимают к себе. Совсем не всех, конечно. Но надеется-то каждый.

— И ты тоже?

— Я - нет. Но у меня родители и брат. Если они узнают…

— Ясно. Ну а все-таки, «они» — это кто? Дробышев, Зверев, Березин?

— Да. И другие тоже. Их уже много.

— Ну а объединяет-то их что? Они — банда? Или, может, секта какая-то?

— Нет.

— Петька, ну что мы с тобой в данетки играем? Каждое слово из тебя клещами тянуть приходится… Скажи, наконец, прямо, кто они такие и чем занимаются. Все равно почти все уже рассказал…

— Все равно ты не поверишь, — безнадежно констатировал Петька. — Приезжие никогда не верят.

— Что, пришельцы из космоса? — усмехнулся Сергей.

— А если бы я сказал «да» — поверил бы?

Сергей на минуту задумался. Конечно, подобная гипотеза выглядела совершенным бредом, особенно по сравнению с версией об обычной уголовщине… но, в конце концов, мало ли фантастических идей рано или поздно воплощалось в жизнь? Однако Игнатьев с его деревенскими улочками, поросшими крапивой и лопухом, торфяной электростанцией, куда топливо возят гужевым транспортом, пожарным на каланче и советским ассортиментом в магазине как-то мало походил на базу высокоразвитой цивилизации, покорившей межзвездное пространство. Пусть все это маскировка, но хоть где-то какие-то следы высоких технологий должны были отыскаться? А если маскировка столь совершенная, то зачем убивать приезжих? И вообще, убивать свидетелей — для сверхцивилизации как-то несолидно. Черт с ней, с моралью, но это попросту нерационально — ведь исчезнувших могут искать, куда как лучше просто подредактировать им память и отпустить подобру-поздорову…

— Вряд ли, — честно ответил Сергей. — По крайней мере, пока своими глазами не увижу доказательства.

— Будут тебе доказательства, только поздно будет, — мрачно посулил Петька. — Хотя… завтра, как стемнеет, приходи к гостинице. Только осторожно, чтоб тебя не выследили.

— И что будет дальше?

— Отведу тебя туда, где сам все увидишь и услышишь. Только обещай мне, что, если отсюда выберешься, сделаешь все, чтобы с ними покончить!

— Само собой, — Сергей ничуть не сомневался, что игнатьевский беспредел должен быть прекращен, кем бы ни оказались его организаторы.

— А сейчас я пойду, — закончил Петька. — За мной не ходи. Если днем на улице встретишь — мы друг друга не знаем.

— Ясно. («Вот ведь, блин, вляпался в какой-то боевик…») Петь- ка! — окликнул он мальчишку, уже выходившего в коридор.

— Чего еще?

— Они что, правда инопланетяне?

— Хуже, — мрачно ответил Петька и скрылся за дверью.

Глава 4

По дороге к дому Лыткаревых Сергей подумал, что петькин рассказ не подтверждает его гипотезы о двух противостоящих группировках. По словам мальчика выходило, что буквально все взрослое население города на стороне «их». Что, впрочем, вряд ли могло соответствовать истине. Предупредила же их старушка на базаре… и Лида тоже, в первый же день… Да и вообще, не бывает такого, чтобы все — как один. Несмотря даже на царящую в городе советскую атмосферу. Даже и в самые густопсовые советские времена 99.9 %, отданных за «нерушимый блок коммунистов и беспартийных», были пропагандистским мифом — хотя и не совсем далеким от истины. Оппозиция, несомненно, есть, и лежащий в его кармане пистолет — весомое тому подтверждение. Просто местные правила игры не допускают борьбы в открытую, и мальчишка попросту не может знать закулисных нюансов — подобно тому как и сам Сергей, бывший октябренком и пионером в позднезастойные времена, не догадывался об антисоветских настроениях собственных родителей.