Роберт Стайн - Заколдованное авто

— Вы в порядке? — почти шепотом спросил папа. Тряся головой, будто стараясь прийти в себя, он повернулся назад. — Тодд?

— Да, папа, — тихо отозвался Тодд.

У меня в горле застрял ком, мне хотелось проглотить его. Во рту пересохло, будто его набили наждачкой.

— Я только на прошлой неделе проверял тормоза, — как будто оправдываясь, произнес папа.

И вдруг выражение его лица изменилось. Он отстегнул ремень безопасности и поспешно открыл дверцу машины.

— Папа?

Он быстро отбежал от машины и нагнулся. Его вырвало. Сильно и мучительно.

Я подождал, пока он пришел в себя, а потом спросил:

— Значит ли это, что теперь мы купим новую машину?

Я уже проснулся и оделся, когда на следующее утро нам доставили воскресную почту. Пролистав газету, я нашел раздел объявлений о продаже автомобилей. Расстелил ее на полу гостиной и начал изучать, подыскивая что-нибудь подходящее. И когда папа, еще в пижаме, наконец спустился к завтраку, я сунул газету ему прямо в лицо:

— Посмотри-ка вот это.

— Митчел… — заморгав, простонал он и отбросил с глаз черную прядь волос. Потом, почесав плечо, сонно добавил: — Я еще не пришел в себя после аварии.

— А ты посмотри вот это объявление, — нетерпеливо повторил я.

— Можно мне сначала выпить чашку кофе? Я ничего не вижу.

— Хорошо, я сам прочитаю тебе. И прочитал ему объявление:

Один владелец. Новая модель. Спортивный седан. Прекрасное состояние. V-образный восьмицилиндровый двигатель. Внутри белая кожаная отделка. Все средства обеспечения безопасности. Продается. Назовите свою цену.

Папа покосился на меня и потер небритый подбородок.

— А что означает эта последняя строчка?

— Назовите свою цену, — повторил я.

— Это просто какая-то приманка, — пробормотал он.

— Можем ли мы пойти и посмотреть? — вскричал я. — Вот номер телефона и адрес. Это на Уилбурн-стрит.

— В долине. На другой стороне города, — сказал папа.

Наверху лестницы, завязывая пояс халата, появилась мама. Она очень удивилась, когда увидела меня:

— Митчел, что ты делаешь здесь так рано? Ты забыл, что сегодня воскресенье?

— Мы с папой собираемся посмотреть автомобиль. Верно, папа?

После завтрака мы собрались в город. Тодд тоже хотел увязаться с нами, но по воскресеньям у него были занятия по карате.

Папа вел белый «Форд-таурус», который родители взяли напрокат после той аварии. Ему он нравился, и он хотел приобрести что-то подобное.

— Хороший семейный автомобиль, — сказал он.

Я возразил и сказал, что машина, которую мы едем смотреть, не просто хорошая, а первоклассная.

Лучи солнца пробивались сквозь густые белые облака и освещали верхушки деревьев, стоявших вдоль дороги. Мы благополучно спустились в долину и проехали через город, несколько раз останавливаясь на светофоре.

Город был почти пуст. В воскресенье большинство магазинов закрыто.

— Напомни мне адрес, — попросил папа, приняв немного в сторону и пропуская трех подростков-велосипедистов в шлемах.

Я вытащил из кармана газету и снова прочитал адрес.

— Это через несколько кварталов отсюда, — сказал папа и свернул в сторону крытых белой черепицей домов. Минутой позже он добавил: — Митчел, я хочу предупредить тебя. Мы собираемся только посмотреть этот автомобиль. И я вовсе не собираюсь тут же доставать чековую книжку. Ты понял?

— Ну а если автомобиль окажется потрясающим?

— Повторяю: мы сегодня не покупаем, а только смотрим, — сказал папа, сбавляя скорость и кидая взгляд на номера, обозначенные на почтовых ящиках. — И еще: следи за выражением моего лица, Митчел.

— А если это самый лучший автомобиль из всех, которые ты когда-либо видел?

Папа не ответил.

Он свернул на гравийную подъездную дорогу к небольшому квадратному дому с белыми оконными рамами.

— Это здесь. Машина, наверное, в гараже, позади дома.

Мы прошли к крыльцу. Дверь оказалась незапертой. Папа постучал в стеклянную панель второй двери.

Внутри дома послышались шаги. Через несколько секунд в дверях вырос очень высокий худой мужчина в хлопчатобумажном плаще и красно-черной толстовке. Он напоминал мне орла или другую хищную птицу: пронзительный взгляд, широкий лоб и загнутый нос, нависающий над маленьким ртом в форме буквы «О». Мужчина долго, словно изучая, смотрел на нас мелкими голубыми глазами.

Наконец папа прервал молчание.

— Мистер Дуглас? Мы звонили вам. Насчет автомобиля.

Мистер Дуглас снова наклонил голову. Потом кивнул и прочистил горло:

— Он там. В гараже.

Из дома доносился запах поджаренного бекона. Я попытался было заглянуть внутрь, но мистер Дуглас не позволил мне это сделать. Выйдя на крыльцо, он плотно закрыл за собой дверь.

— Хорошее утро, — пробормотал он, почесывая голову и направляясь к гаражу.

— Да. После всех этих дождей… — поддержал его папа. — Это мой сын — Митчел. Это он нашел объявление в газете…

Мистер Дуглас остановился и, повернувшись ко мне, спросил:

— Митчел, ты любишь автомобили?

— Да. Я собираю модели. Мне нравятся спортивные машины, особенно первых лет выпуска.

Он удовлетворенно кивнул.

— Тогда, я думаю, тебе понравится этот автомобиль, Митчел.

Мы шли за ним по дорожке, шурша ботинками по гравию. Он остановился в нескольких метрах от гаража и порылся в кармане.

Дверь гаража была заперта на несколько висячих замков. Я с удивлением охнул и повернулся к отцу.

4

— Тебя удивляет такое количество замков? — перехватив мой взгляд, спросил мистер Дуглас.

Я почувствовал, что краснею.

Он вытащил из кармана нанизанные на кольцо ключи.

— Здесь не очень спокойное место. У одного моих соседей на прошлой неделе украли машину.

Но так много?

Пока он отыскивал нужный ключ и отпирал замок — а я насчитал целых шесть! — мое сердце учащенно билось. И вот гараж озарился солнечным светом. Хромированный бампер машины загорелся золотом, отражая лучи солнца.

Я не ожидал увидеть такую красоту и вскрикнул.

— Он задуман как спортивная модель, — сказал Дуглас, внимательно наблюдая за моей реакцией. — Но он четырехместный.

— А в нашей семье как раз четверо! — не удержался я.

Замочные ключи звякнули в руках мистера Дугласа. Он снова сунул их в карман.

— Как видите, на нем ни единой царапины. На нем мало ездили, — сказал он папе. — Он прошел менее десяти тысяч миль.

— Это просто невероятно! — воскликнул я.