Мистер Белый: Революция. Часть 4 - Майкл Форд

class="a">2 тетрадь. Звуки школы раздались по всей комнате, в частности по всему мозгу Ричарда. И вот он остановился. На листах накарябан текст, причём, что поразительно, любвеобильным почерком. Сверху красовалась надпись большими печатными буквами:

«МЫШЛЕНИЕ БУХЛА»

— Это ещё что такое? — сказал Дэвис. Его рука потянулась к бумаге.

— Мой рассказ! — гордо заявил Оллскоп. — Но давать я тебе пока не буду. Смотри издалека.

Ричард улыбнулся. И потянулся снова.

— Ну ты и шутн…

— Я серьёзно, — сказал Василий, чуть отталкивая локоть Ричарда.

— Эй, чё за дела?

— Прости за грубость. Я ещё не понимаю, насколько сильно мне стоит тебе доверять.

— Ты бы знал, насколько я тебе доверяю! Через что я прохожу!

— Тебе не впервой, — заявил Оллскоп.

— Ах ты!

Ричард встал и побежал за подушкой.

— Да всё, всё. Это была шутка.

Внезапно Дэвис прочувствовал ауру этого хулигана чуть глубже. “Как-то шутит он теперь по-доброму… Удивительно. Что с ним стало?”.

— Всё равно ты у меня получишь!

Ричард шлёпнул его по затылку. И ещё. И ещё. А Оллскоп смеялся, будто двухгодовалый ребёнок.

— Ну всё, всё. Давай перейдём к моему рассказу, ладно?

— И дашь потрогать буковки!

— Дам. Дам. Только не бей. — Дэвис перестал колотить. — Хотя, давай я лучше перескажу? Иначе пока мы всё это будем читать, в школу не успеем.

— И правда. — Ричард с прыжком сел на свой подаренный прошлыми соседями стул вразвалочку и стал слушать.

— Короче. — Вася откашлялся. — В двух словах здесь говорится, к чему может привести алкоголь. Недавно я прочитал рассказ «Сладкий сон», “Охренеть, он читает книги”, имя автора которого смутно сейчас помню, но фамилия как у владельца заводов одной из известнейших машин. Но не суть. Его произведение повествует о мальчике, которому не уделяли должного внимания родители. А так как он вёл себя вполне тихо, да и друзей по ходу новеллы я не обнаружил, во сне однажды он нашёл девочку, с которой тот хотел бы прожить всю оставшуюся жизнь. Но проблема в том, что она существовала только во сне. Разумеется, он хотел к ней. Однако то время, в котором он находится в отключке — утекает стремительно быстро. А продолжительность простого рабочего реального дня изрядно утомляет. Вследствие чего он находит решение — наркотики, которые ему предложили приятели по школе. Осознав, насколько чаще он будет видеться со своей любимой, тот естественным образом согласился. И всё. Пошло, поехало. Родители его, как узнали, чем занимается их ребёнок, хотели воспрепятствовать этому делу. Но, к сожалению, было уже поздно. Рубикон перейдён. Главного героя ничего не могло спасти.

Вот. Моё произведение было вдохновлено данным рассказом, с разницей в том, что тут… эээ… не будем вдаваться в отличительные мелочи, например, такие, как у оригинала наркотики ключевая вещь, а у меня алкоголь. Смысла не меняет. Короче, с разницей в том, что тут заканчивается всё хорошей концовкой. Я даю надежду для своих читателей, что можно всё преодолеть, если поверить в себя. По моему мнению, автор «Сладкого сна» хотел напугать, вывести мораль, чтобы люди даже не связывались с этим делом. Не исключено, в какой-то мере это хорошо. Но при этом, если ты сам попадёшь в эту ситуацию, автор получается как бы дизморалит и как бы неофициально “доводит дело до конца”.

Ричард смотрел на Оллскопа, как на что-то сверхъестественное.

— Ты когда так научился излагать мысли?

Он захлопнул тетрадь.

— А, та забей. Я просто шарю в литературе. В остальном же говорю как попало. Можно я посмотрю в окно? — Не дожидаясь ответа. — Какой тут у тебя вид потрясный! — Посмотрел в левую часть комнаты. — Ого! У тебя комп есть? Да это же раритет. Я так рад за тебя.

Ричард снова потупил на него поражающий взгляд, будто он смотрел через Ваську. Дэвис сидел секунд с десять, а потом резко встал.

— Слушай, это конечно здорово. Но меня пугает твоя интеллигентность. Эээ… — Ричард обнял его, подойдя сбоку за плечи. — Что с тобой стало, друг ты мой паршивый?

— Тебя волновать не должно. Мы будем друзьями или нет? А-то своим псам сдам.

Снова внезапный выпад. “Чёртовы эмоциональные качели”, — подумал Дэвис, всё так же улыбаясь.

— Да слушай… Ты сам себя сдашь, если будешь водиться с нами.

— А нас будет четверо, не ебёт.

Столь внезапное матерное слово пронеслось, как скребок мела неправильной стороной по школьной доске. “Главное — сохранять спокойствие. Лишний шаг — и мне крышка. Не хочу издевательств”.

Ричард встал напротив Оллскопа чуть ли не лоб в лоб.

— Пожалуйста, применяй свою лексику где-нибудь в другом месте.

— Это ещё почему?

— Понимаешь… эээ… ааа… в-общем это сопоставимо с пердежом в прилюдном месте… Иными словами, некультурно. В конце концов, подобным образом портишь своё имя и репутацию заодно.

— Да чё ты гонишь? С кем я общался всё ровно было, — Оллскоп скрестил руки.

— Но ты подожди, с кем поведёшься, того и наберёшься, “Ну я и зануда” для них это считается нормой, как и для тебя. А ты вообще встречал успешного человека, который в принципе материться? “Угомонись, куда тебя понесло”. Вот и я про то же. Сопоставь лексику, так скажем, социального лифта низших по статусу людей и высших. “Ну и завернул”

— Социальной лестнице, если быть точнее, — чуть улыбнулся Васька.

— Откуда. Ты всё время бездельничал на уроках обществознания. Бывали случае, когда тебя даже выгоняли!

— А мне интересен этот урок больше по смысловой нагрузке, нежели как идёт государственный план обучения. Единственный предмет, который мне интересен в доску. Дома сижу, почитываю учебник на животрепещущие темы, которые меня волнуют. Сходи-ка мне за книгой какой-нибудь подобной этой, в библиотеку, а? Или раз уж мы теперь друзья, давай вместе заглянем, а?

— Раз ты такой умный, почему же ты не поднимаешь руки, не задаёшь вопросов?

Оллскоп изменился в лице. Далеко не в лучшую.

— Ты совсем дурной чтоль? Понятное дело, чтобы не засмеяли. Я же не “ботан”. А к вам присоединиться я до жути боялся, хоть вы были и ближе по духу мне. Меня ведь зачмырят, что я с вами. Но я циферки на днях наконец-то прикинул… Вернее, пришла ко мне такая идея, что мы должны справиться против всех имеющейся оравой, на случай, если возникнет конфликт. А он обязательно возникнет.

Через секунд шесть после обдумываний Ричард протянул молчком руку. Василий пошёл на встречу. Но не так уверенно, как Ричард.

— Ты меня с каждым словом удивляешь. По-любому подставить хочешь. Мы это посмотрим. Надо взглянуть на часы. Думаю, пора собираться.

– -