Чайна Мьевиль - Кракен

Ознакомительный фрагмент

«Господи Иисусе, — подумал Билли, — вот ведь мрачная теология». Его удивляло, что тевтексу удается удерживать в этом зале людей, не давая им взамен никакой надежды. Так полагал Билли, но притом видел, что здесь вовсе не витает дух отрицания, что паства преисполнена надежды, безотносительно к словам тевтекса, и что сам он питает ту же надежду. Доктрина была не такой уж доктринерской.

— И второе, — сказал Мур. — Помните о движении, которое похоже на неподвижность.

Эти слова вызвали легкий трепет. Не последовало ни причастия, ни выноса — например, священного кальмара.

Нестройно зазвучал громыхающий бессловесный гимн, и прихожане гуськом потянулись к выходу, бросая на Билли странно-заискивающие взгляды. Парни же, казалось, жаждут встретиться с ним глазами.

Дейн и Мур подошли к Билли.

— Ну вот, — сказал тевтекс. — Ваша первая служба.

— Что это за белка? — спросил Билли.

— Наемница, — сказал Дейн.

— Что? Какая такая наемница?

— Фамильяр по вызову, — (Фамильяр?) — Ну-ну, не надо так смотреть. Помощница. Не делай вид, что ни о чем таком не слышал.

Билли подумал о черных котах.

— Где она сейчас?

— Не знаю и знать не хочу. Она сделала то, за что я ей заплатил. — Дейн избегал его взгляда. — Работа выполнена. Вот она и исчезла.

— Чем ты ей заплатил?

— Да орехами, Билли. Чем еще платить белке?

Лицо у Дейна было настолько невыразительным и скучным, что Билли не мог разобрать, правда это или издевка. Добро пожаловать в новую сферу деятельности. Волшебным животным здесь платят — скажем, орехами. Билли осматривал картины и книги в личных покоях Мура, отделанных в темно-серых тонах.

— Бэрон… — начал Билли.

— А, Бэрон! — воскликнул Дейн. — Знаем такого. И его маленьких друзей.

— Он говорил мне, что украдены кое-какие книги.

— Они у нас в библиотеке, — сказал тевтекс, разливая чай. — Ксерокопиями мир не убедишь.

Билли кивнул, словно в этом была какая-то логика.

— Так что же происходит? — сказал он. — Чего хочет тот… тот человек? И почему вы держите меня в заключении?

Мур посмотрел на него вопросительно.

— В заключении? А куда вы хотите отправиться?

Последовала пауза.

— Я ухожу отсюда, — сказал Билли, а потом быстро добавил: — Что сделал… Госс… с Леоном?

— Вас сильно оскорбит, если я скажу, что не верю вам? — сказал Мур. — Вы хотите уйти? А я совсем в этом не уверен. — Он не опустил глаз под пристальным взглядом Билли. — Что вы видели? — Билли едва не отшатнулся — с такой настойчивостью был задан вопрос. — Прошлой ночью? Что вам снилось? Вы даже не знаете, почему вы в опасности, Билли. А если пойдете к Бэрону и Варди, опасность сильно возрастет. Я знаю, что они о нас говорят. — Он едва ли не лучился, не викарий, а этакий добрый малый. — Но эти сектоведы при исполнении помочь вам не смогут. Ведь вы уже попались на глаза Тату.

— Да, подумай о Тату, — сказал Дейн. — О том лице. О лице на спине у того типа. Как ты собирался справиться с ним, Билли? — Он помолчал. — И ты думаешь, полиция справится с ним по твоей наводке?

— К тому же дело не только в этом, — добавил Мур. — Как будто одного этого мало. Я понимаю, все это слишком… Итак. Дело не только в Тату. Случилось нечто — и все внезапно соглашаются, что конец не за горами. Обычная история, скажете вы — и оказались бы правы… но я имею в виду действительно всех. Это чревато… последствиями. Надо быть там, где сила, вот что я вам скажу. Мы — Братство Бога Кракена. Настало наше время.

Они всё объяснили.

В Лондоне полно раскольнических богов.

Почему? Ну, должны же они где-нибудь обитать. Город, живущий своей собственной загробной жизнью. Почему бы и нет?

Разумеется, боги — они повсюду. Теургический сброд, те, кому некогда поклонялись или втайне поклоняются и по сей день, те, кому поклоняются отчасти, те, кого боятся и кем возмущаются, мелкие божества — они сеют свою заразу повсе−чтоб−им!−местно. Религиозные экосистемы цветут вовсю, ибо что угодно и где угодно может породить их главный элемент — благоговейный страх. Но тот факт, что тараканы существуют повсюду, не означает, что в конкретной нью-йоркской кухне нет особенных тараканов. И хотя ангелы не покидают насиженных мест, хотя в каждом камне, каждой сигаретной пачке, каждом холме, каждом городе присутствует свое божество — в Лондоне есть кое-что свое, необыкновенное.

Улицы Лондона — это каменные синапсы, прямо связанные с божествами. Если пройдешь к Тутинг-Беку верным путем, вызовешь одно божество, если неверным — другое. Ты можешь не интересоваться богами Лондона, но они интересуются тобой.

А где обитают боги, там есть уловки, деньги и вымогательство. Выпущенные из реабилитационных центров убийцы на религиозной почве, фермеры-оружейники и взломщики-любители. Криминальные авторитеты вроде Тату, эти некоронованные короли. Прежде чем стать тем, кем он стал, Тату был в доле с братьями Креями[19], и уже в те времена никто не смел оставлять свою входную дверь незапертой. Никто не помнил, как его тогда звали: это было частью того, что с ним случилось. Некое зловредное чудо перенесло его на чужую кожу, лишило прежнего тела и имени. Все, и он сам, понимали, что когда-то знали его старое имя, — но оно безвозвратно забылось.

— Тот, кто довел его до этого, был ушлым парнем, — сказал Дейн. — Было лучше, когда он был под боком, старина Гриз. Я знал кое-кого из его ребят.

Существовала многомерная решетка, образуемая географией, экономикой, обязательствами и наказанием. Преступность тесно переплеталась с верой («В Нисдене[20] всем заправляют Балбесы Дхармы», — сказал Дейн), хотя многие криминальные предприниматели являлись людьми сугубо мирскими, агностиками, атеистами или религиозно всеядными. Но общую картину определяла именно вера.

— Кто такие Госс и Сабби? — спросил Билли, сидя между Дейном и Муром, словно под стражей. Он переводил взгляд с одного на другого.

Дейн понурил голову, уставившись на свои огромные кулаки. Мур вздохнул.

— Госс и Сабби, — сказал он.

— Чем они занимаются? — поинтересовался Билли.

— Всем, что только можно вообразить.

— Любой мерзостью, — прибавил Дейн. — Госс торгует своей мерзостью.

— Зачем он убил того парня? В подвале? — спросил Билли.

— Законсервированного? — сказал тевтекс. — Если это его рук дело…

— Этот Тату думает, что спрута украл я, — сказал Билли.

— Вот почему он за тобой охотился, — объяснил Дейн. — Понимаешь? Вот почему я поручил белке наблюдать за тобой.

Конец ознакомительного фрагмента