Мария Куприянова - Раскалённая луна

А что до остальных, то пока я знакомился с одногруппниками и препирался с Самураем, гуща адептов значительно "похудела". Увидев, что на этот раз дело обойдется без драки, многие разошлись по своим делам. На площадке остались всего пятеро. Парень с девчонкой, похожие друг на друга, как две капли воды. Светлые волосы мягкими волнами обрамляли скуластые лица, а вот глаза в окружении пушистых ресниц казались абсолютно черными. Парочка о чем-то оживленно спорила, не обращая внимания на происходящее вокруг. Чуть поодаль стоял накаченный парень с суровой физиономией, словно высеченной из камня, и растягивал эспандер, отчего и без того нехилые мышцы надувались под футболкой, грозя ее разорвать. Еще одна девчонка, коротко стриженная и настолько плоскогрудая, что только надетая юбка указывала на принадлежность хозяйки к женскому полу, сидела на скамейке, по-школьному сдвинув колени и, периодически кидая в мою сторону заинтересованные взгляды, что-то терпеливо объясняла сидящему рядом жилистому брюнету.

— Это, — Дик указал на белокурых родственников, — Кай и Герда. Они — брат с сестрой. Близнецы и оба истинные — очень редкий случай.

— А что, бывает по-другому? — поинтересовался я.

— Обычно дар охотника передается только одному ребенку, а тут такая удача… Они очень сильные, почти как Самурай. Тебе повезло, кстати, что он руку сегодня на тренировке повредил, а то бы ваш разговор так мирно не закончился.

— Да ну? На тренировке? — я посмотрел на Панду, но тот смущенно отвел взгляд. Понятно, никто не хочет предавать огласке утренний инцидент. — Да… — понимающе кивнул я, — бегать по лесу нынче очень опасно…

Дик прищурился, чувствуя в моих словах язвительный подвох, но предпочел не развивать данную тему и продолжил представлять адептов:

— Рядом с двойняшками тренируется Молот. Ни дня не может прожить без своего эспандера. На скамейке сидит Ундина, как всегда объясняет домашку Бесу. Несмотря на то, что он у нас истинный, на уроках валяет дурака и соображает туговато. Как ему удается получать пятерки по всем предметам — одному богу известно. Ну и, наверное, Ундине. Остальные сбежали на пляж, в такую-то жару — святое дело. Завтра, кстати, первой парой Орхидея — приходи вовремя, она терпеть не может, когда кто-то опаздывает. Решила, что ее лекции самые важные. Хотя…если к ней согнать упырей и заставить слушать про пестики-тычинки, они сами передохнут от скуки.

— А по-моему, у Орхидеи замечательные лекции, — мечтательно возразил Панда. — Интересные.

— Интересные? — хохотнул Дик. — Только такой ботаник как ты, Панда, мог сказать, что они интересные.

— Зря! — воодушевленно воскликнул толстяк. — Вот ты знаешь, сколько целебных свойств у обыкновенного одуванчика?

— Начинается, — закатил глаза Дик.

— В нем полезно все! — Панда не обратил ни малейшего внимания на скепсис одногруппника. — И корни, из которых делается лекарственное сырье, и листья, и соцветия, и даже сок! Дозировка и способ применения, конечно, разные, но факт! Taraxacum officinale лечит гастрит, анемию, болезни почек, кожные заболевания, аллергию, атеросклероз, ожоги, обморожения…

— Оу, стой! — прервал его Дик. — Эк тебя понесло.

— Да уж, знаешь… — поддержал я напарника, — не имею ничего против одуванчиков, но гомеопатия никогда не внушала мне доверия.

— Ты только Орхидее этого не говори, — хмыкнул Дик. — А то зачет не сдашь и с десятой попытки. Ладно, я тоже на пляж, вы со мной?

— На пляж? — я с сомнением покосился на солнце, которое потихонечку скатывалось с небосвода, причудливо удлинив тени внутри Обители.

— Кстати! — Дик хлопнул бы себя по лбу, да только ему мешала шляпа, поэтому он ограничился взмахом руки. — Сегодня же тренировка для истинных — заплыв по озеру.

— Только для истинных?

— Начальство считает, что нам, простым смертным, многие штуки физически неподвластны. Да и хрен с ними, зато у нас есть несколько дополнительных часов для отдыха.

— Официально мои занятия начинаются с завтрашнего дня, — задумчиво проговорил я.

— Тогда просто поваляешься на песке и поглазеешь на Сел в купальнике.

А вот от такого удовольствия отказался бы только дебил.

— Дай мне десять минут, — тут же сказал я. — Схожу за полотенцем.

— Встретимся на месте, — махнул рукой напарник.

В комнате недавно убирались. Не знаю, правда, зачем. Приехал я только ночью, намусорить не успел, но порядки есть порядки. В воздухе витал странный аромат, отдающий каким-то химикатом, вымытый пол влажно поблескивал, идеально уложенное покрывало окутывало кровать, брошенные впопыхах вещи возвышались аккуратной стопкой на стуле. На тумбочке, затянутый в полиэтилен, лежал аппетитный пирожок. Так вот в чем дело! Варвара — добрая душа! Не упустит возможности, чтобы не подкормить бедного воробушка.

В дверь осторожно постучали, даже не постучали — поскреблись.

— Можно? — застенчиво спросил Панда, просунув пухлое лицо в щель.

— Да, конечно.

— Я это, — он остановился на пороге, смущенно переминаясь с ноги на ногу. — По поводу Самурая.

— Да я уже понял, — кивнул я, — входи, чего застыл.

— Спасибо, — Панда осмотрелся, задержав взгляд на лежащем пирожке. Под запотевшим пакетом аппетитно золотилась поджаристая корочка, аромат сдобы просачивался даже сквозь пищевую пленку.

— Ешь, если хочешь, — я взял угощение Варвары и протянул нежданному гостю.

— А как же ты?

— Жарко, есть неохота. Да ты не стесняйся, бери.

Панда нетерпеливо развернул полиэтилен, впился зубами в пирожок и, причмокивая, произнес:

— Фкуфно!

— Ешь, ешь, — усмехнулся я, собирая в пакет полотенце и запасное белье. Плавательные шорты также с эмблемой Обители я с удивлением обнаружил в шкафу — в обучение адептов входили и водные тренировки. Мда, охотники предусмотрели все. Ну или почти все.

— Самувай не пващает наезфоф, — продолжал жевать сдобу Панда. — Буть нафеку.

Я не удержался и засмеялся. Не только потому, что искаженная поеданием пирожка фраза звучала комично, но и потому что угрозы Самурая меня волновали меньше всего. Но то, что хотел сказать мой напарник, я понял:

— Ладно, забей. Закроем глаза на утренний инцидент. Ну повредил он руку на тренировке, бывает…

— Фпафибо! — Панда облегченно вздохнул и, сглотнув последний кусок, спросил — тогда встретимся у озера, хорошо?

— Конечно.

Пляж постепенно заполнялся народом: позагорать в прекрасную солнечную погоду пришли не только адепты. Неподалеку на лужайке за садовым столиком из ярко-голубой пластмассы о чем-то увлеченно болтали Орхидея, Кобра и еще одна, незнакомая мне дама преклонного роста. Ее седые волосы выбивались из-под соломенной шляпы, большая половина лица скрывалась за огромными солнечными очками.