Гай Смит - Кукла маниту

— Но это… это же чепуха! — Рой хотел рассмеяться, но смог только сглотнуть. Со спины на затылок побежали мурашки. — Разве может жить человеческая голова, которую отделили от туловища много лет назад, высушили и закупорили в бутылке с жидкостью? Это просто невероятно!

— Мне случалось видеть и более невероятные вещи. — Джейн отвернулась, пряча губы от Ровены. — Рой, ты не поверишь, если я скажу, что мне очень страшно?

Он внимательно посмотрел ей в лицо. У Джейн подрагивала нижняя губа, казалось, вот-вот хлынут слезы. «По все видимости, ей нужна моя помощь, но она слишком горда, чтобы просить».

Ровена молчала, прижимая к себе Куколку и пристально глядя на индианку.

— Да. — Рой не узнал собственный голос. — Думаю, поверю, хотя не совсем понимаю…

— Я тоже не понимаю. — Джейн взяла Ровену за руку. — Кругом творятся всякие ужасы. В понедельник случилась драка, покалечено много людей. Потом в «комнате смеха» убили полицейского. И сейчас я чувствую, что смерть рядом. Я очень боялась за Ровену, но с ней все в порядке… Что-то происходит, но об этом, похоже, никто не подозревает. Самое страшное, что я и сама имею к этому отношение. Тут есть и моя доля вины.

— Ты тут ни при чем. — Больше Рой не нашелся, что сказать.

— И все-таки мне не по себе. Я очень рада, что ты пришел, и что мы нашли Ровену. Если бы ты знал, как много она значит для меня. — В глазах Джейн мелькнула тревога. — Ты сегодня без жены?

— Да. — Рой тоже встревожился: скорее всего, Лиз мечется по ярмарке в поисках Ровены. В любую секунду она может увидеть их и набросится на него с бранью. Но он на то и мужчина, чтобы иногда давать отпор жене. И сейчас, наверное, наступил именно такой момент. Вот только Ровена… Не хотелось бы скандалить при ней.

— Вообще-то, я не знаю, где она, — сказал Рой и подумал:

«И знать не желаю!»

— Почему ты пришел сюда? — Индианка говорила очень тихо, и Рою приходилось напрягать слух, чтобы расслышать ее в ярмарочном шуме. — Почему вернулся?

— Потому что… хотел увидеть тебя. — Рой почувствовал, что краснеет, но лгать Джейн не имело смысла — она все равно узнала бы правду. — Я даже не подозревал, что Ровена гуляет одна.

— Я знала, что ты придешь, — сказала Джейн без тени торжества в голосе. — Хотела подождать в шатре, но мистер Шэфер потребовал, чтобы я починила коней на каруселях — в драке им разбили головы. Ты несчастлив с женой, правда?

— Да. — Опять он не мог солгать. — Что-то у нас с ней не ладится. Особенно в эти выходные.

— Жаль.

— Не надо нас жалеть. Это уже давно началось.

— Как бы я хотела оказаться подальше отсюда! — сказала Джейн, помолчав.

— А что тебя задерживает?

— Многое. — Плечи Джейн безвольно поникли. — Шэфер — хороший хозяин, не знаю, что бы я без него делала. Зарабатывать гаданьем можно только на ярмарках, а их не так уж много. И везде хватает своих гадалок. Совсем не просто выжить в чужой стране.

— А как насчет резьбы? Ты очень быстро работаешь и кукол могла бы продавать подороже.

— Больше я не сделаю ни одно куклы! — процедила она с такой злостью, что Рой отшатнулся. — Не прикоснусь к дереву до самой смерти. Даже для Шэфера.

От изумления Рой утратил дар речи. Ровена прижала к себе Куколку, словно тоже услышала и испугалась, что сейчас у нее отнимут самое дорогое.

— Но почему? — выдавил наконец Рой.

Глаза Джейн наполнились слезами. Она снова отвернулась.

— Не знаю. Просто я возненавидела все, что сделала. Если бы только я могла их уничтожить! Это давно началось, как у вас с женой. И теперь в душе будто нарыв ядовитый лопнул… Они везде, куда бы я ни пошла! Насмехаются надо мной… От них не скроешься, и уничтожить их я не могу. — Джейн закрыла глаза, и Рою показалось, что она постарела лет на десять. Раньше он не замечал морщин на ее лице и тоски в глазах. Тоски пополам с ненавистью — к себе и к своим творениям.

— Что будем делать? — глухо прозвучал его голос.

— Если бы я знала! — Гадалка сцепила пальцы на животе. — Я… Мне не хочется быть одной.

Они смотрели друг на друга. Ровена стояла между ними. Любые слова были бы лишними. Джейн и Рой нуждались друг в друге. Ровена нуждалась в них обоих.

— Я буду рядом, — нарушил Рой затянувшуюся паузу. — Обещаю.

— Спасибо. — Джейн не смогла удержать слезы. — И все-таки я прошу тебя уйти. Увези семью подальше отсюда.

— Нет. И Ровена не согласится, я знаю.

— А как же твоя жена? Жена?

Рой совсем забыл о ней.

— Я остаюсь.

Ее ладонь нашла его пальцы, мягко сжала.

— Но чем я могу помочь? — спросил он, сознавая свою беспомощность.

— Я не могу этого объяснить… Но твое присутствие для меня очень много значит. Я не знаю, что теперь будет. Наверное, Шэфер выгонит меня, когда узнает, что я больше не буду работать по дереву. А может, и не выгонит — он человек непредсказуемый. Но мы сможешь прийти ко мне сегодня вечером?

— Приду, — пообещал Рой, зная, что ссоры с Лиз не избежать. Хотя, чем раньше это случится, тем лучше. Только мысль о Ровене тревожила его совесть.

Обнаружив, что Ровена потерялась, Лиз едва не лишилась чувств. Вначале она просто не могла поверить, что дочери нет рядом. В руке она держала вафлю с мороженым, белые липкие комочки падали на полу плаща, а оттуда соскальзывали на влажные джинсы. Повернувшись на каблуках, Лиз окинула взглядом Променад, посмотрела на берег. Кругом было много детей, и она в душе прокляла их всех, потому что не увидела среди них своего ребенка. Она открыла рот, чтобы позвать, но передумала: если даже Ровена рядом, она все равно не услышит.

Перед глазами все качалось, словно Лиз стояла на палубе корабля в ветреную погоду. Без паники! Возьми себя в руки! Наверняка Ровена где-то неподалеку. Под ногами образовалась лужица мороженого, но Лиз не замечала ее.

Только через десять минут она решилась сойти с места. Что же делать? Рой, скорее всего, сейчас в городе, в авторемонтной мастерской, связаться с ним невозможно. Обратиться в полицию? «А у вас есть с собой фотография ребенка, мэм? Нет? Хорошо, тогда дайте подробный словесный портрет. Сделаем все возможное, положитесь на нас». О Боже!

Рев полицейской сирены заставил ее резко повернуться, сердце бешено заколотилось в груди. За красно-белым патрульным автомобилем с включенной мигалкой мчались два мотоциклиста в белых шлемах. Уступая им дорогу, прохожие отбегали на тротуары. «Что случилось?»

— Стойте! — закричала Лиз, бросаясь вслед за мотоциклами и автомобилем, которые уже исчезли из виду. Равнодушные лица прохожих оборачивались в ее сторону. «Мой ребенок! Что с моим ребенком?»