Доктор Хаус - Виагра для дракона

    Какое все-таки блаженство жить! Вдыхать обожженным горлом насыщенный терпкими запахами городской воздух, чувствовать почти приятную, наполненную чувственным зудом боль в израненном теле. Даже рыдания Катерины не портили общее благолепие, ревела она с явным облегчением и при том очень осторожно обтирала мое лицо чем-то мягким и влажным.

    Открывать глаза не хотелось, - меня вполне устраивала игра света и тени через прикрытые веки. Из блаженного неделанья[62] меня безжалостно вырвала сирена скорой помощи, прибывшей к месту недавней «разборки». Чтобы видеть место происшествия, мне не нужно было присутствовать рядом. Достаточно того, что  внимание[63] оказалось притянуто резким звуком сирены, и я увидел все поле боя.

    Обильно пролитая кровь еще светилась, но сияние ее стремительно слабело, - его стремительно поглощали слетевшиеся со всего двора мелкие духи.

    Убиенных оказалось на удивление мало: один болтался в трех метрах позади отъезжающей скорой, как несуразный воздушный шар, привязанный к своему телу тающей с каждым мгновением серебристой нитью. Еще двое призраков продолжали драку, не замечая своего бедственного положения, а дела их были плохи.

    Мелкие эльфы, гномы и ундины из соседнего болотистого пруда, самозабвенно пожирающие светимость свежей крови не представляли для расставшихся с телом опасности. Но из глубин земли уже доносился низкий басовитый гул, предвещающий неизбежное появление Служителей Кармы[64].

    Рядом с телом, над которым работал судмедэксперт, фантом погибшего тщетно пытался привлечь к себе внимание живых.

  Мужчина явно сохранил в посмертии достаточно ясное осознание, что случается не столь уж часто и говорит о высоком уровне развития души. В его ситуации эта ясность сослужила дурную службу.

    Когда на асфальте появилось дышащее ледяным холодом серое пятно и стало стремительно распространяться в его сторону, убитый охранник Могилы все понял. Он рванулся было от своего тела, но вязкая ледяная тьма стремительным броском схватила ноги призрака.  

       Мне не хотелось видеть ужас встречи с посмертной судьбой погибших в перестрелке бандитов, а оперативно подоспевшие на место преступления ребята из «убойного отдела» не замечали ничего, что выходило за рамки обыденного.

     Убедившись, что опера не интересуются примятой крапивой, отмечающей путь нашего бегства, и самоотверженно стремятся поскорее завершить воскресный вызов, я вернулся в свое тело. Глаза мои отказывались верить происходящему, - Катя делала мне искусственное дыхание. Точнее пыталась делать, и губы у нее были весьма приятны на вкус…

— Дурак, почему ты перестал дышать! Я думала конец, все глаза выплакала. Как так можно, лежал и притворялся мертвым, дубина бесчувственная! – Размазывая косметику по заплаканному лицу, Ангел-хранитель не прекращала свои речи, пока не высказала все, что накопилось у нее на душе за последнее время.

   Я не перебивал, за двадцать минут девочка пережила столько, что многим хватило бы на годы лечения в клинике неврозов. Наконец она выдохнула и затихла, настороженно глядя на меня.

 – Ты как, в порядке? – в ее наивном вопросе сквозила надежда. Девочка на самом деле думала, что ее волшебный принц, только что получивший пулю в сердце, запрыгает зайчиком после поцелуя красавицы. Формально и поцелуя то не было, так, оказание первой помощи боевому товарищу. Хотя по друзьям так не убиваются…

   - Ты не можешь говорить, Платон? И чего ты так уставился на мою грудь! Только что при смерти был и опять на женские сиськи пялишься, будто только что с гор спустился! – Да, видать что-то есть у меня от горца, если женщины из разных, так сказать, социальных групп так меня обзывают. Придется переходить к грубой реальности.

– Катенька, во-первых, спасибо тебе большое, ты молодец, все сделала как надо, без тебя мне бы не выбраться.

 – Говорить я мог только шепотом, но постарался придать голосу примирительно-благодарные интонации.

 – Во-вторых, меня нельзя трогать, я даже перевернуться сейчас не смогу, чтобы не началось кровотечение. Должен тебе сказать, - нам крупно повезло, ребята пользовались совершенно незаконным, но малокалиберным оружием:  автоматы УЗИ[65] – это не Калашников.

     Если б в нас из «Калаша» очередь засадили, мы бы сейчас на том свете переговаривались. Ты, голубушка, в рубашке родилась, бронежилет в рюкзаке пули задержал, - только пендаля хорошего получила. А вот мне не подфартило, схватил одну в спину. Но суперменам пули нипочем, отдохну тут до вечера, и порядок.

--Мне приходилось лавировать, чтобы, с одной стороны, довести до Катерины истинное положение вещей, с другой, - не вызывать излишней паники.  – Сейчас нам нужно сообща выбираться, и так, чтобы никто в милицию не донес, если менты в деле, то кранты, – есть официальный повод нас задержать. Так что первое дело - вид цивильный приобрести, а то ты как «жрица любви» после неудачной ночи…

-- Катерина одарила меня еще одним зверским взглядом, но промолчала. Она только что достала из сумочки зеркало и с помощью влажных салфеток сосредоточенно удаляла пострадавший макияж. Вокруг ее левого глаза неотвратимо расплывался фиолетовый кровоподтек, замазать который будет непросто. 

    Но косметическими дефектами займемся потом, в первую очередь следовало позаботится о моем скорейшем восстановлении. Конечно, я уже не умирал. За время, проведенное в аду, основные «пробоины», через которые меня покидала жизнь, были залатаны.

   Однако для роста тканей требуется время, и оно, даже с учет моей фантастической скорости регенерации, не исчисляется минутами. Ускоренный обмен имел и обратную сторону, мое тело тратило свои ресурсы стремительно, и уже сейчас кожа заметно обтягивала кости. Надо было срочно что-то съесть, а есть было нельзя – пуля-дура повредила пищевод.

--Обрати свое внимание, Катюша, на те растения, что окружают тебя: -- слева мы видим прекрасный образец  Hypericum Perforatum, по нашему. Зверобой продырявленный, прекрасный антисептик и стимулятор роста нервных волокон. Прямо перед тобой заросли, а это редкость в нашем городе, Milleofolium Achillea[66]. Лучше тысячелистника трудно найти травы для  остановки кровотечения и заживления ран. И, наконец, прямо под твоей прекрасной…, ну под тем местом, на котором сидишь, мне видится листья подорожника. Фактически, мой юный доктор, мы имеем готовую аптечку раненного супермена.

  -- Катя слушала внимательно, впрочем, не прекращая кропотливой работы по восстановлению своей боевой раскраски. Получалось это у нее неплохо, даже фингал под глазом был частично замазан, и прикрыт появившимися из недр сумочки гламурными черными очками. С ними в облике девушки появилось нечто хищно стрекозиное. Только порядком запачканная юбка не очень-то гармонировала с общим впечатлением «клубной» тусовщицы.