Кристофер Голден - Привратник: 3. Сыновья Энтропии

– Да! – твердо сказал он.

– А если кто-нибудь попросит тебя пристрелить меня? – прошептала она.

Он повернулся и посмотрел ей в глаза: с тех пор как они последний раз виделись, она сильно повзрослела.

– Микаэла… – промолвил он, пытаясь придать го shy;лосу твердость и подавить волну симпатии и нежно shy;сти.

Она вновь заплакала:

– Руперт, прости меня, я о многом сожалею.

– Хорошо, но сейчас не время выяснять отно shy;шения. – Он старательно избегал ее взгляда. – Ты должна мне объяснить, что происходит.

– Да, конечно. – Она глубоко вздохнула. – Ви shy;дишь ли, мой отец… человек, которого я называла отцом… очень старый и могущественный маг.

– Да, я это знаю, – сказал Джайлс, хмурясь. – Но чего он хочет?

– Он хочет царствовать в Аду. – Ее милое лицо стало напряженным. – Годами он и его последователи говорили мне о Другом Мире, где обитают прекрас shy;ные существа из мифов и легенд, единороги, души… Он прервал ее:

– Демоны, монстры, пожирающие плоть вампиры, грифы и мантикоры [Мантикора – мифическое существо размером с лошадь с человеческим лицом, тремя рядами зубов, львиным телом, хвос shy;том скорпиона и красными глазами, налитыми кровью. Питается только свежим человеческим мясом. Упоминания об этом жутком сушестве встречаются еще у Аристотеля (IV в. до н.э.) и Плиния Старшего (I в. н.э.).]…

Она кивнула:

– Время от времени великая магия ослабляет сте shy;ны между реальным и Другим Миром, в некоторых местах они рушатся, образуя проходы.

– Иначе говоря, пролом в барьере, – задумчиво проговорил Джайлс. – Тот самый пролом, который Привратник затем должен закрыть.

– Да, – согласилась Микаэла. – Привратник и его наследники охраняли эти проломы, не пропуская через них монстров, удерживая их на протяжении многих веков в огромных комнатах Гейтхауса. – Она опустила глаза. – Я почему-то не видела этого рань shy;ше. Не понимала, что Кураторы необходимы в этом мире, что Привратник – хороший и достойный чело shy;век. А может быть, просто хотела верить, что любовь была… настоящей. Но когда я узнала правду, которую Фулканелли так умело скрывал от меня и своих по shy;следователей, то возненавидела его. Он открывает проходы не только между реальным и Другим Ми shy;ром, но также и между этими двумя мирами и Адом, используя для этого Дорогу Призраков, которая пол shy;на демонов из Преисподней, готовых напасть на нас

и уничтожить.

– Для чего ему это нужно? – спросил Джайлс, хотя прекрасно знал ответ.

– Власть, – просто сказала она. – Он один выжи shy;вет в этой бойне и будет править землей.

– А ты?

– Я могла бы получить значительные привилегии. Но сейчас, когда я предала Фулканелли, меня вклю shy;чили в список тех, кто подлежит уничтожению.

Джайлс молчал, размышляя над ее словами. Она протянула руку, как будто хотела до него дотронуть shy;ся, но тут же отдернула ее и положила на колени.

Немного помолчав, она сказала:

– Я видела тебя на встрече в библиотеке и должна была соблазнить, если бы это потребовалось. Но… – Она замолчала, потом коротко засмеялась: – Ты со shy;грел мое сердце и душу, невзирая на холод.

– Продолжай, – сказал он нетерпеливо. Сейчас она явно не флиртовала, да в этом и не было необходи shy;мости.

– Я знаю, что ты никогда больше не допустишь этой близости…

Джайлс поднес чашку к губам и сделал большой глоток.

– Здесь чертовски холодно, – сказал он после дол shy;гого молчания. – Надо разжечь огонь и ложиться спать. Завтра будет тяжелый день…

Джойс Саммерс пришла в сознание от сильного запаха аммиака. Она попыталась вдохнуть, но рот был залеплен скотчем. От аммиачных паров защипало глаза.

Он знала точно, где находится: заброшенный склад в районе «Твин» – безлюдная местность вдоль 17-го шоссе на окраине Саннидейла.

Ей не хотелось думать о том, что спасти свою жизнь она могла, лишь обменяв ее на жизнь Баффи. Этого не должно произойти. Хотя ей было очень страшно умирать, но Баффи будет жива.

– Миссис Саммере, здравствуйте. – Этот обман shy;чиво нежный голос принадлежал брату Клоду, главе Сыновей Энтропии. – Вы знаете, кто я?

Джойс кивнула.

– Это очень хорошо, – любезно сказал брат Клод. -У меня для вас сюрприз. Вам оказана наивысшая честь.

Она хотела умолять, чтобы ей сохранили жизнь. И была благодарна скотчу, залеплявшему ей рот и из shy;бавлявшему от унижения.

Резким движением Клод сорвал скотч, затем стя shy;нул с ее глаз повязку.

В первое мгновение Джойс зажмурилась от ярко shy;го света. Она не знала, сколько пролежала в темноте со связанными сзади руками. К тому же ее мучила жажда.

– Синьора, – сказал брат Клод, наклонившись к ней, – очень рад видеть вас.

Черты его лица были резкими, кожа без морщин, длинные белые волосы рассыпались по плечам. Уди shy;вительными были глаза – глубокие, гипнотизирую shy;щие. Джойс, сама того не осознавая, тонула в них, и, когда моргнула, чтобы сфокусировать взгляд, у нее появилось чувство, будто прошла вечность.

Вдруг брат Клод засмеялся гортанным, садистским смехом, который заставил ее содрогнуться.

– Стул, – сказал брат Клод, щелкнув пальцами.

Рядом с ним появился стул. Он сел. Джойс неук shy;люже, как поломанная кукла, лежала на холодном це shy;ментном полу.

– Ты понимаешь, что сейчас здесь происходит? -У него был европейский акцент. Скорее всего, италь shy;янский. Джойс задумалась над тем, что бы это могло значить. Она знала, что должна обращать внимание на любые мелочи и детали, которые могут пригодить shy;ся, если ей представится случай спастись.

– Нет, – сказала она охрипшим голосом. – Нет, но было бы неплохо, если бы вы дали мне воды.

– О, теперь понимаю откуда эта страсть. Я часто удивлялся характеру Истребителей. Одна из них, ко shy;торую я убил, была кроткой овечкой, однако сила, ис shy;ходившая от нее, просто потрясала.

Джойс сглотнула. «Он провоцирует меня, вот и все, – сказала она себе. – Просто провокатор, кото shy;рый может из ничего нагородить огород».

Брат Клод скрестил руки и уселся поудобнее.

– Ну что ж, давай начнем сначала! Италия, Сред shy;ние века… – Он пожал плечами. – Я был обыкновен shy;ным мальчишкой, но знал, что рожден для великих дел. Точно так же, как твоя дочь.

– У моей дочери нет с вами ничего общего.

Он дотронулся пальцем до ее лица – ощущение было такое, словно это зажженная сигарета. Джойс дернула головой и стиснула зубы, чтобы не закричать.

– Она не может так делать, это правда, – сказал он, склоняя голову набок, как будто любуясь своей рабо shy;той. – Но бывают ситуации, когда ей этого очень хо shy;чется.