Ричард Матесон - Отзвуки эха

— Но почему все-таки я?

— Ты или кто-нибудь другой — какая разница? Главное — это никак не связано с наследственностью. — Тут Алан необычайно оживился. — Это, кстати, мой тезис. К счастью для тебя, он коренным образом отличается от мнения большинства моих коллег. Приди ты к кому-нибудь из них, диагноз «шизофрения» был бы тебе гарантирован.

— Я бы не смог их винить, — вздохнул я. — Последнюю неделю я вел себя как законченный псих.

— Прежде чем перейти к деталям, — отозвался Алан, — я бы хотел объяснить тебе несколько общих моментов, которые могут представлять для тебя интерес. Видишь ли, человеческий разум эволюционировал по определенной схеме. Сначала была аморфность, то есть нечто расплывчатое, неоформившееся. Затем — пробуждающееся сознание. Потом — возникновение инстинктов, потом — отдельные проявления индивидуальности, а следом — подавляющее влияние коллектива. И наконец, простейший разум. Далее — утрата способности к широте реакций, другими словами — сужение границ восприятия. Максимальные ограничения в обмен на максимальную силу, сконцентрированную в определенном направлении. Вот в этом-то состоянии мы и пребываем в настоящее время. Мы большие специалисты в области техники, но слепые котята в вопросах самопознания. И последняя стадия, которая еще не насту пила, но определенно приближается, — сохранение здравого смысла и объективности на достигнутом уровне и вместе с тем погружение в былую аморфную неразумность. На первый взгляд это шаг назад, но на самом деле это будет гигантским скачком вперед, к личности, к ее чувствам и ощущениям. Так сказать, шаг к себе. К осознанию себя. — Алан снова улыбнулся. — Я столько всего наговорил... Ты еще в состоянии что-нибудь воспринимать?

— Пытаюсь Я напряженно вдумывался в его слова. — Ты хочешь сказать, что случай со мной — это своего рода сбой... непроизвольный скачок в эволюционном процессе?

— Не совсем. Я считаю, что гипноз, вернее не вполне корректный вывод из состояния гипноза, пробудил в тебе скрытые силы, Иначе говоря, выпустил на свет божий твоего психического двойника. Твой пси-фактор.

Должно быть, я выглядел обескураженным, потому что Алан счел нужным пояснить:

— Это такое состояние умственной деятельности, при котором имеют место паранормальные познавательные способности.

— Ах, ну да! — не удержавшись, фыркнул я. — Вот теперь мне все сразу стало ясно.

Алан весело рассмеялся, затем уселся поудобнее и внимательно посмотрел мне в глаза.

— Есть одна существенная деталь, — произнес он. — То, что я сказал, признается немногими специалистами, и я имею честь быть в их числе. Вот ты спросил, почему именно с тобой такое случилось, а я ответил, что то же самое могло произойти с любым другим человеком. Это исключительно важно. Я уверен, что любое человеческое существо с рождения наделено психической восприимчивостью, правда в различной степени, и достаточно иногда простого прикосновения, чтобы привести этот тончайший механизм в действие.

На деле же, — продолжал он, — в эту способность не очень-то верят. Сейчас эти идеи не пользуются особой популярностью, потому что во всем этом отсутствует очевидность. Как и все прочие науки о человеке, изучение человеческих реакций требует к себе особого внимания. Отрицательное отношение приносит только вред. Здесь ничего нельзя потрогать или измерить независимо от того, веришь в это или нет. Поэтому с научной точки зрения теория выглядит зыбко и неубедительно. Но я убежден: когда люди осознают существование своего пси-фактора, они смогут реализовать свои потенциальные возможности, которые долгое время не использовались.

— Знаешь, — задумчиво произнес я, — это странно, но несколько раз я готов был поклясться, что Ричард знал, о чем я думаю, и знал, что я знаю, о чем он думает.

— Это вовсе не странно, это более чем вероятно, — отозвался Алан. — Пока дети не умеют общаться посредством слов, они, скорее всего, используют свои природные телепатические способности, которые также имеют историческую основу. Я верю, что в доисторические времена, до появления речи, паранормальные способности были в порядке вещей. И это вполне объяснимо. Нельзя же абсолютно все человеческие потребности выразить при помощи жестов и гримас.

— Тогда получается, что с появлением речи эти способности были утрачены? — Я вроде бы что-то начал понимать.

— Скорее подавлены, — ответил Алан. — Но я убежден, что они все еще живут в каждом из нас. — Он помедлил немного и снова заговорил. — Что касается твоего случая, — сказал он, — думаю, восприимчивость, высвобожденная в тебе, ближе к возможностям доисторических людей, чем к человеку будущего. Но не расстраивайся. Девяносто пять процентов так называемых медиумов плывут с тобой в одной лодке, хотя они никогда со мной не согласятся. Но, судя по беспорядочным, абсурдным и противоречивым результатам их сеансов, это не подлежит сомнению. Именно поэтому видения приходили к тебе неожиданно. Единственное, что им предшествовало, — это некий физический дискомфорт, что также является признаком вашего, а точнее, нашего несовершенства. Настоящие медиумы не чувствуют ухудшения своего физического состояния ни до, ни после сеанса. Их восприимчивость носит сугубо умственный характер, она идет, если так можно выразиться, от мозга, а не от болезней души и сердца. И разумеется, они полностью контролируют ситуацию.

— Знаешь, — устало усмехнулся я, — ты меня немного утешил. Оказывается, я не один, есть и другие люди, испытавшие то же самое.

— Сколько угодно, — кивнул Алан. — Причем большинство из них называют свои способности даром, хотя лично я назвал бы этот дар физическим недостатком. Посуди сам: в условиях, когда недостаточно знаешь и понимаешь самого себя, движение наугад способно принести больше вреда, чем пользы.

— Аминь, — вставил я.

Алан улыбнулся:

— Представь себе: ты, как и большинство медиумов-дилетантов, идешь по темному тоннелю с фонариком, который включается и выключается сам по себе, независимо от твоего желания. Ты успеваешь бросить лишь мимолетный взгляд на то, что вокруг тебя, не зная, что увидишь в следующий миг.

— Звучит не очень обнадеживающе.

— Это только начало. Что касается деталей, они сводятся к одному — телепатии или ее проявлениям. Ты знал, когда на голову твоей жены свалилась банка, потому что она непроизвольно послала тебе мыслеформу боли, а ты уже преобразовал ее в физическое ощущение. Ты был настроен на волну няньки Ричарда и почувствовал, что она собирается сделать какую-то пакость. Примерно так же обстояло дело и с вашей соседкой. Ты действительно несколько раз уловил ее мысли, а остальное непроизвольно домыслил сам.