Дженнифер Рардин - Двум смертям не бывать

Я вгляделась в полумрак зала. Вдруг у меня волосы на шее зашевелились под рябью силы, долетевшей с другого конца помещения.

— Ты чувствуешь? — спросила я Коула.

Он кивнул. Вид у него был мрачный и слегка потрясенный.

Я выбралась из-за стола, кажется, извинилась, не помню. Сила меня звала с такой тягой, какой я никогда не испытывала. Она исходила с противоположного конца ресторана — туда я и направилась. Коул шел по пятам, не отставая.

— Вайль? — позвала я шепотом. — Вайль, ты где?

Запах я ощутила раньше, чем присутствие — внутренние чувства резануло бичом укротителя, омерзительное сочетание тухлых яиц и гари. Магия метнулась мимо меня, обжигая по дороге, будто я стояла слишком близко к горящей душе. Зато я хотя бы поняла, что источником ее был не Вайль. От ощущения его силы мне никогда не хотелось вымыться со щелоком. Эта исходила от вампира совершенно иного сорта.

Я обернулась, выискивая, на кого он нацелился, и нашла почти сразу: лысеющий мужчина лет тридцати пяти, в очках, с добрым лицом и руками человека, который сам в саду не работает, а кого-нибудь нанимает. С ним за столом сидели еще трое — я думаю, жена и сыновья. Они уставились на него, онемев от изумления, а он схватился за горло, лицо его налилось краснотой такого оттенка, какого я до сих пор не видала.

— Чарли, что с тобой?

Женщина привстала, но Чарли ее опередил. Он рывком вскочил на ноги, опрокинув стул, и посетители, оторвавшись от своих разговоров, повернулись к нему.

— Смотрите, он задыхается! — взвизгнула пожилая дама, чья эбеновая трость вполне могла быть в родстве с тростью Вайля. Я думала, Чарли кивнет, но он схватился руками за грудь, прижал их, будто подавляя бунт внутренностей, которые просятся наружу.

Дети, белокурые ангелы лет семи и девяти, сидели неподвижно, но я видела, как они судорожно вцепились друг в друга.

— Звоните девять-один-один! — заорал женский голос, и весь зал взорвался гулом голосов. Жена орала: «Чарли, Чарли!» — а посетители с моей стороны зала подбегали посмотреть, что случилось.

Чарли свалился, продолжая хвататься за грудь, и сила магии хлынула потоком, который мог бы показаться неудержимым — не знай я, что это не так.

Мне надо было найти Вайля. Нам надо было найти вампира, напавшего на Чарли, но я не успела двинуться с места, как меня остановил сам Чарли. Он лежал на полу, глаза его были открыты — и пусты, как мраморные шарики. Я много видела мертвецов за свою жизнь, и Чарли теперь вошел в это число. Но то, что случилось после этого, было мне внове.

Из тела Чарли изошел слепящий свет и повис над ним, как утренний туман, только намного плотнее. Призрачный бриллиант размером с Чарли плавал в трех футах над полом ресторана «Умберто», и каждая грань горела собственным цветом. Потом — будто какая-то космическая рука завертела калейдоскоп — бриллиант раскололся, завертелся, сформировался по-новому, множество самоцветов заплясали в воздухе над телом Чарли, и через секунду разлетелись зрелищным китайским фейерверком.

Один влетел точно в рот жене, заставив ее замолчать немедленно. Два — к детям, осторожно опустились на лоб каждому и скрылись из виду. Какие-то вылетели в окна, в стены, в двери — наверное, нашли свой путь к близким друзьям и родным. А самый большой пролетел через потолок, неизвестно куда направляясь, но я — уставшая от жизни, циничная Жас — считаю, что на небо.

— Потрясающий эффект, Вайль, — буркнула я про себя.

— Что?

Я обернулась. Он стоял за мной, не дальше трех футов, и смотрел на происходящее из закоулка за гевеей в углу возле туалета. Его сила мерцала и переливалась. Обычный человек, глядя прямо на него, ничего бы не увидел, но никто не смотрел, кроме меня, и только я видела, как он сгущается из воздуха. Так наливается цветом эскиз на экране компьютера. Только что был набросок мелом — и вот это уже суровый, красивый джентльмен, любующийся комнатными растениями.

— Вайль, — начала я, но Коул шагнул к нам, дернул Вайля за рукав, заставив развернуться к нам лицом.

— Кто это сделал? — спросил он требовательно. — Кто убил этого человека, пока ты стоял и смотрел?

— Я здесь чужой и не могу вмешиваться…

— Черт побери, это же не экспедиция «Нэшнл джиогрэфик», ты не должен прятаться в кустах и смотреть, как львы убивают зебр! Здесь надо убивать львов!

— Здесь мы львы, — поправил его Вайль. — И мы действуем крайне осторожно перед тем, как бросить вызов другому прайду. Надо ведь иметь соотношение сил в свою пользу, не так ли?

Коул готов был броситься на Вайля, как троглодит.

— Именно так, — согласилась я, хватая Коула за руку и сжимая, чтобы он обернулся ко мне. — Убивать на расстоянии — это сила мощная и подлая, Коул. На ее пути становиться не надо, если не хочешь быть серьезно изувечен.

— Да кто же вы такие? — прошептал Коул.

Мыс Вайлем оба хранили каменные лица и леденящее молчание. Хотя Джон К. Обыватель знает о нашем существовании, он не любит, чтобы ему напоминали о нас слишком часто. Нечто подобное почувствовал сейчас Коул.

Прибыли две машины «скорой», и Чарли вывезли на каталке. Следом шло его ошеломленное семейство. Менеджер «Умберто» сумел наконец уговорить всех вернуться на места, предложив каждому списать половину счета, чтобы народ не бросился прочь. И это здорово помогло.

— Коул! — Я повернулась к нему, глубоко вдохнула и мысленно с ним попрощалась. — Уходи отсюда.

Уходи, уходи, уходи…

— Нет, погоди минутку, — хором ответили Коул и Вайль и поглядели друг на друга с удивлением: они не ожидали от себя такого единодушия.

— Ты когда-нибудь дрался с вампиром? — спросила я Коула.

— Нет, но…

— Тогда нет смысла тебе здесь оставаться. Уходи, пока еще сохранил свою человеческую суть.

— Но как же…

— Мы тебе позвоним, ладно? — Я не собиралась этого делать, считая, что сумею отговорить Вайля от использования связей Коула, как бы соблазнительны они ни были. Небольшое путешествие по дорогам памяти слишком хорошо напомнило мне, как это больно — терять хороших парней. А чем больше я узнавала Коула, тем больше понимала, что он как раз из них. — Только очень тебя прошу, уберись отсюда до того, как вампир, убивший Чарли, поймет, что ты с нами.

Он посмотрел на меня пристально, пытаясь разобраться в выражении моего лица.

— О'кей, уйду. Как только ты мне дашь свой телефон.

Я начала было спорить, но Вайль — словно фокусник из рукава — достал и протянул ему нашу визитную карточку.

Коул прочел вслух:

— «Робинсон — Бхейн, антиквариат. Специализация по редкостям восемнадцатого века». — Он посмотрел на Вайля: — Наверное, у тебя отлично получается, раз ты знаешь материал из первых рук.