Роберт Стайн - Полночный поцелуй

— Ну и ну, — пробормотал Мэтт, разглядывая перемазанные в песке кроссовки, которые все еще были у него на ногах.

Вся простыня оказалась засыпана песком. Значит, он завалился спать не разуваясь.

Парень с трудом спустил ноги на пол. Посмотрел на часы, увидел, что еще только половина восьмого. Такая рань…

А что это за запах щекочет ноздри?

Какой-то кислый…

Он ощущал этот запах и горлом, и кожей. -

Почему он его раньше не почувствовал?

Потягиваясь, чтобы окончательно проснуться Мэтт поднялся на ноги и тревожно огляделся.

Начали всплывать в памяти обрывки сновидения.

Этот сон был настолько ужасным, настолько реальным.

Он подошел к зеркалу на дверце шкафа и чуть не упал.

Несколько часов сна не принесли ни облегчения, ни бодрости.

Похоже, он за всю свою жизнь так не уставал. "Наверное, я заболел", — подумал Мэтт.

Парень опрокинул на пол коробку с бумажными носовыми платками. Не в силах поднять ее, уставился в зеркало.

Тут он заметил на горле темные следы. И понял, что ничего ему не приснилось.

— Тодд приходил сюда, — произнес он вслух. Голос звучал хрипло.

— Тодд вернулся, чтобы предупредить меня. Парень вплотную придвинулся к зеркалу, пытаясь получше рассмотреть ранки.

Крошечные круглые точки. Темно-фиолетовые с красным.

Крошечные укусы. Это сделала Джессика.

Джессика. Значит, она вампир.

Тодд хотел предупредить его о Джессике.

Парень вспомнил, что видел точно такие же ранки на шее у Эйприл. Вглядываясь в свое отражение, Мэтт понял, что в тот раз он был прав. Габри тоже вампир. И Тодд приходил, чтобы предупредить обо всем этом.

Парень дотронулся до горла двумя пальцами и принялся осторожно ощупывать ранки.

Прикосновение тут же вызвало воспоминания.

Эти поцелуи. Эти губы. Такие сладкие, такие теплые.

Он нажал на ранку посильнее и мороз пробежал по коже.

Ведь это был не сон. Тодд приходил сюда.

"И что же мне теперь делать?"

Голова закружилась, и парень двинулся обратно к постели. Тяжело плюхнувшись, он попытался стащить кроссовки. Но это оказалось непростым делом.

"Нужно же что-то делать. Хотя бы предупредить Эйприл".

С глубоким вздохом Мэтт завалился навзничь, бессильно свесив руки.

— Нужно рассказать обо всем Эйприл, — прошептал он. — Мы должны спастись.

Потом он опять заснул давящим тяжелым сном провалился в черную пропасть без всяких сновидений.

Пробудился Мэтт от того, что кто-то тряс его за плечи.

— Тодд? — завопил он, тут же вскакивая.

Тодд? Ты пришел снова?

Глава 23

Игра в Гляделки

— Это ты, Тодд, — бормотал Мэтт, не в силах вырваться из пучины сна. Как будто он очутился на самом дне океана и пытается всплыть, а толща воды не пускает его.

Но за плечи тряс его совсем не Тодд, а отец.

— Эй, проснись же, ленивая задница! — мистер Дэниелс уже начинал сердиться.

— Что? Сколько времени? — Мэтт сощурил глаза от яркого солнечного света, заливавшего комнату через распахнутое окно.

— Ты проспал до десяти и мог бы дрыхнуть дальше, но нам уже пора идти, — сказал отец, указывая на тумбочку с часами. — Вставай, одевайся. Позавтракаешь по дороге на пирс.

— Как? — Мэтт вяло спустил ноги на пол. — Я о чем-нибудь забыл? — он поглядел на отца одним глазам, не в силах раскрыть другой.

— Мы же собирались выйти в море на рыбалку, не помнишь? На лодке доктора Миллера, — мистер Дэниелс сильно толкнул его в плечо: — Пошевеливайся, — и выскочил за дверь.

— Я не могу, — крикнул вдогонку Мэтт и улегся опять.

Отец просунулся в дверь с искаженным злостью лицом.

— Да что с тобой? Ты заболел?

— Да? — поспешно ответил парень. — Нет. То есть не знаю.

— Что с тобой стряслось, Мэтт? — мистер Дэниелс вошел в комнату, на ходу натягивая белый свитер с клинообразным вырезом.

— Я ужасно устал, папа, — произнес Мэтт, не отрывая головы от подушки. — По-моему, мне нужно отлежаться.

— А по-моему, тебе нужны море и солнце, — сказал отец, разглядывая его. — Ты какой-то бледный.

— Я… слишком вымотался, — пробормотал Мэтт. — Лучше останусь дома и приду в себя.

— Шут с тобой, — с досадой произнес мистер Дэниелс, глядя на часы. — Мы с мамой уже опоздали. Может, вызвать врача?

Мэтт лишь покачал головой и сказал:

— Извинитесь за меня перед Миллерами.

В дверях отец снова остановился и понюхал воздух.

Что за мерзкий запах? — спросил он озабоченно.

"Это от моего погибшего друга, — мрачно подумал Мэтт. Мой покойный друг приходил, чтобы предупредить меня, что моя подружка — вампир. Не о чем волноваться, папа".

А вслух произнес, зевая:

Не знаю. Кажется, чем-то тянет снаружи.

Продолжая принюхиваться, мистер Дэниелс резко махнул рукой и выскочил из комнаты. Через несколько минут Мэтт услышал, как хлопнула входная дверь, а чуть позже — как отъехала машина.

Оставшись один, парень нашел силы подняться.

Ночной ужас накатил с новой силой, и он понял, что сейчас его вырвет. Еле сдерживаясь, добежал до ванны и склонился над ней. Судороги прекратились только тогда, когда желудок оказался совершенно пустым. Голова кружилась, на побледневшем лбу выступил холодный пот. Мэтт опустился на пол и подождал, пока станет лучше. Через минуту желудок успокоился, а стены ванной перестали ходить ходуном.

"Нельзя терять времени, — сказал себе парень, — Нужно предупредить Эйприл. Немедленно. На этот раз она должна мне поверить. Я покажу ей укусы на наших шеях и расскажу ей про Тодда. Она должна мне поверить. Я заставлю ее!" Он почистил зубы, плеснул в лицо холодной водой, переоделся в купальный халат. Теперь Мэтт окончательно пришел в себя и готов был к телефонному разговору.

Сняв трубку аппарата, висевшего на кухне, он забрал номер подруги и принялся нетерпеливо считать гудки. Один. Два. Так он считал до десяти. Но к телефону никто не подошел. — Пожалуйста, Эйприл! — умолял Мэтт

вслух, — Мне просто необходимо с тобой поговорить.

Он еще долго простоял так, прислонившись к стене и слушая гудки, и все ждал, ждал ее голоса.

— Пожалуйста, Эйприл!

Наскоро перекусив, парень снова попытался дозвониться до Эйприл, но в трубке продолжали звучать бесконечные гудки, и никто не собирался подходить к телефону.

Почувствовав прилив бодрости, парень отправься разыскивать подругу по городу. День был жарким, — градусник просто зашкаливало. Ходьба по городу вскоре утомила Мэтта. Он тщетно прочесал всю центральную улицу и теперь решил поискать Эйприл на пляже.