Джозеф Ле Фаню - Тайна гостиницы Парящий Дракон

Глава 22.

Тайная встреча

Вокруг царила непроглядная тьма. Я спустился по винтовой лестнице на каменный пол, отыскал дверь и нащупал замочную скважину. Стараясь действовать осторожнее и поменьше шуметь, я отпер дверь и вышел. В зарослях кустарника было едва ли светлее, чем на лестнице.

Я запер дверь и принялся медленно пробираться через подлесок. Вскоре заросли стали не такими густыми. Идти стало легче. Надежно укрытый от посторонних глаз, я шел по лесу, держась неподалеку от опушки.

Вскоре я различил впереди, ярдах в пятидесяти, смутные очертания древнего храма. Мраморные колонны, словно призраки, белели меж высоких стволов. Все складывалось как нельзя лучше. Мне удалось ввести в заблуждение собственного слугу, хозяина «Парящего Дракона» и всех тамошних прислужников; ночь выдалась такая темная, что пусть хоть все постояльцы гостиницы выглянут из окон, заподозрив неладное, я сумею избежать их любопытных взглядов.

Пробираясь между деревьями, перешагивая через могучие корни, я приблизился к условленному наблюдательному пункту. Я поставил кожаный чемоданчик со своими сокровищами в стенной проем и, облокотившись на него, принялся внимательно всматриваться в замок. Очертания шато, едва различимые на фоне ночного неба, терялись во мраке. Ни в одном из окон не было света. Оставалось только ждать, долго ли?

И только сейчас, когда я стоял, облокотившись о чемодан с деньгами, и, окрыленный самыми пылкими и радужными мечтаниями, всматривался в сумрачный силуэт замка, меня вдруг посетила чудовищная мысль, которая, как вы догадываетесь, должна была прийти мне в голову давным-давно. Тотчас же ночь показалась мне гораздо темнее, по спине пробежал неприятный холодок.

Что, если я бесследно исчезну, подобно героям слышанных мною историй? Ведь я сделал все возможное, чтобы замести следы, сохранить в тайне мои истинные устремления, увести всех, кто станет меня разыскивать, в ложном направлении!

Леденящая предательская мысль змеей проскользнула у меня в голове, но я постарался поскорее прогнать ее.

Разве не нахожусь я в расцвете молодости и сил, разве не бурлит во мне кровь, не манит страстная любовь и тяга к приключениям! Разве нет у меня пары двуствольных пистолетов — значит, у меня в руках четыре человеческих жизни! Что может случиться со мной? Старый граф — что из того, если он встанет у меня на пути, я ведь сам видел, как он трясся от страха, когда на него налетел разъяренный полковник. Однако ради спокойствия моей Дульсинеи я, пожалуй, не трону его. Ничего страшнее неожиданной встречи с графом не приходило мне в голову. Нет, графиня такая умная и храбрая, она сумеет устроить так, что никакие недоразумения не смогут помешать нам. Я посмеялся над собственными страхами.

Пока я беседовал сам с собой, в окне загорелся долгожданный свет.

Couleur de rose — огонек цвета розы, цвета надежды, заря счастливого дня.

Фонарик в окне светил ярко, ровно. Каменные башни на крыше замка казались рядом с ним еще чернее. Со словами страстной любви на устах я зажал под мышкой дорожный сейф и, не сводя глаз с заветного огонька, быстрыми шагами направился к замку Шато-де-ла-Карк. Ничто не возвещало об опасности — не мелькал за деревьями свет, не слышались голоса, не звучали чужие шаги, не лаяли собаки. Подойдя к высокому окну, я обнаружил, что к нему ведет лестница из дюжины ступеней. Массивная железная решетка, служившая дверью, была раскрыта, шторы на окне опущены.

Изнутри на шторы упала чья-то тень; невидимая рука раздвинула занавеси. Поднявшись по ступеням, я услышал тихий шепот: «Ричард, дорогой Ричард, придите, придите же скорее! О, как давно я вас жду!»

Моя возлюбленная показалась мне даже прекраснее, чем раньше. Любовь моя переросла в страстный восторг. Я желал только одного — чтобы у меня на пути встала настоящая опасность; тогда я сумею доказать, что достоин быть рядом с таким восхитительным созданием. После бурных приветствий графиня усадила меня на диван возле себя. Мы поговорили минуту-другую. Она сообщила, что граф ушел; похоронная процессия направляется на кладбище Пер-Лашез и в эту минуту удалилась от замка, вероятно, не менее чем на милю. Бриллианты находятся у графини. Она торопливо раскрыла шкатулку — внутри искристой россыпью сверкали великолепные драгоценности.

— Что это? — спросила графиня, указывая на мой дорожный сейф.

— Здесь лежат тридцать тысяч фунтов стерлингов, — ответил я.

— Как! Все ваши деньги? — воскликнула она.

— До последнего су.

— Разве нужно было брать с собой так много, ведь у нас есть это, — она указала на бриллианты. — С вашей стороны было бы очень любезно, если бы вы позволили мне хоть какое-то время содержать нас обоих. Я была бы так счастлива!

— О, мой милый, щедрый ангел! — возгласил я. Как оказалось впоследствии, ничего опрометчивее я не мог произнести. — Не забывайте, что нам придется очень долго скрываться от людей, хранить в тайне наше местопребывание.

— У вас при себе такая большая сумма; вы пересчитали?

— Да, конечно; я получил их не далее как сегодня, — ответил я, не сумев скрыть удивления. — Разумеется, пересчитал, когда получал у банкира.

— Мне не по себе, когда приходится путешествовать с такой крупной суммой; но отправляться в дорогу с этими бриллиантами едва ли не опаснее. Давайте положим их вместе; когда мы сядем в карету, вы снимете пальто и накроете им наш багаж.

Мне бы не хотелось, чтобы кучера заподозрили, что у нас при себе такие сокровища. А теперь будьте добры, задерните занавески и закройте ставни.

Едва я успел выполнить ее просьбу, как в дверь комнаты громко постучали.

— Я знаю, кто это может быть, — шепнула графиня.

Я заметил, что она не встревожилась. Графиня тихо подошла к двери и шепотом заговорила с кем-то.

— Это моя служанка, я ей вполне доверяю. Она поедет с нами. Говорит, что нам следует отправляться не ранее чем через десять минут. Она принесет нам кофе в соседнюю комнату.

Графиня приоткрыла дверь и выглянула.

— Пойду скажу ей, чтобы не брала слишком много чемоданов. Эдакая дуреха! Не ходите за мной, подождите здесь. Будет лучше, если она вас не увидит.

Жестом призвав меня к молчанию, графиня вышла из комнаты. В манерах этой очаровательной женщины произошла необъяснимая перемена. В считанные минуты ее словно накрыла сумрачная тень. Графиня казалась рассеянной; можно было подумать, что она чего-то боится. Почему она побледнела? Почему потемнел ее взгляд? Почему изменился голос? Что-нибудь идет не так, как было задумано? Нам грозит опасность?