Лиза Смит - Дневники Стефана. Жажда крови

Келли знала. Келли знала и сама приготовила мне такую судьбу. Я снова сжал челюсти, готовый драться, готовый дать толпе зрелище, которого она жаждала. Джаспер повел меня по кругу, предоставляя зрителям последнюю возможность оценить мою силу, а потом поднять ставки. Я слышал обрывки разговоров:

Этот выше на дюйм. Я меняю ставку.

Твоей старухе понравился бы такой подарочек на юбилей?

И как они сражались против настоящей пумы?

Человек в рясе, стоящий рядом с Галлахером, поднял руки, чтобы успокоить толпу. Я узнал заклинателя змей.

— Да прольется свет на эту битву, и да попадет душа проигравшего в очищающий адский огонь! — прокричал он, и шатер забесновался. Раздался свисток, и битва началась.

Дамон кружил вокруг меня, пригнувшись к земле. Как будто мы снова были детьми и боксировали друг с другом. Я скопировал его стойку.

— Крови! — крикнул какой-то пьяный, нависающий над барьером.

— Крови! Крови! Крови! — кричали все. Мы с Дамоном медленно кружили по арене.

— Давай не будем этого делать, — предложил я, — давай откажемся. Что они сделают?

— Дело не в этом, братик. Нам двоим тесно в этом мире.

Гнев загорался в глубине моего существа. Почему тесно? Почему Дамон не может простить меня? Я больше не думал, что его мучает память о Катерине. Я понял, что он боится меня. Не меня настоящего, а того меня, которого он придумал, — чудовища, которое убивает, ничего не боясь и не думая о последствиях. Как он мог не заметить всех моих попыток сделать его счастливым, попыток спасти его? Я ударил, попав Дамону в щеку. Из лопнувшей кожи потекла кровь, и толпа завопила.

В ответ Дамон ударил меня в плечо, швырнув на землю.

— Зачем ты это сделал? — К восторгу публики, Дамон обнажил клыки.

— Ты этого хотел, — прошептал я, тоже показывая клыки и беря его в захват.

Он вывернулся и вернулся в свой угол. Мы стояли на разных концах арены и смотрели друг на друга — испуганные, злые, одинокие.

— Деритесь! — ревела толпа.

Галлахер смотрел на нас, не зная, что делать. Он щелкнул пальцами, Джаспер и Бак побежали к нам с колами, чтобы заставить нас драться. Они толкали нас, пока мы не стали почти вплотную друг к другу и не подняли кулаки. Но тут сверху раздался громкий, оглушающий треск, как будто небо развалилось пополам. Взвился холодный вихрь, поднявший облако опилок и пыли. Я почувствовал запах дыма.

— Пожар! — закричал кто-то.

Я огляделся. Часть шатра горела, люди бежали во все стороны.

— Пошли! — Я почувствовал на плечах чьи-то руки. Келли. — Да пойдем же! — Она толкала меня в спину. В руках у нее был топор, и постепенно я начал понимать, что случилось. Она на самом деле подрубила опоры шатра, а потом подожгла его? — Шевелись! — Келли снова толкнула меня. Для человека она была очень сильной, и через пару секунд бессмысленного топтания на месте я схватил Дамона за руку, и мы побежали мимо палаток, вдоль по реке, все быстрее и быстрее, к дому.

29

Мы с Дамоном с нечеловеческой скоростью бежали по улицам Нового Орлеана. Когда мы только приехали, он неохотно следовал за мной, но сейчас мы мчались бок о бок, а кирпичные и саманные строения по сторонам сливались в одно неясное пятно.

Арена изменила наши отношения — я чувствовал это всем своим существом. Что-то мелькнуло в глазах Дамона, когда он посмотрел на меня и отказался атаковать, несмотря на крики толпы. Я думал, как закончилась бы битва, если бы шатер не загорелся. Мы пошли бы на людей плечом к плечу? Или один из братьев Сальваторе закончил бы свою жизнь в луже крови на пыльном полу?

Мелькнуло воспоминание о пылавшей, как огромный факел, церкви Мистик-Фоллз. Горожане спалили церковь и запертых в ней вампиров в ту самую ночь, когда отец убил нас — и вампиршу, которую любил Дамон.

Но мы с Дамоном до сих пор живы, как фениксы, восставшие из пепла былых вампиров. Может быть, из пламени горящего цирка в этом новом для нас городе родится и наша новая близость — как новые побеги поднимаются на полях, в прошлом году выжженных дотла.

В унисон стуча подметками по булыжной мостовой, мы с Дамоном бежали по переулкам и улицам, которые я так хорошо выучил за несколько прожитых здесь недель. Но когда мы повернули на Дофин-стрит, куда мы с Лекси ходили за покупками, я остановился. На витрине швейной мастерской висел грубый набросок, изображавший нас с Дамоном, припавших к земле, с обнаженными клыками. «Битва века» — гласила надпись. Я прикинул, не Келли ли нарисовала это. Может быть.

Дамон наклонился поближе, изучая афишу.

— На этом рисунке ты полноват, братец. Наверное, стоит на время отказаться от официанток.

— Ха-ха, — кисло сказал я и осмотрелся. Со стороны цирка слышались крики. Начало было хорошим, но, если этих афиш столько же, сколько афиш с Дамоном, мы не будем в безопасности, пока не доберемся до дома.

В отдалении высилась колокольня церкви, стоящей по диагонали от дома Лекси.

— Пошли! — Я подтолкнул Дамона к церкви, и больше мы не разговаривали, пока не добрались до старого белого дома.

— Ты здесь живешь? — Дамон кривил губы, пока его глаза перебегали с проваленного беленого крыльца на темные окна.

— Я понимаю, что этот дом не совсем соответствует твоим меркам, но всем нам время от времени приходится чем-то жертвовать, — саркастически сказал я, проводя его к задней двери.

Дверь открылась, бросив на темную землю треугольник света.

Я поднял руки, увидев в дверном проеме Лекси.

— Я помню, что ты запрещаешь приводить гостей но…

— Быстро заходите! — Она закрыла дверь в ту же секунду, как мы пересекли порог. В зале горели свечи. На стульях и кушетках сидели Бакстон, Хьюго и Перси, как будто застигнутые в разгар какого-то собрания.

— Ты, должно быть, Дамон, — кивнула Лекси, — добро пожаловать.

Я знал, что Дамон ее разглядывает, и мне было интересно, что он скажет.

— Да, мадам, — слегка улыбнулся Дамон, — но боюсь, что за все то время, что мы провели в плену, мой брат не удосужился рассказать о вас и вашей — он взглянул на Перси и Бакстона, — семье.

Перси дернулся встать, но Лекси остановила его жестом:

— Я Лекси. Раз Стефан твой брат, то мой дом — твой дом.

— Мы сбежали, — начал объяснять я.

— Я знаю, — кивнула Лекси, — Бакстон там был.

— Правда? — удивился я. — Ты поставил на меня или против?

Дамон усмехнулся. Лекси положила руку мне на плечо:

— Не злись. Он был там, чтобы тебе помочь.

— Вы хотели мне помочь?

Бакстон откинулся на спинку стула:

— Да. Но кому-то пришла в голову блестящая идея поджечь весь цирк, и я убежал, — он сложил руки на груди, как будто бы довольный своим участием в этой истории.