Татьяна Савченко - Я вижу тебя

— В истории зафиксирован всего один случай: первый король Туата де Даннан — Медор полюбил человеческую женщину Эйтан, он не захотел с ней расставаться и совершил этот самый ритуал.

— Боже мой, какая сильная любовь! — взволнованно проговорила девушка.

Все разом умолкли и удивленно повернулись к Ульяне. Она растерянно пожала плечами, догадываясь, что сказала что-то не то.

Кристиан снова заговорил, вернув их внимание.

— Ритуал почти завершен. Сто одиннадцать женщин уже отдали свою кровь для первого круга, а для второго не хватает только одной — Ульяны. Фэйри не остановится ни перед чем. Если он решился пойти на такие жертвы и почти достиг своей цели, он непременно нападет на нее.

— Сегодня Самайн, — сказал еле слышно Дилон.

Все одновременно вздрогнули от этих спокойных и точных слов.

— Что будем делать?

— Фэйри не один совершал убийства, у него есть помощники, как минимум трое. Мы должны защитить Ульяну и, видимо, придется убить их.

Никто не стал спорить с подобной перспективой, здраво рассудив, что лучший враг — это мертвый враг.

После недолгого обсуждения они решили никуда не расходиться и быть все время рядом с девушкой. Братья уговорили Кристиана перетащить в гараж телевизор и удобно расположились на диване: предстоящая драка их не пугала, а будоражила, обещая приключения. Майкл набрал стопку книг и углубился в чтение, беспрестанно поглядывая на Ульяну. Дилон сначала сходил с ума от безделья, а потом последовал примеру доктора. Кристиан же, как будто ничего не происходило, спокойно продолжил вырезать статуэтку.

Девушка молча бродила среди деревянных фигур и рассеяно водила по ним пальцами, перебирая в памяти дни жизни в этом городе. Ее собственное прошлое оставалось таким же туманным и неясным. Она задумалась: что она будет делать, если вспомнит свою прежнюю жизнь? А вдруг у нее есть муж, горестно оплакивающий ее исчезновение? А может даже дети? Где-то родной дом и семья, мучащаяся в неизвестности. Она судорожно вдохнула, представляя, что ей предстоит выбор. Сможет ли она оставить Кристиана? Хотя, кто он ей, точнее, кто она ему? Любопытная ведьма, с которой он целовался. Она не знала, была ли в ее прежней жизни большая пышная любовь, которую стоит оплакивать, в этой пока ее не было. Может, если она вспомнит, кто она такая, то и выбор не придется делать?

Обойдя все помещение, она приблизилась к Кристиану. Он поднял на нее взгляд и весело подмигнул, будто предстоящие события его ни капли не беспокоят.

— Что бродишь как неприкаянная? Волнуешься?

— А как ты думаешь? Меня собираются прирезать и выпотрошить, как на бойне, а я ничего не могу сделать! В тот раз я даже молнией промахнулась. Чувствую себя беззащитной. У тебя есть топор или большой кухонный нож для разделки мяса?

Мужчина отложил брусок светлой сосны и, взяв Ульяну за руку, силой усадил рядом.

— У тебя неплохая охрана. — Он обвел взглядом комнату. — Они знают, что могут умереть в драке с фэйри, но разве они волнуются?

В подтверждении его слов Пит громко засмеялся и хлопнул брата по коленке. Они увлеченно смотрели какую-то комедию и, казалось, не понимали, что их жизнь в опасности.

Она опустила глаза и взяла нефилима за руку, переплетая его пальцы со своими.

— Кристиан?

— Да?

— Кристиан.

— Я знаю, что меня так зовут. — Он заглянул ей в глаза и улыбнулся.

— Слушай, может, я не доживу до завтрашнего дня. Давай займемся с тобой любовью. Не хочется умирать не помня, а может даже, и не зная, что это такое.

Его брови изумленно взметнулись верх, а рот приоткрылся.

Уля подумала: "Вот так и выглядит человек, потерявший дар речи". Она молча ждала, когда он ответит на ее смелое предложение, а Кристиан пристально смотрел на неё, быстро меняя выражения лица от удивленно-растерянного до восхищенно-тревожного. Наконец, он нервно облизал губы и сказал:

— Ты смелая девушка и мне лестно, что ты это предложила, но я не думаю, что это хорошая идея в данной ситуации.

Ульяна вспыхнула, с опозданием смущаясь от собственной безрассудности и одновременно злясь, что он отказал ей.

— Иди к черту! — Она резко выдернула ладонь из его руки и, продолжая гореть от стыда, выбежала из комнаты.

Все обернулись к мужчине, с немым вопросом на лице. Он встал и, недоуменно пожав плечами, последовал за убежавшей девушкой.

Уля сидела у самого входа на его мотоцикле, сложив руки на бензобаке, и напряженно всматривалась в лес. Брови нахмуренны, губы плотно сжаты. Мужчина обошел ее по кругу и остановился напротив, взявшись руками за руль. Девушка не реагировала на его присутствие, продолжая хмуриться. Он коснулся ее плеча и заглянул в глаза.

— Улька, какая же ты дура. То, что я отказался, не значит, что я не хочу этого. Знаешь ли, ты полностью в моем вкусе. Меня всегда привлекали такие миниатюрные смуглые ведьмочки с горящими глазами. Мне даже понравилось, как ты это сказала: "займемся любовью", не переспим, не перепихнемся, а именно так. Просто, наверное, стоит отложить это событие до более спокойных времен. Ну что ты молчишь?

Девушка отвернулась, продолжая игнорировать нефилима. Кристиан положил ладони на ее плечи и встряхнул:

— Прекрати делать вид, что я назойливая нудная муха.

Уля подняла на него глаза и тяжело вздохнула, все еще чувствуя себя неловко.

— У тебя крылья больше.

Он улыбнулся:

— Ну, наконец-то! Я тебе обещаю: мы целую ночь будем кататься по кровати, прижимаясь друг к другу обнаженными телами, правда, Улька. Так что давай, не хмурься.

Девушка слезла с мотоцикла и спокойно пошла обратно в гараж. У двери она обернулась, глядя на Кристиана через плечо, и весело сказала:

— Ты сам пообещал.

День тянулся невыносимо долго: несмотря на мирные занятия обитателей гаража, напряжение и волнение насквозь пропитали воздух. Когда солнце начало садиться, гнетущая атмосфера стала практически невыносимой. Уля рассеяно чертила карандашом шаржи на братьев-оборотней и старалась не встречаться взглядом с Кристианом, который, наоборот, почти не отрывал от нее серебристых внимательных глаз. Сбросив с коленей альбом, она громко заявила, чтобы слышали все:

— Я в туалет.

Майкл послушно встал и вызвался проводить. Теперь была его очередь следовать за ней тенью в дамскую комнату. Оставив провожатого у двери, девушка подошла к зеркалу и устало вздохнула: зрачки снова расширены как у наркоманки, а на лице тень страха. Вдруг ей неудержимо захотелось спать, ноги стали ватными и подкосились. Она успела только подумать, что очень уж не вовремя ее сморил сон, как окончательно потеряла сознание. Фэйри накинул дымку Фет-Фиада на себя и на девушку и, перекинув ее через плечо, выпрыгнул из окна.